НОВОСТИ
20 ИЮЛЯ
18 июля
17 июля

Марина Кондрашова: Обеспечение фонда осуществляется из семейного бюджета

Фото: предоставлено фондом

Определение современной благотворительности дать нелегко. Сейчас большинство бизнесменов считают своим долгом «жертвовать во благо». Мало людей, кто делает это по зову сердца, а если так происходит, то доверие людей завоевать получается у единиц. Фонд «Наследие иркутских меценатов» существует 8 лет и с каждым годом привлекает к себе интерес не только иркутян, но и жителей России и других стран. Корреспондент портала «ИрСити» пообщался с супругой экс-мэра Иркутска Виктора Кондрашова и руководителем фонда Мариной Кондрашовой о том, как ей удалось организовать успешное дело и совмещать несколько разнообразных проектов.

На беседу меня пригласили в сам фонд, который располагается на месте, где раньше находилась Чудотворская церковь. Непохоже на случайность, неправда ли? У здания очень интересная архитектура: большие высокие колонны, массивные двери. Если посмотреть на верх здания, можно увидеть, как на некоторых балконах и крыше растут деревья. Позже Марина Кондрашова расскажет нам о секретах этого дома.

Внутри фонда спокойная атмосфера, которая располагает к диалогу. Это хорошо, потому что говорить о благотворительности, особенно детской, непросто. Марина Александровна с любовью и трепетом рассказывает, как у неё зародилась идея создания фонда и с чем пришлось столкнуться.

Марина Александровна Кондрашова — супруга зампреда правительства Приангарья Виктора Ивановича Кондрашова, руководитель городского благотворительного фонда «Наследие иркутских меценатов». далее

— Как у вас возникла идея создать фонд и, в частности, такой проект, как «Особые дети рядом»?

— Изначально мы не планировали создавать фонд. В 2010 году родилась идея сделать общегородской проект «Наследие иркутских меценатов», направленный на выстраивание взаимодействия НКО, бизнеса и власти в системе благотворительности. Фонд как юридическое лицо появился только через год.

Мы организовывали ярмарки общественных инициатив для некоммерческих организаций. На них мы помогали НКО с совершенно разным профилем доводить их проекты до того уровня, когда они могут быть интересны бизнесу. На одном из первых таких мероприятий большинство проектов было как раз от родительских инвалидных организаций, и мы поняли, что есть какая-то проблема. Тогда мы и начали задавать вопросы: «А что вам нужно?», «В чём сложность?».

Основной проблемой на тот момент была недостаточность информации для семей, в которых появился малыш с особенностями развития, зачастую они не знали, как действовать в той или иной ситуации. Эта проблема и на сегодняшний день не ушла. Безусловно, есть государственные программы. Но вопросом абилитации, социализации таких детишек, их семей, здоровым взаимодействием их с обществом, сегодня все ещё мало занимаются.

Абилитация особых детей — развитие способностей к познанию мира, отношений между людьми, подготовка к взрослой жизни.

Так и появился наш проект – «Особые дети рядом», направленный на изменение всей системы работы с семьями, где родился особый малыш. Мы начали с инклюзивных мероприятий – первые безбарьерные новогодние представления наш фонд провёл в 2010 году. И тогда даже сами родители особых детей с осторожностью отнеслись к этой идее: некоторые отказались приходить в последний момент — настолько велики были беспокойство и страх оказаться непринятыми. Сегодня этой проблемы нет – безбарьерные праздники, мероприятия проводятся разными НКО, фирмами, и они всё больше становятся инклюзивными.

Сегодня много размышляют о том, почему в нашем обществе так много особых детей? Стоит сказать, что такие дети были всегда. Просто в советские времена они были удалены от общества. Традиционный путь такого ребенка – специнтернат, а потом дом престарелых. Последние годы многое поменялось – родители оказываются отдавать этих детей. Они берут на себя эту сложную ношу и часто оказываются один на один с проблемой. Мы в рамках проекта «Особые дети рядом» стремимся изменить ситуацию. Мы хотим, чтобы семья, с первого дня узнав о том, что у неё особый малыш, получала поддержку и сопровождение. Для этого и создаем в Иркутске центр абилитации.

