Дикпики возбуждают? Откровенный разговор с иркутским сексологом о том, о чём обычно молчат

Почему после рождения ребенка может пропасть желание, зачем супругам разговаривать о сексе и как понять, что за снижением либидо стоит вовсе не проблема в интимной жизни? Об этом журналист «ИрСити» поговорила с сексологом и семейным психологом Екатериной Кушнаренко.

— Твоя история прихода в секс-коучинг довольно нетипична: из жесткой структуры госслужбы и юриспруденции — в тему телесности и отношений. Как это произошло?

— История началась после развода. Мы были вместе с десятого класса, около десяти лет, и в какой-то момент просто поняли, что охладели друг к другу. Мне стало интересно, где я сама могла ошибиться и как не допустить такого в следующих отношениях.

Начала изучать психологию отношений, сексуальность, интимную гимнастику. Сначала это было скорее для себя. Параллельно работала юристом в госсекторе — у меня красный диплом, я хорошо училась, но никогда не чувствовала, что это именно моё. Это была такая неженская работа, много стресса, озлобленности со стороны других людей.

После второго декрета уже во втором браке я поняла, что хочу заниматься тем, что приносит удовольствие и создает что-то для других людей. Прошла курс и практически сразу начала работать с клиентами онлайн. Первые люди приходили из Москвы, Новосибирска, Уфы, были даже клиенты из Швейцарии и Австралии. Из Иркутска — всего несколько человек.

Потом я поняла, что мне не хватает знаний о телесности, и пошла учиться на тренера по интимной гимнастике. А дальше стало очевидно, что многие сексуальные проблемы на самом деле связаны с психологией. Поэтому я получила дополнительное образование по семейной психологии.

При этом собственная история тоже во многом повлияла на меня. После развода я много работала над собой, а затем встретила второго мужа. Мы вместе уже седьмой год. В этих отношениях у меня впервые появилось ощущение той близости, которой мне хотелось: эмоциональной, телесной, сексуальной.

Но я замечаю, что говорить о сексе для многих — до сих пор табу.

— Как ты думаешь, с чем это связано?

— Люди до сих пор воспринимают эту сферу как нечто постыдное. Кажется, что если ты этим занимаешься, то ты либо «развратный», либо говоришь о неприличном. У многих до сих пор установка: «Всё должно происходить исключительно за закрытыми дверями».

Однозначно можно сказать, что в регионах до сих пор сложно с разговорами об этой важной стороне жизни, такие веяния доходят до нас с задержкой. К тому же здесь часто включается своеобразная защитная реакция: «Там, на Западе, все распущенные, а мы должны оберегать себя от этого». Это тоже играет свою роль.

— А почему важно говорить о сексе открыто?

— Потому что умалчивание приводит к огромным проблемам, начиная с базовой ячейки общества — семьи. Если в семье эту тему замалчивают или порицают, закладываются глубокие психологические травмы.

Например, мастурбация — это абсолютно нормальный этап развития ребенка. Но если родители застают его за этим занятием и начинают ругать, стыдить, а то и полотенцем лупить, ребенок воспринимает это на свой счет: «Я грязный», «Со мной что-то не так».

Они бессознательно копируют семейную модель: «Мама всегда избегала этого, говорила, что удовольствия там нет, значит, и мне это не нужно».

Женщина может прожить в браке 30 лет и даже не попытаться что-то изменить или обсудить свои потребности с партнером. А ведь если бы в детстве о сексе говорили открыто, спокойно и безоценочно, их взрослая жизнь и отношения могли бы сложиться совершенно иначе.

Еще более сложные истории связаны с сексуализированным насилием. Часто бывает так, что в момент неприятного или травмирующего события у мальчиков или девочек тело может выдать физиологическую реакцию, которую легко спутать с возбуждением. И человек потом думает: «Со мной что-то не так, я какой-то неправильный». Но по факту это просто защитная реакция организма.

