Третье поколение иркутской семьи разводит голубей на своей участке

«Я для них как папа. Всегда, когда захожу, говорю: „Папа пришел“». Так иркутянин Николай Новиков рассказывает о… голубях. Птицами его семья занимается как минимум уже в третьем поколении, а может быть, и больше. Это дело подхватывает и 13-летняя дочка Николая. О том, сколько у него голубей, теряются ли они, когда летают и охотятся ли на птиц кошки, иркутянин рассказал корреспонденту «ИрСити».«Деду за голубей голову пробивали»Николай Новиков живет в поселке Кирова. Сразу за домом выстроена голубятня — из тех классических, что мы привыкли себе представлять, как только слышим это слово, — похожее на невысокую башню строение. Внизу раньше жили курицы, а наверху до сих пор — голуби. Эту голубятню выстроил еще 25 лет назад отец Николая. Оказывается, такой конструкции голубятни выстраивали не просто так. — Я тут живу с детства. Сюда изначально приехали мои бабушка с дедушкой. Вот дедушка голубями и занимался. Есть вероятность, что и прадед тоже, но так глубоко достоверно мы не знаем. Но, кстати, раньше держать голубей было не таким уж и безопасным делом. Дед рассказывал, что их воровали, а ему даже голову пробивали. Достать тогда хороших красивых породистых голубей было непросто, потому голубятню даже на ночь запирали. До сих пор остались дужки от замков, — рассказывает Николай. А еще раньше стремились поставить голубятню выше, чтобы и птицам было теплее, и чтобы крысы не залезали. Нынче Николай построил новую: одноэтажную и длинную, на несколько отсеков. Ее можно принять за большие вольеры или даже жилой летний домик. Иркутянин отмечает, что сейчас появилось много нового строительного металла, который решает все вопросы, актуальные для голубеводов прошлых лет, потому строить для голубей башни необходимость отпала. — У нас сейчас около 150 голубей. Им тесно стало, а здесь удобно, красиво, хорошо. Летом у них у каждого гнездо стоит и в этой голубятне им просторнее. Кто понаглее, тот получше место занимает. Некоторые из них, кстати, тунеядцы, еще и сами себе гнёзда не вьют, солому приходится подкладывать нам, — говорит Николай. — Ну и разделили по породам, чтобы смешения не было. У нас всё подписано, я знаю, кто с кем спарился, кто собирается нестись. Плюс отцу уже тяжело ходить наверх к птицам. Мама у меня тоже очень любила голубей, до последнего за ними ухаживала. По участку вальяжно ходит кошка. Ей уже 21 год. На своих голубей она не нападает. Так же, как и две хозяйские собаки. — Наши-то строго знают, что нельзя. Голуби иногда прямо на участке гуляют. Пасутся, так сказать. Кошке и собакам сразу говоришь: «Гулюшки гуляют». И они даже не подходят. Где-нибудь стороной потихонечку обойдут, уйдут. С ними со всеми надо разговаривать. Разговаривать не будешь, тупеют они, — отмечает иркутянин.«Их надо воспитывать»Николай Новиков занимается голубями с шести лет. В его детстве голубятни были повсюду в поселке Кирова, сейчас осталась одна. От соседей никаких претензий в сторону Новиковых нет. Наоборот, забирают птичий помет на удобрение. И не только на свои огороды, отправляют даже в другие города.— У нас тут всё экологически чистое, — говорит Николай. Мужчина в прошлом был торговым представителем, потом занимался бизнесом, а сейчас — таксист. Отмечает, что это дает ему возможность выстраивать график так, как ему удобно. Потому что у голубей тоже есть свой режим. Недостаточно их просто поселить у себя: за птицами, как и за любыми животными, нужно регулярно ухаживать и воспитывать. Да-да, у них есть ежедневные тренировки, только когда идет линька, птицы летают мало. Слишком это некомфортный для них период. У каждой породы — своя специфика. Бойные, например, в воздухе переворачиваются. Но сначала этому нужно научиться, несмотря на то что это инстинкт.— Молодежи крутить тяжело, у них голова кружится. И прежде чем начать так бить (переворачиваться. — Прим. ред.), они сначала на хвосты «падают» в воздухе, — объясняет голубевод. А почтовым голубям нужно пролетать десятки километров: их регулярно вывозят на дальние точки, например со Второго Иркутска в сквер имени Кирова, — чтобы натренировать ориентацию и выносливость. «Почтари» вообще могут пролетать по 500–600 километров.— Это тяжелый труд, требующий времени, терпения и системного подхода, — говорит Николай. У иркутянина в голубятне минимум три породы: бакинцы разных цветов, почтовые голуби и павлины. Последние так называются, поскольку хвост у них и правда выглядит как павлиний.— Отец раньше держал не много пород, это я уже предложил попробовать разные. Но не могу сказать, какие нравятся больше всего. Все нравятся, — говорит он. Опытные голуби держат строй, но при этом постоянно оглядываются: «Где сосед? Куда он свернул?» Природа так устроила, чтобы они не сталкивались в воздухе. Особенно сложно, когда поблизости проходят самолеты. В прошлом году пара его голубей пролетела всего в метре от крыла лайнера. С каждым годом птицы становятся увереннее. Средняя продолжительность жизни — до 15 лет, а первые полеты молодняк совершает уже через несколько месяцев после рождения. И, кстати, часто их поведение зависит от компании: если голубь один, летает вяло, а стоит ему найти пару, сразу расправляется, делает головокружительные пикирования, показывая себя.— Камнем падает, крылья складывает — это ухаживание, — говорит Николай. К каждой птице он относится с трепетом и до последнего верит в каждого подопечного. Там, где другой уже избавился бы от голубя, Николай будет пробовать его расшевелить. В «табуне», как Николай называет свою стаю птиц, есть даже инвалид. У голубя повреждена лапка. Но эффектно летать ему это не мешает. — Не углядели, с лапкой кривой птенчик вышел, но он отличный, красивый, хороший голубь. Не убивать же его, не выкидывать куда-то. В небе летает хорошо. Мы птенцов переворачиваем, смотрим, чтобы с лапками всё хорошо было, у некоторых на ночь их связываешь, чтобы не растопырились. А у этого я не углядел. Но он есть, летает, кувыркается. У меня политика такая, что их надо воспитывать, а не избавляться, — рассказывает Николай.«Зелень они обожают»Голуби, на какое бы расстояние их от дома ни отвезли, всегда возвращаются. Это очень преданные птицы. У них есть свои ориентиры, привязка к дому. Если голубь не вернулся, значит, с огромной долей вероятности стал жертвой хищной птицы: стервятников в Иркутске в последние годы стало очень много, отмечает голубевод. Хотя, конечно, бывают и другие случаи. — Мы на 9 мая выпускали голубей в Комсомольском парке во Втором Иркутске, у меня много птиц разлетелось. Одного нашли в Ново-Ленино, в самом конце. Он, видимо, ходом шел, дом пролетел и ушел в Ново-Ленино. Прибился к людям на балкон третьего этажа, они его кормили, поили. Потом как-то меня нашли, дозвонились. А он там с воробьями подружился, а к диким голубям даже не подходил, — рассказывает Николай. В дикой природе, даже если это условия города, домашние голуби не выживут. Разница с дикими голубями у них примерно такая же, как между домашними и уличными собаками. Слишком привязаны к человеку, да и тот же корм они сами себе не добывают. — В их рацион входят около девяти наименований. Зерно, пшено, гречка, рис. Всё это посмешиваем и даем им утром черпачок и вечером черпачок. Сушеный хлеб немного даем, особенно, когда птенцов они выводят. Летом у нас вся зелень — лук, чеснок, салат — тоже им идет. Каждый день ножницами нарезаем и даем. Зелень они вообще обожают. Сейчас зима, я на рынке покупаю два-три раза в неделю пучок укропа, лука, еще что-то такое. У меня даже знакомый есть, который зелень оставляет мне и подешевле отдает, — делится голубевод.Птицы, как и люди, тоже могут болеть. Кто-то зачихал, кто-то закашлял. Вход идут человеческие лекарства. Но бывают ситуации посерьезнее. Три года назад у Новиковых умерли почти все птицы. Осталось тогда всего семь. — Это была так называемая вертячка, или болезнь голубя. Занесли откуда-то. Во время вертячки голуби начинают голову запрокидывать, закручивать, и всё, падают. Мы тогда только и делали, что выносили их, выносили, выносили. Эмоционально очень тяжело было, до слёз, даже вспоминать не охота. Потому что заходишь, а сделать ничего ты не можешь. Лечили, конечно, но ничего не помогало, — вспоминает Николай.Говорят, что вертячка неизлечима. Но, по словам иркутянина, в прошлом году ему удалось спасти 10 птиц.За границей на голубей бешеный спросЭта ситуация с потерей большей части «табуна» Новиковых от голубей не отвернула. Наоборот, желание заниматься птицами только усилилось.— Оставшиеся у нас расплодились. Мы тогда вообще всех птенцов оставляли. Они, когда вылупляются, лысенькие такие, потом появляется желтый пушок, потом оперяются. Растут достаточно быстро. Вообще специально мы не разводим птиц, нам достаточно. Чтобы обмануть природу, используем искусственные подкатные яйца, чтобы голуби свои инстинкты реализовали. Но, если нужно спарить голубя с голубкой, отсаживаем их на недельку-две в другой загон, поилки и кормушки отдельные им ставим, — говорит Николай. Он отмечает, что внутри голубятни есть своя иерархия, свой главный голубь. И если к нему прилетит другой, то драка неминуема: перья будут во все стороны, птиц придется разнимать. А еще у каждого свой характер. Иркутянин их различает, хотя кличка есть только у одной птицы. Это голубь Царевич.— Он грудь всегда закидывает, такой гордый всегда. Я его брал у знакомого, привез, он два дня даже не спускался сверху, не ел. Вот его сразу назвали Царевичем. А так всех, конечно, не упомнишь, но всё равно знаешь, — объясняет голубевод. Само по себе это занятие — голубеводство — дополнительная физическая активность. Утром и вечером обязательно всем нужно поставить кормушки, поилки, два раза в неделю провести уборку. И это тоже добавляет красок в повседневность. Голубей Николай не продает, такова его принципиальная позиция. Держит их для души. Хотя в Европе и Азии сейчас бешеный спрос на голубей, птиц продают за баснословные деньги, делают ставки на то, чей голубь быстрее прилетит. Николаю достаточно его 150 голубей. На вопрос, а в чем интерес просто так держать их, он отвечает:— Не знаю, но это в крови. Вот у дочки моей есть свои голуби, ей 13. Она говорит: «Это мой голубь». У нас весной пара голубей улетела, остались их птенчики маленькие. Я их выращивал сам, кормил, они дома у нас жили. Они уже знают, что папа пришел. Я им всем как папа.