Мы убеждены, что такие детишки появляются не просто так. Когда мы общаемся с родителями, которые проходят многолетний путь в воспитании особых детей, нам очень часто говорят: «Наш ребёнок научил нас с мужем друг друга любить». Это очень непростой опыт в воспитании особых детишек, потому что наше общество пока ещё не готово принимать таких детей. Люди часто стараются избегать контакта. Мы сталкиваемся с тем, что некоторые даже не хотят помогать нашему проекту, и спокойно на это реагируем. Меня часто спрашивают, почему бы мне не напрячься и не вложить до конца собственные деньги в проект. Я хочу максимально большое количество горожан познакомить с этим проектом, в том числе через финансовые участие. Ведь когда человек участвует — он условно голосует «за».

Проект «Особые дети» изначально задумывался не как бесконечный, донорский, иждивенческий проект, а как подготовка детей для «свободного плавания». Я не устаю повторять, что, если всё время ребёнка держать на руках, он никогда не научится ходить.

Осенью прошлого года мы выиграли президентский грант на сумму 4 миллиона рублей. Мы их заложили в образовательный курс для создания «Службы ранней помощи». Сейчас 30 специалистов бюджетных учреждений обучаются по нашей программе, организованной фондом совместно с Институтом ранней помощи Санкт-Петербурга.

— Сколько вам удалось собрать средств за работу фонда? Как люди активней помогают: через СМС или участвуя в акциях?

— Очень по-разному. Зависит от проектов. Если мы говорим о культурных проектах, то мы работаем только адресно через организации, проводим акции. Пожертвования через СМС мы позиционируем исключительно для социального проекта «Особые дети рядом», потому что через это идёт просветительская деятельность. Честно скажу, никаких великих денег через СМС мы не собираем. Но благодаря этому люди узнают о проекте и предлагают своё участие и помощь.

Подробнее о проекте «Особые дети рядом» и о том, как ему помочь, можно узнать на сайте.

Уже второй год у нас очень хорошо проходит акция «Праздник белого цветка». Мы начинали с сотрудничества с цветочными магазинами, куда любой мог прийти и купить белую розу и тем самым поучаствовать в благотворительности. Но это не дало хорошего финансового результата. А когда мы стали работать с компаниями, отдача получилась хорошая. Наши партнёры предоставили нам на очень льготных условиях цветы, которые мы продавали за символичную цену — 100 рублей. Были очень хорошие отклики. А собрать удалось больше 400 тысяч рублей.

Наш фонд тем и отличается, что мы не идём с протянутой рукой, а предлагаем различные акции, соучастие, и мне это кажется невероятно важным. Мы изначально ставили задачу для фонда — выведение благотворительности на другой уровень. И у нас это получается!

— Благотворительность — это такое спорное дело. Как вам удалось получить столько положительных отзывов и с чем пришлось столкнуться при завоевании доверия?

— Приходится сталкиваться каждый день. Доказывать только делом. У меня очень часто спрашивают: «Ты ни о чём не жалеешь?» — Нет. Я всегда значимые решения соизмеряю с моим внутренним ощущением, с моим сердцем, и если оно говорит мне «да», то я иду в этот проект. И ещё плюс в том, что нам удалось завоевать доверие иркутян и партнёров, потому что наши проекты максимально прозрачны.

— Что вам осталось сделать до открытия центра абилитации?

— Ремонт уже почти завершён. Я думаю, к осени центр должен открыться. У нас уже оборудовано несколько кабинетов. Самым сложным для нас была стройка, потому что на неё не дают никаких грантов. А вот когда уже есть готовое помещение, люди готовы вкладывать в оборудование.

Центр абилитации «Открытый мир». Фото: Фонд «Наследие иркутских меценатов»

— Если перейти к вашим культурным проектам. Как появилась такая идея?

— Культурные программы родились изначально из идеи воссоздания собора Казанской Божьей матери – одного из крупнейших храмов царской России, построенного иркутским меценатом Кузнецовым и разрушенного в 1932 году. И первая уличная выставка была посвящена как раз истории Казанского кафедрального собора. Мы назвали её «Дорога к храму».