Кроме того, это гормональная вещь: переизбыток эмоций и стресса может спровоцировать подобный физический отклик. Это не настоящее возбуждение, основанное на осознанном согласии, а так называемая «подменная» реакция. Из-за этого люди могут винить себя всю оставшуюся жизнь, задаваясь мучительными вопросами: «Почему я замер? Почему мое тело так отреагировало?»

— С какими вопросами к тебе чаще приходят люди?

— Мужчины тоже приходят, но большинство моих клиентов — женщины. У мужчин, например, бывает синдром тревожного ожидания сексуальной неудачи. Такое случается, когда человек очень сильно переживает, особенно если влюблен и ему важно понравиться женщине. Он настолько концентрируется на мысли, что что-то может не получиться, что в итоге действительно не получается. А потом этот опыт закрепляется, и человек начинает еще больше бояться повторения ситуации.

У женщин запросы чаще связаны со снижением либидо, отсутствием чувствительности, несовпадением сексуального желания в паре. Бывает, что мужчине хочется чаще, женщине — реже, или наоборот. Часто обращаются после родов: женщина не чувствует своего тела, не хочет близости, ей сложно вернуться к сексуальной жизни.

Есть и более простые запросы — например, люди хотят разнообразить отношения и спрашивают, как это сделать. Здесь тоже много нюансов, особенно если речь идет о каких-то новых практиках или третьем человеке. Важно, чтобы пара понимала, зачем она это делает и как сохранить отношения.

— Многие считают, что либидо — это только про секс. Но ты говоришь, что это индикатор всей жизни.

— Для меня сексуальность — это действительно энергия жизни. Когда человеку нравится жить, он чувствует свое тело, замечает окружающий мир, ему интересно, он хочет чего-то — не только секса.

Когда либидо сильно снижается, часто одновременно пропадает контакт с телом и желаниями вообще. Ты уже не понимаешь, что хочешь надеть, что хочешь съесть, что тебе нравится, перестаешь замечать что-то красивое вокруг. Как будто просто пролетаешь мимо жизни.

В этом состоянии очень тяжело дается работа, какое-то там творчество. Кто-то направляет всю эту энергию в работу, начинает очень много делать, но потом понимает, что потерял какой-то большой кусок собственной жизни.

Поэтому, если вы заметили, что либидо упало, посмотрите не только на свою спальню, но и на свою жизнь в целом: где вы себя подавляете?

— То есть иногда проблема, которая выглядит как «я не хочу секса», на самом деле может быть гораздо шире?

— Конечно. Это может быть вопросом того, насколько человек вообще чувствует себя живым.

— А сексуальность все-таки связана с внешностью?

— Не обязательно. Можно ходить с гулькой на голове, танцевать, смеяться, радоваться жизни — и это состояние будет чувствоваться гораздо сильнее, чем короткая юбка или открытые плечи. Мужчина как раз-таки притягивается на состояние какой-то жажды жизни, манкости, вкусности. Это не про голые плечи и короткие юбки, хотя и они могут быть тоже.

Ты можешь быть роскошно одета, но при этом настолько погружена в обязанности, заботы и ответственность, что от тебя не будет ощущения живости, ты будешь притягивать холодных мужчин.

Еще раз: сексуальность — это в первую очередь внутреннее состояние. Это не про то, сколько тела ты показала.

— А если женщина говорит: «Я холодная и ничего с этим не могу поделать»?

— Я бы посмотрела, что у нее происходило в детстве. Очень часто это может быть защитная стратегия. Если когда-то было небезопасно быть мягкой, чувственной, расслабленной, доверять кому-то ответственность, человек учится быть жестким, самостоятельным, отгораживаться от других. Близость вообще пугает многих людей именно потому, что в ней мы становимся уязвимыми и начинаем видеть себя настоящими.

Я сама прошла этот пусть изменений. В первом браке могла и лампочку поменять, и все организовать, и за все отвечать. Потом просто решила изменить эту стратегию. Сказала второму мужу: «Все, теперь ответственность на тебе. Я буду заниматься тем, чем хочу: получится — хорошо, не получится — тоже хорошо».

