«Рубль на каждую штучку». Сколько россияне заплатят за маркировку молока, пива и воды

Вслед за шубами, духами, обувью и сигаретами обязательная маркировка добралась до продуктов питания. В июне 2021 года наносить метки начнут производители молочных продуктов, на очереди — пивовары и поставщики питьевой воды. Но просьбу удешевить метки для товаров массового спроса оператор системы «Честный знак» счел необоснованной: вложения «дочки» Ростеха и USM Holdings Алишера Усманова пока не отбиты даже на 1%. Между тем только в 2020 году бизнес заплатил 7 млрд рублей, чтобы дать государству возможность следить за движением своих товаров. Помогло ли это в борьбе с контрафактом — вопрос дискуссионный. О том, что производители молочных товаров обратились в Минсельхоз с предложением пересмотреть стоимость маркировки продукции для молочных товаров, «Фонтанке» рассказал заместитель генерального директора Пискаревского молочного комбината Георгий Житмарев. — Правительство утвердило плату в размере 50 копеек за метку, когда вводило маркировку шуб. Сейчас количество кодов возросло многократно, и можно предположить, что себестоимость у оператора изменилась. Было бы логично уменьшить плату в 10 раз, а лучше сделать бесплатной, как в «Меркурии» (система учета ветеринарных сертификатов. — Прим. ред.), — отметил он. Ответ в виде изменения постановления правительства не последовал. Между тем времени остается не так много. Пока молочники могут добровольно маркировать продукцию и метки для них бесплатны. Но с 1 июня оснащение продукции кодами Data Matrix будет обязательным для сыров и мороженого, с 1 сентября — всей продукции со сроком годности более 40 суток, а с 1 декабря 2021 года — продукции сроком годности 40 суток и менее. Исключение сделано для детского и специализированного питания, продукции менее 30 граммов. Для фермеров дана отсрочка до 1 декабря 2023 года. Штраф за продажу немаркированного товара — до 300 000 рублей в зависимости от вида нарушения. Оператор системы «Честный знак» — Центр развития перспективных технологий (ЦРПТ) — не рассматривает изменение стоимости метки для молочной продукции, сообщили «Фонтанке» в пресс-службе. «Плата за коды установлена распоряжением правительства и соглашением о государственно-частном партнерстве. Ее размер был согласован, в частности, с Минфином и ФАС», — отметили в компании. По условиям соглашения о ГЧП ставка может быть или 0, или 50 копеек. «Другая дифференциация не предусмотрена, считаем ее необоснованной и нецелесообразной», — заключили в ЦРТП. Кто зарабатывает на «Честном знаке» Кампания по маркировке товаров стартовала в 2019 году. Идеей было снабдить потребительские товары специальными метками Data Matrix, которые позволят проследить весь путь продукта и таким образом победить нелегальный оборот. Оператором системы стал Центр развития перспективных технологий (ЦРПТ) — совместный проект USM Алишера Усманова, ГК «Ростех» и «Элвис-Плюс групп» Александра Галицкого. Сейчас обязательной маркировке подлежат меховые изделия, лекарства, сигареты, обувь, парфюмерия, фотоаппараты, шины, автопокрышки и товары легкой промышленности. К 2024 году коды должны иметь все потребительские товары. С начала работы ЦРПТ выпустила более 32 млрд кодов. Далеко не на всех она заработала: часть меток выдавалась бесплатно в рамках тестирования. Но включение в проект товаров массового спроса позволило ЦРПТ серьезно улучшить финансовые показатели. В 2020 году компания в 2,5 раза увеличила выручку — до 7,1 миллиарда рублей. Больше всего заплатили производители табачной продукции (5,57 миллиарда рублей) и лекарств (920,2 миллиона рублей). Также ЦРПТ впервые получила прибыль — 126,3 миллиона рублей после убытка в размере 219,4 миллиона рублей годом ранее. Впрочем, это менее 1% от 220 миллиардов рублей, которые предприятие обязалось вложить в проект маркировки. Но только расходами на метки издержки участников рынка не исчерпываются. Проект по маркировке также позволил заработать поставщикам оборудования и системным