Егор Бероев, актер театра и кино: «Мне бы хотелось жить во времена Гоголя»

В свои 34 года актер Егор Бероев необычайно импозантен. Особенно в роли одинокого олигарха в картине «Мамы», вышедшей в свет в минувшем марте. Впрочем, сам Бероев уверяет, что навряд ли выглядел бы так хорошо, если бы не был актером, а был, например, жителем неизвестной деревеньки. Потому что невозможно ездить по русской деревне в телеге, подчищать хлев за коровой и при этом выглядеть, как Ален Делон. – Егор Вадимович, полагаю, каждый второй журналист, начиная беседу с вами, упоминает гены: мол, бабушка-дедушка-папа-мама – актеры. И вы туда же? – Не каждый второй. Каждый первый. – Тогда я начну разговор не с них, а с вашей дочери Дуни. Как вы думаете, она тоже пойдет по вашим стопам? Ведь гены все-таки мощные! Егор Вадимович Бероев родился 9 октября 1977 года в Москве. Его дед по материнской линии – североосетинский актер Вадим Бероев, бабушка – актриса Эльвира Буруновская, мать – актриса Елена Бероева и отец – артист Вадим Михеенко. Егор последовал семейной традиции и уже в семь лет впервые появился на сцене.В 1994 году после окончания школы он поступил в Высшее театральное училище им. М. С.Щепкина. После окончания училища был принят в труппу театра МХТ им. А. П. Чехова, где дебютировал в роли Федора Годунова в спектакле «Борис Годунов». Также играл в таких спектаклях, как «Обыкновенная история», «Привидения», «И свет во тьме стоит», «Джульетта и ее Ромео».Кинокарьера Бероева началась с телесериалов. Он получал эпизодические роли во время сьемок сериалов «Семейные тайны», «Пятый угол», «Свалка», «Московские окна». За последние 12 лет он сыграл почти 40 ролей в кино.В 2005 году на кинофестивале «Виват, кино России!» в Санкт-Петербурге Егор Бероев получил приз за лучшую мужскую роль в фильме «Папа». В том же году его назвали «Человеком года» по версии журнала GQ (номинация «Актер года»). В 2008 году актер принимал участие в проекте Ильи Авербуха «Ледниковый период-2» в паре с Екатериной Гордеевой.С 2001 года женат на актрисе Ксении Алферовой – дочери актрисы Ирины Алферовой, приемной дочери актера Александра Абдулова. Воспитывает пятилетнюю дочь Евдокию. – Знаете, не уверен, что Дуня станет актрисой. Хотя, конечно, определенный актерский талант у нее есть. У нее очень хорошая фантазия, она любит воображать себя принцессой. Она любит вживаться в разные роли и любит, когда ей за это аплодируют окружающие. Но, если честно, я бы не хотел, чтобы дочь пошла по нашим стопам только из-за того, что не смогла выбрать другое дело, свое призвание. Как это случилось когда-то со мной. Да, мои дедушка, бабушка, папа, мама, родной и двоюродный братья всю свою жизнь посвятили актерскому делу. Несмотря на это, все они настаивали на том, чтобы я попробовал себя в другой стезе. Например, бабушка прочила в художники… Видимо, и в самом деле, гены все же взяли свое и другого осознанного пути, чем быть актером, я для себя не увидел. – Егор Вадимович, извините за вопрос, а почему вы носите фамилию матери, а не отца? – Потому что мои родители расстались, когда мне было два года. В детстве мы еще немного общались с отцом, но потом как-то наше общение сошло на «нет», и сегодня мы не общаемся совсем. Вместо отца меня дед воспитывал. – Вы помните свой актерский дебют? – Он случился в семь лет, и я не люблю его вспоминать. Это было не самое удачное начало актерской деятельности. Я тогда стеснялся ужасно. – Но все же это не отбило охоты к актерскому ремеслу? – Нет. Я поступил в театральное училище имени Щепкина. – Почему туда? – Из принципа. Чтобы избежать устройства в вуз «по блату»: это учебное заведение – единственное, на которое не распространялись знакомства моих родственников. – Первой ролью на профессиональной сцене была… – … роль Федора Годунова в спектакле «Борис Годунов» в 1998 году. – А с чего началось ваше участие в отечественном кинематографе? – Со второстепенных ролей в сериалах «Семейные тайны», «Пятый угол», «Гражданин начальник». – Кажется, сегодня вы уже не соглашаетесь на роли в сериалах? – Вам не кажется. Если мне предлагают пятидесятисерийный фильм, я даже не читаю сценарий. Такое количество серий – уже не для меня. – Егор Вадимович, после премьеры «Турецкого гамбита» в 2005 году вы стали настоящей звездой отечественного кинематографа… – Я не считаю роль Фандорина в «Турецком гамбите» ключевой в своей карьере. Безусловно, она принесла мне популярность, но мне куда больше по душе роль в фильме «Папа», например. – То есть вы не поклонник творчества Бориса Акунина? – Я отношусь к нему спокойно, перечитал всего Акунина, но каких-то восторженных слов в его адрес говорить бы не стал. – А как вы относитесь к тому, что после выхода картины «Турецкий гамбит» многие зрители кинулись выискивать в ней всевозможные исторические и литературные ошибки? – По-моему, столь пристрастное отношение публики к «Турецкому гамбиту» –лишнее доказательство популярности картины. Пусть ищут дальше. Для меня странно другое: многие критики, посмотрев фильм, почувствовали в себе страстное желание его ругать. Именно ругать, а не критиковать. Мне же кажется, что работа критика заключается в том, чтобы поддерживать хорошее начинание. Да, в фильме Джаника Файзиева есть ошибки – без них невозможно. Но сама картина сделана качественно, и она очень светлая. Это не очередная «чернуха», где лужи крови и бесконечная стрельба ради стрельбы. – В «Гамбите» вы все трюки выполняли сами? – Почти. За исключением эпизода, когда надо было прыгнуть с пятого этажа на четвертый. Это очень сложный трюк, его исполнял болгарский каскадер. – Егор Вадимович, пару лет назад вы снимались в картине «Рейдер» по книге адвоката Павла Астахова. Говорят, что на тех съемках вы также категорически отказались от услуг каскадеров. Почему? – Потому что я уверен: актеры всегда играют убедительнее, чем дублеры. Я дрался и прыгал с крыши сам. Выполняя один из трюков, чуть не простудился. Помню, по сценарию мне нужно было, спасаясь от бандитов, в пиджачке и в рубашке с разбегу прыгнуть в сугроб. А съемки-то шли на речке, на морозе – 15! После команды «Стоп!» я вскакивал и бежал в вагончик отогреваться. После нескольких съемочных дней я узнал, что Астахов отснятыми материалами весьма доволен, что именно таким он и представлял своего главного героя – адвоката Артема Павлова. – А почему все-таки вы выполняете многие трюки сами? Любите рисковать? – Когда риск разумен. Если мне говорили, что не стоит прыгать с пятого этажа на четвертый, я не прыгал. Но хотел, было желание рискнуть. Не дали. – Егор Вадимович, режиссер многих картин с вашим участием – «Турецкий гамбит», «Адмирал», «Десантура», «Август. Восьмого» Джаник Файзиев… – Да, и я благодарен ему за роли, которые он мне предлагает. Джаник очень комфортный режиссер, очень конкретный в объяснениях, деликатный, с большой любовью относящийся к работе и людям. – Что вам больше всего запомнилось на съемках картины «Август. Восьмого», которую также снимал Джаник Файзиев и премьера которой в российских кинотеатрах состоялась в феврале этого года? – Во время съемок в Абхазии с горы сошли валуны и случился камнепад. В том месте, где мы снимали один эпизод, дорогу полностью завалило камнями, и мы остались без возможности укрыться куда-то. Съемки тогда задержали на три дня. У нас не было ни еды, ни воды. И мы с Джаником спустились ночью в неизвестный аул, зашли в дом, где нас приютила невероятной души женщина. Дала нам молока, овощей и много-много чеснока, чтобы мы не простудились. Потом мы где-то еще нашли чачу… Вернулись со всем этим добром в съемочную группу уже под утро. Все были неимоверно счастливы! – Егор Вадимович, а как вам работалось с Хабенским и Боярской в «Адмирале»? – Они для меня открылись с той стороны, с которой я их не знал. Костя – настоящий пример для подражания для других актеров. Учитывая неимоверно высокую степень профессиональности, он скромен и отзывчив, готов помогать каждому партнеру на площадке. – А вот про вас ваши коллеги говорят, что вы очень сложный человек. Это так? – Возможно, я кажусь им сложным в силу своей бескомпромиссности. Я не отрицаю, что мне бывает тяжело находить компромиссы с обществом, вписывать себя в его законы. А вообще я стараюсь не обижать людей, как бы это банально ни звучало. Люблю шутить и люблю, когда шутят надо мной. Может, по мне и не скажешь, но я люблю быть нелепым, чудаковатым. Мне кажется, в кино у меня это получается. – Егор Вадимович, давайте сменим тему. Как в 2008 году организаторам шоу «Ледниковый период» удалось заманить вас на лед? – Меня привлекла незаурядная личность партнерши Кати Гордеевой. Хотя всяческие шоу я не люблю, как и само телевидение. Но Илья Авербух настоял: «Просто попробуй встать на коньки». И как только я вышел на лед, он запричитал: «Ах, потрясающе! У тебя талант!» Авербух умеет хвалить и заряжать людей уверенностью, азартом. На это я и купился. – Вы принимали участие в проекте вместе с женой, но с разными партнерами. Конкурировали? – Нет, не было между нами никаких споров и конкуренции. И быть не может. Потому что ее победа – это моя победа, а моя победа – это ее победа. Это моя жена, моя любимая жена. Мы старались помогать друг другу. – Как повлияли на вашу жизнь и творческое самовыражение участие и победа в «Ледниковом периоде»? – Очень серьезно повлияли. Я понял, что могу выражать свои эмоции путем танца и пластики. Понять это и почувствовать очень серьезный потенциал – важная вещь, которая дает уверенность актеру и в моей профессии тоже. Это распространяется на багаж эмоциональный, на ощущение себя как спортивно подготовленного человека, актера. – Насчет «спортивно подготовленного». Егор Вадимович, в одном из своих интервью вы сказали, что выглядите хорошо только потому, что этого требует профессия, и если бы не были актером, то не были бы похожи на себя, нынешнего… – Конечно, я бы выглядел несколько иначе, если бы жил в глухой деревушке, ездил в телеге и ежедневно чистил коровник. Как говорится, издержки профессии налицо. Но вообще я считаю, что каждый человек должен заниматься спортом. Я вот, например, давно увлекаюсь айкидо, регулярно хожу в тренажерный зал. – Где-то читала, что у вас был спортивный мотоцикл… – Да-да, у меня был спорт-байк! Я бы и сейчас с удовольствием погонял на нем, но кататься по Москве – занятие малоприятное: кругом пробки, воздух загазованный… – Егор Вадимович, кризис среднего возраста у вас еще не наступил? – Никакого кризиса я пока не чувствую. Но до меня начинает потихоньку доходить, что надо бы быть серьезней. – Многие актеры едут после выступления в ресторан, чтобы снять эмоциональный стресс после концерта или спектакля. А что делаете вы? – Иногда тоже еду в ресторан. Но чаще домой, где мы подолгу разговариваем с женой Ксюшей. – А как вообще проводите свободное время? – Общаюсь с интересными людьми. – Кто же вам интересен? – Неоднозначный вопрос!.. Я знаю людей, которым много лет, но они тупари тупарями. У меня есть друг, которому 77. Он бандит. Но с ним очень интересно: он еще может быть хулиганом. Мне нравится, что мужчина преклонного возраста молод и элегантен – и его по-прежнему любят женщины. Я бы хотел в его годы быть на него похожим. –Обычно мужчины говорят, что не доживут и до пенсии… – Нет, я бы хотел дожить до глубокой старости. – Егор Вадимович, а если бы вы могли выбирать время, в которое родиться, какое бы предпочли? – Мне чрезвычайно интересен Гоголь. Это мой любимый писатель. Мне бы очень хотелось оказаться на какой-то момент в его времени, понять, почувствовать. Время Гоголя мне очень хочется играть и на сцене и в кино. Как говорится, «все мы вышли из гоголевской «Шинели»...