Я считаю, что в основе любви всегда есть знание. Здесь я говорю о любви к Иркутску, к родному городу. Потому что многие жители города не просвещены, они не понимают, чем гордиться, что ценить. И когда мы организовали первую уличную выставку, многие не понимали, зачем мы это делаем. Я настаивала на том, что это должен быть музей под открытым небом. Сейчас такой современный мир, что ждать в музее, когда к тебе придут, сложно, нужно идти навстречу к своему зрителю. Мы сделали этот шаг, и когда увидели, что люди даже под зонтиками под дождём не просто ходят от стенда к стенду, а читают, как книгу, для нас это был невероятный отклик.

Сейчас у нас уже пять выставок. Последняя — это «Окна Иркутска. Двери Венеции». Последняя экспонируется у библиотеки имени Молчанова-Сибирского. С прошлой осени этот проект живёт в Италии. Изначально возникало много вопросов и недоумения с названием, люди не понимали, причём тут Иркутск и Венеция. Мы ни в коем случае не вкладывали в идею сравнение.

Идею для этого проекта нам подарил Валерий Сировский. Несколько лет назад он фотографировал Иркутск и устраивал небольшие выставки в Италии. В России — нет. И у меня возникла идея возвращения интереса к деревянному зодчеству Иркутска. Мы объявили конкурс среди иркутян. Неважно — профессионалы или любители — все могли закачивать свои работы на сайт проекта. Эти работы потом отсматривала комиссия. Они отбирались с точки зрения художественного содержания.

Валерий Сировский – переводчик, писатель, художник, фотограф, музыкант. Он сотрудничал с Федерико Феллини, Микеланджело Антониони, Чезаре Дзаваттини, Михаилом Калатозовым, далее

Работая над выставкой, мы узнали много интересного о связях Италии и Иркутской области. Например, на месте бывшего завода Куйбышева был Интендантский сад. И так как там были прорыты каналы, люди, путешествуя по ним, называли его «маленькая Венеция», и то что кругобайкалку строили итальянцы, и то что у нас в Иркутске сохранились итальянские мозаики — всю информацию мы разместили на стендах выставки. Одним словом, мы не просто размещали фотографии, мы строили «культурный мостик».

Фото итальянских дверей нам предоставляли итальянские фотографы и наши путешественники. Мы очень хотели, чтобы в Италии узнали о таком проекте, и было решено вывезти выставку в Италию.

Итальянское путешествие началось с фестиваля дерева в Канту. Наше деревянное кружево привлекло внимание не только русских иммигрантов, но и итальянцев, гостей фестиваля. Проект попал в поле зрения российского центра науки и культуры в Риме. И в январе этого года мы провели выставку итальянской столице. Чуть позже меня пригласили представить проект на встрече всех русских организаций Италии, и там мы получили ещё ряд предложений. Так, на сегодняшний день проект побывал ещё в Деруте и Неаполе. Хочу особо отметить, что проект получил патронат посольства России в Италии, и мы очень этим гордимся. Конечно же, мы планируем завершить итальянское турне в Венеции – сейчас ведутся переговоры .

Выставка «Окна Иркутска. Двери Венеции». Фото: Фонд «Наследие иркутских меценатов»

— Как вам удаётся всё успевать?

— Да, ещё я мама троих детей. (смеётся) Это тоже всех обескураживает. Но здесь я тоже иду своим путём, я считаю, что я очень много даю своим детям, именно занимаясь такой работой. Они понимают, что мама делает, я с ними этим делюсь. И когда бывают длительные командировки, я им объясняю, зачем это. Бывают, что они сопровождают меня. Мне важно, чтобы они видели и понимали, что я делаю.

Я не тот человек, который садиться и прописывает какие-то цели, идёт к ним. У каждого свой путь, может, поэтому какой-то части людей вообще непонятно, что и зачем я делаю. Меня это не останавливает, потому что я понимаю, что работаю на другой скорости. Если мне это дано, значит мне надо это успеть, больше «наследить» — оставить наследие.

— Вы говорите, что рассказываете своим детям о проектах. У них есть уже мысли, кем они хотят стать, когда вырастут? Семья у вас разносторонняя, есть политическая сторона, есть общественная.

— Я всегда со своими детьми разговариваю и всегда спрашиваю, что они хотят. И поначалу дети не всегда готовы ответить на этот вопрос, потому что они действительно не знают, что хотят. Я спрашиваю тогда, что хочет они хотят на данном этапе. Я всегда говорю о том, что любая деятельность — это опыт. Сейчас у меня больше усилий и вопросов к старшему, ему уже 14 лет. И как раз встаёт вопрос профессионального определения, я не могу сказать, что он готов. Сейчас люди за всю жизнь столько меняют профессий — и это здорово, это замечательно, когда ты в себе чувствуешь новые этапы. Потому что у меня у самой этих этапов более чем. И я считаю, что они меня готовили к чему-то последующему.