интеграторам. Потому что метку мало получить, ее еще нужно нанести на продукцию — либо сразу при производстве упаковки, либо наклеить на нее потом. К примеру, один из крупных табачных производителей «БАТ Россия» потратил на установку и наладку оборудования, а также программное обеспечение 15 млн евро (1,36 миллиарда рублей по курсу на 26 апреля 2021 года). Но в компании утверждают, что «потребитель не ощутил на своем кошельке негативного эффекта от внедрения маркировки». «Рубль за штучку» В ЦРПТ считают, что нагрузку смогут выдержать и молочники. Затраты всей отрасли, по мнению оператора, составят 6 млрд рублей. Для малого бизнеса комплект оборудования из термотрансферного принтера этикеток и ручного сканера обойдется от 15 тысяч рублей. Для крупных и средних производителей потребуется только оборудование для считывания кодов. Оно стоит 150–500 тысяч рублей. Само нанесение метки оператор оценил в 5–10 копеек. Но у участников рынка совсем другая математика. Национальный союз производителей молока (Союзмолоко) оценил расходы в первый год в 61,3 миллиарда рублей, а ежегодные затраты — в 35,2 миллиарда рублей. Например, Пискаревский молочный завод потратит на подключение к «Честному знаку» 100 млн рублей. Заводам нужно не только поставить считывающее оборудование, но и закупить новые серверы — из-за внедрения маркировки обмен данными с торговыми сетями возрастет многократно. Также придется нанять дополнительных сотрудников в ИТ-отделы. — У молочной продукции короткий срок реализации; если случится какой-то сбой и из-за проблем в системе отгрузки остановятся, потери будут колоссальные, — комментирует Георгий Житмарев. Хотя сами молочники не несут затрат на оборудование для маркировки, эти расходы возьмут на себя производители упаковки, которые потом заложат их в цену своей продукции. По словам Георгия Житмарева, подорожание упаковки из-за нанесения метки составит от 20 до 40 копеек за единицу (без учета брака). Итого с учетом цены метки в 60 копеек (50 копеек плюс НДС) товар подорожает из-за введения маркировки, как минимум, на 1 рубль. «Рубль на каждую штучку — немногие справятся без повышения цен», — комментирует топ-менеджер. Ассоциация Союзмолоко ранее оценила средний рост стоимости молочной продукции из-за введения маркировки в 4%. Затраты начали считать также производители пива и питьевой воды, обязательная маркировка которых не за горами. Стоимость оборудования для нанесения меток на продукцию может составлять от 200–300 тыс. евро и до 1 млн евро и выше на одну линию розлива, говорит Ирина Федорова, старший директор по работе с органами государственной власти региона Восточная Европа пивоваренной компании «Балтика». В эту сумму не входят операционные расходы на закупку самих марок, программного обеспечения, изменение бизнес-операций и интеграцию информационных систем. Но в итоге заплатит все равно потребитель. — Мы предполагаем, что стоимость продукции на полке увеличится не менее чем на 10%, — говорит Ирина Федорова. — Подорожание приведет к сокращению рынка пива и смежных отраслей, а также уменьшению налоговых поступлений в бюджет. Из-за введения маркировки российские потребители могут лишиться некоторых импортных товаров. Поставщикам предложено или договариваться с зарубежными производителями о маркировке на заводе, или маркировать самостоятельно на таможенных складах. Наталья Бенберя, основатель импортера лечебных вод «Родник», оценила свои затраты от 50 до 80 млн рублей, что составляет примерно половину годового оборота. По ее словам, оснащение одной линии под ключ стоит 20 миллионов рублей. Вкладывать эти деньги придется российской компании, так как зарубежный производитель не будет нести такие затраты только ради российского рынка. — Я сотрудничаю с четырьмя производствами, вероятно, придется от каких-то отказаться, — отмечает она. Маркировка на таможенном складе — это практически двойная цена производства. Бутылки запаяны в ПЭТ-упаковки — по 6, 12 и 24 штук. — Распаковать, промаркировать каждую и запаковать обратно — это почти второй раз произвести, — подчеркивает Наталья Бенберя. — Поскольку вода не является высокомаржинальным бизнесом, затраты неизбежно будут заложены в цену. Но каким именно будет подорожание, будет зависеть от того, на каких условиях компания сможет получить кредит на покупку оборудования. К слову, немалая часть расходов на маркировку и, как следствие, трат потребителей уйдет за границу. Среди оборудования, которое рекомендует на своем сайте «Честный знак», — британские Lake Image и GEW и американские AroJet и Kodak. Контрафакт Главной идеологией «Честного знака» была борьба с нелегальным оборотом продукции. Предполагалось, что код даст властям информацию о движении товара с момента производства до прилавка. Возможность проследить путь продукта дали также потребителю — через мобильное приложение «Честный знак». В качестве доказательства эффективности системы приводился пример с шубами. В частности, после введения обязательной маркировки в 2016 году кратно выросли продажи меховых изделий — с 6 миллиардов до 60 миллиардов рублей. А 23% новых участников рынка впервые стали передавать сведения в ФНС. По другим категориям статистика менее очевидная. Продажи лекарств в 2020 году выросли на 10%, до 2 триллионов рублей, подсчитали в DSM Group. Но здесь ключевую роль сыграла пандемия. Маркировка, напротив, чуть было не оставила россиян без препаратов: из-за сбоев продукция зависла на складах и не доходила до аптек, в итоге фармотрасли разрешили вносить данные в уведомительном порядке. Доля контрафакта и так была невелика — менее 1%. Производители табака по итогам 2020 года увидели снижение доли контрафактной продукции. Ее доля составила 13,2%, тогда как в 2019 году эксперты Nielsen оценивали показатель в 15,6%. Но влияние оказывали и другие факторы — закрытие границ, ограничение мобильности населения, карантинные меры, сокращение каналов продаж и смена модели поведения потребителей, считает Олег Барвин, руководитель департамента по работе с государственными органами «БАТ Россия». Маркировка не может в одиночку справиться с нелегальным оборотом, так как не устраняет основные причины развития серого рынка и не перекрывает каналы доставки такой продукции. — Этот инструмент работает только для законопослушных продавцов и не касается нелегалов, которые торгуют за наличные без онлайн-касс, как, например, происходит на Апраксином дворе, главной зоне нелегальной торговли в Санкт-Петербурге, — комментирует топ-менеджер. На рынке молочной продукции автоматическое «обеление» тоже вряд ли произойдет. Фактически «Честный знак» подтверждает, что конкретный товар введен в оборот предприятием, которое купило код у ЦРПТ, и что продал его конкретный магазин — но не более того. — По сути, мы дублируем данные, которые указаны на упаковке. Но что мы реально туда положили — на нашей совести, — говорит Георгий Житмарев. К слову, продукция, которая фасуется непосредственно в магазине, маркировке не подлежит. Долю контрафакта на рынке минеральной воды Наталья Бенберя оценивает в 10%. Но торговые сети требуют от поставщиков настолько внушительный пакет документов, что продать подделку практически невозможно. Контрафактного пива в России вовсе нет, считают в «Балтике». Основные нарушения касаются не процесса производства, а реализации продукции — неуплаты акцизов. Причем незаконный оборот сконцентрирован в канале разливного пива. — Поэтому единственный уместный, на наш взгляд, вид маркировки — маркировка кегов, которую можно реализовать без дополнительных серьезных затрат, опираясь на действующую систему прослеживаемости ЕГАИС, — говорит Ирина Федорова. Инфляционные риски маркировки увидели и в федеральном правительстве. По данным РБК, Минпромторг разработал методические рекомендации для определения новых категорий товаров, для которых правительство может ввести обязательную маркировку. В частности, чиновники собираются оценивать рост цен и высчитывать сальдо между ростом налоговых доходов от обеления рынка и расходами на субсидии для его участников.