Это был кризисный момент, но постепенно ситуация изменилась. И муж начал развиваться, у него стало многое получаться, а я впервые почувствовала себя в безопасности. Перестала просыпаться ночью и думать: «Что еще мне нужно сделать, чтобы наша жизнь стала лучше?»

Я смогла уйти из позиции постоянного достижения и контроля в состояние доверия. Поняла, что ничего страшного не произойдет, если я не буду контролировать абсолютно все.

— Часто можно услышать: «Вот встречу правильного мужчину — и стану мягкой, расслабленной, женственной». Насколько это рабочая стратегия?

— Скорее инфантильная. Если мы ищем мужчину, который должен закрыть наши внутренние проблемы, мы фактически ищем не партнера, а защитника, папу или, наоборот, тирана, который будет стучать кулаком по столу, чтобы мы потом мучились и страдали, мол, почему он меня контролирует.

Когда ты гармонична, спокойна и твои базовые потребности удовлетворены, ты притянешь мужчину, который также самодостаточен. Ты не будешь впадать в роль спасателя или, наоборот, маленькой девочки. Инфантильная позиция «я маленькая, меня должны защищать» неизбежно приводит к исчезновению сексуальной жизни. Даже по Фрейду: когда жена начинает вести себя как мама для своего мужа, страсть угасает, потому что дети маму не хотят. То же самое работает и в обратную сторону: если мужчина воспринимает женщину как ребенка, эротическое напряжение исчезает.

Мы занимаемся сексом для того, чтобы получить удовольствие самой и доставить его партнеру. Это двусторонний процесс: мы идем в близость не только за любовью, нежностью и заботой, но и чтобы давать все это взамен.

Безусловно, с определенным партнером женщина может раскрыться по-новому. А какие-то мужчины приходят в нашу жизнь как уроки. Благодаря им мы понимаем: «Со мной так нельзя, я заслуживаю большего уважения». Но когда ты уже четко знаешь свои границы, понимаешь себя и у тебя нет потребности переложить решение своих проблем на мужчину, ты найдешь именно того, кто тебе нужен. Того, кто отразит твое здоровое состояние.

Часто женщины спрашивают: «Почему он меня не удовлетворяет?». Но ответ прост: это твое тело и это твоя ответственность. Умение получать удовольствие — это навык, который можно и нужно развивать. «Фригидных» женщин не существует. Это миф. В международной классификации болезней (МКБ) такого диагноза просто нет. Есть женщины, не просвещенные в вопросах сексуальности, есть травмированные. Но врожденной неспособности к удовольствию не существует.

— Многие женщины как будто и сами не знают, от чего получают удовольствие?

— Да. Здесь есть, в том числе, культурные установки. Во многих культурах тема самопознания или мастурбации находится под строгим запретом. У нас такое встречается реже, но однажды ко мне пришла девушка, которая прямо сказала: «Нам это запрещено».

В целом, в голове стоят жесткие установки: этим заниматься нельзя или не нужно. Из-за этого даже простое упражнение, когда нужно посмотреть на себя в зеркало, может вызывать сильный стресс. Поэтому мы начинаем издалека: учимся элементарно, бережно поглаживать свой живот, делать первые, очень маленькие шаги.

Именно так женщина заново учится чувствовать свое тело, свои желания и потребности. То же самое касается эрогенных зон. Все привыкли думать, что их всего одна или две. На самом деле у нас много «спящих» зон. Более того, у женщин эрогенные зоны часто динамические: они могут перетекать и смещаться с одной области тела на другую. Мы просто не знаем об этом, не пробуем и не пробуждаем свой потенциал.

Мне вообще нравится идея относиться к телу как к исследовательскому полю. Не только к своему, но и к телу партнера. Мы ведь тоже не можем знать другого человека до конца.