— Ваш супруг поддерживает вас в реализации проектов?

— Конечно. В первую очередь — это «молчаливая» финансовая поддержка – обеспечение деятельности фонда («Наследие иркутских меценатов» — ред.). Ни для кого не секрет, что фонд существует на частные средства. Те средства, которые мы собираем, идут исключительно на финансирование проектов. А аренда, зарплата сотрудников — полное обеспечение фонда — осуществляется из нашего семейного бюджета. И то, что он видит, какие запускаются процессы благодаря нашей деятельности, и то, что это не игрушки, а серьёзные социальные задачи, которые, безусловно, положительно сказываются и на его деятельности.

— А проекты, связанные с Байкалом, у вас будут?

— На Байкал мы не уходили. Единственное у нас был экологический проект — «У мусора есть дом». Он частично затрагивал экотему. А вообще на Байкал не шли осмысленно, потому что я считаю, что Байкал – это отдельная история, отдельная тема. И Байкал у меня больше ассоциируется с темой экологии. И если мы когда-то задумаем такой проект, то это будет что-то масштабное.

Многие говорят, что Иркутск – это ворота на Байкал. Нет. Я считаю, что Иркутск сам по себе ценен и самодостаточен. И я развиваю эту историю, потому что всё-таки мы живём в городе, а не на Байкале.

Дом на ул. Чудотворская, 1 в Иркутске. Фото: Екатерина Трофимова

— В здании, где находится фонд, очень интересная архитектура — и внешняя, и внутренняя. Случайно ли так получилось?

— Изначально фонд находился в микрорайоне Солнечный, достаточно в современном здании. Затем у нас возникли моменты, больше коммуникационные. Мы поняли, что нам будет удобно находиться в центре. И мы начали искать. Эта улица ещё назвалась Бограда, когда мы сюда переехали, а на месте этого дома находилась Чудотворская церковь . И так случилось, что мы переехали в это помещение и через какое-то время улицу переименовали в Чудотворскую.

— А как иркутяне могут поддержать проекты фонда «Наследие иркутских меценатов»?

Мы будем рады, если люди будут о них знать и вовлекать в это знание других. Например, проект «Особые дети рядом» — часто бывает, что человек отправил СМС, задумался, огляделся и увидел, что, оказывается, во дворе или даже в подъезде живёт такая семья. И он уже по-другому относится к ним, уже постарается поддержать, помочь. Или культурные истории – многие иркутяне ведь не знали об истории Казанского кафедрального собора. А это важно – это наша история, это наш генетический код. Те же деревянные дома: как мы к ним в основном относимся? Считаем данностью, не имеющей исторической ценности. А оказывается, таких деревянных домов по всему миру-то не много осталось. Уверена, приобщившись к нашему проекту «Окна Иркутска. Двери Венеции», люди уже по-другому будут относиться и к нашему уникальному деревянному наследию.

Мы – я и команда фонда — вообще всегда рады новым друзьям, партнёрству, сотрудничеству. Мы всегда в отношения стараемся привнести что-то, что дать. Поэтому наши мероприятия всегда очень красивые, мы стараемся, чтобы всем было интересно и приятно заниматься благотворительностью. Будь то СМС, или мероприятие в офисе, например, Добрый кофе, или волонтерская акция в Иркутском центре абилитации. Годы работы убедили нас в том, что заниматься благотворительностью может каждый.

3 отзыва
Добавить фото

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Радует, что есть такие фонды, которые проявляют заинтересованность в решении проблем такого рода. Тем более работают в плане просвещения, привлекая больше людей. А то раньше люди просто проходили мимо, а теперь хотя бы знают, что есть кому помочь.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Да, очень полезная статья. До этого никогда не слышал об этом фонде. 

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Интересный проект. Особую симпатию вызывает, что существует не на пожертвования. Всегда удивляли люди, бескорыстно помогающие другим. Но вот ловлю себя на том, что и самой было бы интересно участвовать в работе Фонда.

Добавить фото

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить