Экономист Щербаченко посоветовал рефинансировать кредиты при снижении ставки

В 2026 году у заемщиков, оформивших кредиты в период рекордно высокой ключевой ставки, появился реальный шанс снизить долговую нагрузку. Однако рефинансирование имеет смысл далеко не для всех. Когда бежать в банк за пересмотром условий, а когда этого делать не стоит, узнали у экспертов. Кто выиграет от снижения ставки Кредиты, взятые с лета 2024‑го по осень 2025‑го, сегодня обходятся заметно дороже рыночных предложений. Именно у этой категории заемщиков наибольший потенциал для экономии. «В первую очередь это те, кто брал кредиты в период с 29 июля 2024 года по 12 сентября 2025 года, когда ключевая ставка находилась на уровне 18% годовых и выше. Эти займы формировались в условиях жесткой денежно-кредитной политики, высокой стоимости фондирования и, как следствие, повышенных ставок по кредитам», — напомнил Городским медиа генеральный директор, основатель Atomic Capital Александр Зайцев. Сейчас ключевая ставка составляет 15,5% и регулятор, по оценкам экспертов, вошел в цикл смягчения. Об этом свидетельствуют последние заседания совета директоров банка, на которых они постепенно снижают показатель. «К середине 2026 года, на мой взгляд, ставка ЦБ РФ будет в диапазоне 12–14%», — прогнозирует доцент Финансового университета при Правительстве РФ Петр Щербаченко. Когда экономия становится ощутимой Однако просто снижения ключевой ставки недостаточно. Важно понимать, при какой разнице переоформление кредита действительно принесет выгоду. «Практика показывает, что, когда разница между ключевой ставкой на момент выдачи кредита и текущим уровнем превышает 3–4 процентных пункта, имеет смысл инициировать разговор с банком о рефинансировании или пересмотре условий», — утверждает Александр Зайцев. Петр Щербаченко называет более мягкий ориентир. Однако он тоже подчеркивает, что спешить с расчетами стоит только после тщательного анализа. «Считается, что рефинансирование рационально, если новые процентные ставки ниже текущих хотя бы на 1–2%. Однако перед принятием решения рекомендуется всё тщательно рассчитать, так как переоформление договора влечет за собой ряд дополнительных издержек», — поясняет эксперт. К таким издержкам он относит оценку объекта недвижимости, снятие обременения в одном банке и его наложение в другом, приобретение нового страхового полиса и другие сопутствующие расходы. При грамотном подходе выгода может быть существенной — особенно по ипотеке и крупным займам, оформленным на длительный срок. «Ставка и ежемесячный взнос уменьшаются, платить становится легче. Вы серьезно экономите на общей переплате по кредиту, даже если процент сократили всего на 1 пункт. Кроме того, можно перейти из одного банка в другой в поисках лучшего предложения», — перечисляет преимущества Петр Щербаченко. Когда ждать с пересмотром условий кредита нельзя Вторая группа заемщиков — те, у кого пересмотр условий продиктован не желанием сэкономить, а необходимостью справиться с уже возникшими трудностями. «Если финансовая нагрузка стала непосильной: сократились доходы, выросли издержки, изменилась структура бизнеса или семейный бюджет — ждать „подходящих“ показателей или сигналов регулятора не имеет смысла. В таких ситуациях рациональная стратегия — как можно раньше обратиться в банк», — настаивает Александр Зайцев. По его словам, банки сами заинтересованы в том, чтобы задолженность не перешла в разряд проблемной. Поэтому при временных трудностях кредиторы, как правило, готовы идти навстречу. Инструментов достаточно: реструктуризация;кредитные каникулы;увеличение срока займа;временное снижение платежа;объединение нескольких кредитов в один. Ключевой сигнал к действию, по мнению эксперта, долговая нагрузка, превышающая 50% дохода. В этом случае откладывать разговор с банком нельзя. Оба собеседника Городских медиа сходятся в главном: главный критерий — личная финансовая устойчивость. Ориентироваться исключительно на макроэкономические прогнозы, пренебрегая собственной платежеспособностью, будет ошибкой. «В обоих случаях ключевым фактором остается не абстрактное ожидание рынка, а собственная финансовая устойчивость и готовность к диалогу с банком», — заключает Александр Зайцев.