— Правда ли, что мужчинам обычно нужно больше секса, чем женщинам?

— Нет. У людей разная сексуальная конституция. Она бывает низкой, средней или высокой и формируется под влиянием того, что происходило с человеком в детстве. Поэтому говорить о том, что всем мужчинам секса нужно больше, чем женщинам, нельзя. Есть мужчины, которым секс нужен постоянно, а есть те, которым нужно реже.

В начале отношений часто бывает гормональная волна, и нам хочется секса гораздо чаще. Но потом это постепенно устаканивается, и мы возвращаемся к той потребности, которая у нас есть.

По-хорошему, надо знать свою сексуальную конституцию и понимать особенности партнера, чтобы уже на этом уровне более-менее совпадать.

— А что делать, если одному нужно три раза в неделю, а другому — раз в месяц?

— В первую очередь разговаривать. Потому что отказ партнера человек часто воспринимает как личное отвержение: «Меня не хотят, значит, меня не любят». А другой человек в это время может думать: «Меня не слышат, не уважают, меня используют».

Важно отделить свои чувства и мысли от того, что происходит на самом деле. Если сегодня я не хочу секса, это не обязательно значит, что я не хочу тебя или не люблю. Возможно, я устала, у меня нет ресурса, я плохо себя чувствую.

Плюс, ведь необязательно каждый раз переходить непосредственно к сексу. Можно просто обниматься, гладить друг друга, быть в телесном контакте. Иногда человеку этого вполне достаточно.

В общем, нужно договариваться и искать разные варианты. Можно даже заранее придумывать, каким будет сегодняшний вечер: сегодня у нас близость, завтра — нет. А если сегодня не получится, можно придумать какое-нибудь игровое условие или шутливое «наказание». В отношениях вообще полезно оставлять место игре.

— Бывает, что человек любит своего партнера, ему с ним хорошо, но сексуально хочется кого-то другого. Что с этим делать?

— Здесь стоит разобраться, что именно привлекает в другом человеке. Иногда нас тянет к тому, что мы не позволяем себе проявлять в существующих отношениях, потому что внутри есть какие-то заблокированные теневые части. Поэтому мы иногда ищем «хорошего» мужчину, который сегодня нас позовет, а завтра пошлет.

Это такая гормональная привязка. Но с этим можно работать, задавать себе вопрос: зачем тебе это нужно? Какие твои потребности не закрываются? Возможно, ты никогда не говорила партнеру, чего именно тебе хочется, или он тебе не говорил. Может быть, тебе страшно? Вы можете выглядеть как идеальная пара, такие замечательные, «ромбовые ангелочки», а тебе при этом хочется чего-то более дерзкого и жесткого. И ты боишься раскрыть эту сторону себя: вдруг тебя отвергнут, не примут?

Об этом можно разговаривать и с этим работать. Возможно, тебе как раз этого и не хватает, просто ты пока сама не понимаешь чего. Фантазии, кстати, сами по себе тоже не означают, что человек не любит своего партнера.

— Одна из распространенных проблем интимной жизни связана с тем, что после рождения ребенка у многих женщин пропадает сексуальное желание. Как ее решать?

— Здесь может одновременно работать несколько факторов: физиологическое восстановление, гормональные изменения, усталость, стресс, состояние здоровья. Вообще в этот период в организме женщины одни гормоны, по сути, противоречат другим гормонам: пролактин — гормон, отвечающий за выработку молока, — естественным образом подавляет тестостерон. А ведь именно тестостерон отвечает за либидо и сексуальное возбуждение как у мужчин, так и у женщин.

Кроме того, после родов часто присутствует определенная травматика и анатомические изменения: мышцы тазового дна могут быть ослаблены, их тонус снижен, что вызывает физический дискомфорт. Это чисто физиологическая часть проблемы.

Нельзя забывать и о дефицитах. Нехватка железа и цинка напрямую бьет по выработке гормонов и сексуальному желанию. Когда организму критически не хватает железа, он переходит в режим энергосбережения и выживания, и в таком состоянии ни о каком либидо речи уже просто не идет.

Есть еще один момент: женщина с маленьким ребенком постоянно находится в контакте с чужим телом. Ее все время трогают, зовут, требуют внимания, что приводит к гипертелесности. Есть даже понятие такое — затроганная мама. И тебе просто не хочется никаких еще прикосновений. Особенно сложно, если вся забота о ребенке и быт лежат на женщине. У нее просто нет ресурса думать о сексе.

— То есть это период, когда от мужчины многое зависит?

— Да. Мужчине важно проявить гораздо большую активность в общей жизни и быту, чтобы реально снизить нагрузку на женщину. Нужно не требовать внимания к себе, а искренне попытаться понять, что с ней сейчас происходит на всех уровнях.

Но и женщине нужно заниматься собой. Критически важна работа с телом, чтобы заново запустить контакт со своей телесностью. Например, интимная гимнастика. Работа с ней отлично налаживает те самые нейронные связи, которые отвечают за возбуждение и сексуальное желание.

Как только ты начинаешь с этим работать, процессы в организме «разгоняются». Но если не делать этого и при этом быть «загнанной» бытом и неравным распределением обязанностей, либидо просто не будет.

Поэтому в терапии мы всегда смотрим на картину шире: что вообще происходит в жизни помимо секса? Как распределены домашние обязанности? Как помогает муж? Есть ли невысказанные обиды или постоянные конфликты? И, конечно, что происходит на уровне физиологии: как идут гормоны, восстановление и закрытие дефицитов?

— Есть стереотип, что мужчина хочет секса сразу, а женщине сначала нужно создать атмосферу. Это действительно так?

— Нет. У женщин тоже бывает спонтанное желание. Хотя считается, что у мужчин преобладает реактивное (отзывчивое) желание: увидел стимул, возбудился, включился, но это не жесткое правило.

Возможно, у женщин действительно сильнее предрасположенность к созданию атмосферы, мы более чувственны, мужчины более конкретны, но, тем не менее, это характерно и для мужчин, и для женщин.

Встречаются мужчины, которым сначала нужно эмоционально настроиться, чтобы почувствовать: «Мне здесь хорошо, интересно, у меня есть контакт с этой конкретной женщиной, нам есть о чем побеседовать». Просто об этом реже говорят. Есть наоборот очень активные женщины, у которых работает именно отзывчивое возбуждение.

Что точно можно сказать, у женщин оргазм во многом «в голове», и там много нюансов. Здесь очень важно знать себя: какой именно тип возбуждения тебе свойствен. Часто бывает так: нам кажется, что мы не хотим, но в процессе стимуляции начинаем хотеть. Процесс уже начался, тебе становится действительно классно, и ты получаешь оргазм.

Это и есть отзывчивое возбуждение, которое включается на определенном этапе. И с этим можно работать: мы можем заранее подключать фантазию, что-то представлять, и тогда у тебя появится нужный стимул.

— Необходимость долгой прелюдии для женщины — это миф?

— Нет, не миф. Тут, конечно, все индивидуально, но прелюдия нужна женщинам чисто на физиологическом уровне. Наша физиология гораздо сложнее, чем у мужчин, нам нужен сильный приток крови к органам малого таза. Даже при самом лучшем раскладе требуется время, чтобы влагалище удлинилось, матка немного приподнялась, запустилась лубрикация.

Ведь часто мы не знаем, что еще можно попробовать. А вариантов для экспериментов множество! Особенно если отключить визуальный канал — просто закрыть или завязать глаза. Тогда все, что тебе остается — это сосредоточиться исключительно на своих телесных ощущениях.

И это же ответ на вопрос, почему женщины часто испытывают трудности с оргазмом. Потому что мы уходим в голову, начинаем анализировать и думать, вместо того чтобы просто погрузиться в ощущения.

— Многие женщины во время секса в принципе слишком много думают о посторонних вещах: бытовых делах, работе, проблемах — обо всём, кроме происходящего.

— Да, поэтому иногда важно возвращать внимание в тело. Что я сейчас чувствую? Где мне тепло? Где холодно? Что приятно? Что неприятно?

Не нужно пытаться вообще перестать думать. Нужно просто перенаправить внимание на ощущения.

Помогает и дыхание. Когда человек сосредоточивается на собственном теле и ощущениях, ему проще оставаться в моменте.

А еще важно экспериментировать. Например, можно просто исследовать тело партнера и свое тело, менять прикосновения, темп, обстановку. Не относиться к сексу как к заранее известному сценарию.

— Некоторые мужчины отправляют незнакомым женщинам дикпики, думая, это возбуждает. Но у женщин такие фото вызывают в лучшем случае недоумение. Это тоже про разные механизмы возбуждения?

— Мужчины, скорее всего, в этом случае переносят свои реакции на женщин. Мужчина действительно может увидеть изображение и быстро отреагировать на него как на стимул. Но у женщин это часто работает иначе.

Но случайное изображение от незнакомого человека чаще не вызывает такого эффекта. Я обычно говорю: все, что мы можем сделать с вашими дикпиками, — это отослать подружкам и посмеяться.

— Кстати, размер имеет значение?

— Скорее, имеет значение умение. Ученые в принципе уже давно доказали, что и 5 сантиметров достаточно для получения удовольствия. И я бы еще сказала, что важнее объем охвата, чем длина полового члена.

Одна из известных блогерш на этот счет правильно сказала, что не надо нам 30 сантиметров, у нас до матки расстояние меньше — до 18 сантиметров в возбужденном состоянии. И все, что больше, приносит боль, а не удовольствие.

— Что хуже для пары: отсутствие секса или секс по обязанности?

— Для каждой пары ответ будет разным. Есть отношения, в которых секса немного, но обоих это устраивает.

Но секс по долгу и обязанности — это точно плохая стратегия. Секс — это клей в отношениях, в любом случае. Когда человек постоянно идет на близость через «я должен» или «я должна», он фактически предает собственные желания. И партнер это тоже чувствует. Секс предполагает уязвимость и близость. Если один человек понимает, что второй делает это только потому, что обязан, это тоже может ранить.

В такой ситуации партнёр может пойти «налево». И часто причина кроется не в отсутствии любви, у мужчин, например, видеть горящие глаза партнерши, чувствовать её настоящее желание и инициативу — базовая потребность. Только когда женщине самой интересно и она по-настоящему вовлечена в процесс, мужчина чувствует себя желанным, сильным и значимым. Именно через её живой, искренний отклик он подтверждает свою мужскую ценность.

Поэтому здесь либо нужно искать решение, которое устроит обоих, либо честно признавать, что люди не могут договориться, и расходиться.

— Мне кажется, одна из самых сильных эмоций в сексуальной сфере — стыд. Насколько он действительно мешает?

— Очень сильно. Стыд оседает глубоко, и человек иногда даже не понимает, откуда он взялся, это его собственное ощущение или ему когда-то сказали, что так нельзя.

С этим сложно работать, но возможно. Иногда человеку просто нужно получить информацию. Люди, которые приходят ко мне, порой впервые осознают, что есть какая-то такая среда дозволения, в которой они начинают себя узнавать, понимать, что их реакция на ненормальную ситуацию была нормальной.

Когда появляется понимание, постепенно уходит стыд, становится спокойнее, человек начинает лучше чувствовать себя и свои желания.

— Порой сам мужчина говорит своей женщине, что хотел бы, чтобы она озвучивала свои желания, но она все равно этого не делает. Почему так происходит?

— Потому что страх, что о тебе подумает партнёр, сидит гораздо глубже, это внутренняя защита. У нас есть фантазии, которые мы не то что другим не озвучиваем, — мы даже сами для себя боимся их признать. Особенно если в прошлом кто-то внушил установку, что женщина должна быть исключительно хорошей, спокойной и чистой.

Чтобы преодолеть это, часто нужна безопасная среда — например, терапевтическое пространство, — где ты действительно поймешь: «Со мной все в порядке, моя сексуальность, я могу многое». Твое поле для фантазий — это твое поле. Ты можешь фантазировать о чем угодно, и это будет тем самым ресурсом, который ты в итоге приносишь в пару.

Даже если во время мастурбации ты думаешь о Ричарде Гире или каком-то вымышленном персонаже, это не значит, что ты не любишь партнера или не хочешь его. Нет. Это просто способ послать мозгу более сильный стимул, чтобы в моменте сильнее возбудиться.

Чтобы проработать все эти установки, очень хорошо обратиться к психологу или сексологу. Сексология по сути сестра-близнец психологии.

— А как сохранить сексуальный интерес друг к другу после многих лет отношений?

— Прежде всего, помни, что партнёр не является твоей собственностью. В долгих отношениях возникает такая парадоксальная проблема: человек становится слишком знакомым. Мы всё время находимся в одной обстановке, делаем одно и то же, и мозг перестаёт воспринимать это как что-то новое. Но нельзя забывать, что ты никогда не можешь сказать: «Я знаю его полностью».

Поэтому очень важна новизна. Не обязательно устраивать какие-то экстремальные эксперименты. Можно поехать вдвоем в новое место. Не отправить детей к родственникам и остаться в собственной квартире, а изменить обстановку, придумать игру, просто по-другому провести вечер. Даже небольшое количество новизны может вернуть ощущение интереса и ожидания.

Отношения вообще похожи на сад: если за ними совсем не ухаживать, они постепенно приходят в запустение.

— Если человек сейчас недоволен своей сексуальной жизнью, какой один вопрос ему стоит задать себе?

— Для начала: чего именно я хочу? Чтобы прийти к какому-то результату, нужно хотя бы понимать, какой результат ты хочешь получить. А дальше уже можно разбираться, что мешает к нему прийти.

Потому что очень часто человек пытается что-то исправить, даже не понимая, как именно он хочет жить и что для него будет хорошей сексуальной жизнью.

— Получается, разговаривать о состоянии отношений нужно еще до того, как появились серьезные проблемы?

— Я за профилактику отношений. Люди часто начинают что-то менять, когда уже все закончилось. А можно периодически спрашивать друг друга: чего тебе не хватает? что тебе нравится? что ты хотел сказать, но боялся? что тебе хочется изменить?

Партнер тоже не умеет читать мысли. Он может считать что-то нормальным, а для тебя это будет совершенно неприемлемо. Поэтому разговаривать нужно постоянно.

Не каждый человек готов сразу на такие разговоры, но если оба понимают, зачем они это делают, и хотят сохранить отношения, этому можно научиться.

— Мы с тобой, по сути, сегодня говорим много о личных границах. Это сейчас очень популярная тема. Не кажется ли тебе, что иногда люди за ними прячутся?

— Да, мне кажется, что люди действительно иногда путают границы со стенами. Границы нужны, чтобы защищать человека. Но иногда под видом границ мы просто отгораживаемся от всех: «Не подходите ко мне, я никому ничего не должна». И очень часто за этими выстроенными «границами» прячется банальный страх близости и уязвимости.

Но я считаю, что человеку нужен человек. Просто сейчас происходит глобальное смещение семейной модели. Раньше была более жесткая система ролей: мужчина отвечает за одно, женщина — за другое. Потом женщины получили больше самостоятельности и поняли, что могут справляться сами.

Но сейчас, как я вижу, мы все-таки движемся к модели, где каждый человек учитывает собственные интересы, но при этом не забывает об интересах партнера и семьи.

Отношения — это лавирование. Мы не должны жить только ради другого человека, но и не должны жить так, будто рядом с нами никого нет.