«Рыбу закончили не птицы, а люди». Орнитолог рассказал, что не так с планами властей отстреливать бакланов на Байкале

Правительство Иркутской области утвердило «дорожную карту» по сокращению популяции баклана, в которой, в частности, предусмотрены мероприятия по отстрелу птиц и уничтожению гнезд, а также предложения по переработке мяса на корм для домашних животных. Но у научного сообщества к этому документу больше вопросов, чем ответов. Журналист «ИрСити» поговорил с доктором биологических наук, орнитологом, профессором Сергеем Пыжьяновым, чтобы выяснить, какие слабости есть у инициативы властей сократить популяцию баклана.

По мнению ученого, есть вопросы к инициативе по отстрелу бакланов. Сергей Пыжьянов напомнил, что несколько лет назад в Бурятии разрешали отстрел птиц. Там насчитывалось 30 тысяч особей, по квотам можно было отстрелять 10%. Но это привело к тому, что в следующем году популяция выросла сразу на 20%.

«При умеренной нагрузке популяция отвечает повышенной продуктивностью и быстрым восстановлением», — пояснил орнитолог.

По его оценкам, в Иркутской области насчитывается около 50 тысяч бакланов. Например, если принимается решение отстрелять 20 тысяч птиц, то затраты на это будут колоссальные. «Причем это не в одном месте, не в тире, а в естественных условиях», — уточнил учёный.

По нормативам, на отстрел одной птицы требуется три патрона, которые обойдутся в сумму около 400 рублей. Соответственно, на отстрел 20 тысяч птиц требуется 8 миллионов рублей, и это только на патроны. А нужно еще предусмотреть деньги на бензин, командировки людей, а также сопутствующие расходы.

Кроме того, вызывает вопросы утилизация добытой птицы. Властям придется договариваться с компаниями, которые смогут перерабатывать мясо на корм для животных.

«Колония располагается на расстоянии от Малого моря до Богучанского водохранилища. Получается, надо добыть птицу, собрать ее и из отдаленных мест привезти на пункты переработки. Думаю, что возиться с этим точно не будут, и будут оставлять птиц на месте. Если будет массовый забой, то ситуацией может заинтересоваться ветеринарная служба», — пояснил ученый.

По уничтожению гнезд также был прецедент в Бурятии. В 2020 году в дельте реки Селенги, где существовала крупнейшая на Байкале колония в 5 тысяч гнезд, зашла стихийно сложившаяся «бригада лесорубов» и уничтожила почти все гнезда, спилив все деревья, на которых они располагались, рассказал ученый. В итоге был погублен пойменный лес — ивняк, а бакланы благополучно переселились в новые места.

«Птица не должна видеть, что гнездо разрушено. То есть гнездо разрушать не надо, надо убить кладку (яйца), но так, чтобы птица оставалась на нем. Для этого существуют методики, например, взбалтывание яиц, опрыскивание их специальными жидкостями. В результате птица на кладке сидит, думая, что все в порядке. Но когда проходит срок и птенцы не вылупляются, птица никуда не перемещается и не образует новые поселения», — объяснил ученый.

Сергей Пыжьянов подчеркнул, эти методики будет очень сложно реализовать в нашем регионе, так как доступ к гнездам есть только на Малом море, где бакланы гнездятся на скалах, и то не везде. В других местах — на берегах водохранилищ — бакланы гнездятся высоко на деревьях и достать их без специального оборудования не представляется возможным.

На Малом море, по данным ученого, численность бакланов уже упала в два раза по сравнению с пиковыми показателями. Сейчас птицы осваивают новые территории — это водохранилища.

«Освоение новой территории всегда идёт по вполне определённым этапам. Сначала нужно зацепиться, удержаться, затем начинается резкое увеличение численности. После этого экосистема начинает давить на популяцию, что приводит к ее снижению. Это естественный процесс. Такую классическую картину мы и видим сейчас на Малом море», — пояснил орнитолог.

Ученый напомнил, что баклан появился на западном побережье Байкала в 2006 году из-за многолетней засухи в северо-восточном Китае и сопредельных районах Монголии и России. Повлияло на ситуацию и пересыхание Торейских озер в Забайкальском крае.

Он добавил, что «рыбу закончили вовсе не бакланы, а люди».

«Баклан появился на Малом море в 2006 году, а рыболовный промысел на Малом море закончился еще в 1990-е, то есть более чем за 10 лет до того, как появился баклан», — пояснил Сергей Пыжьянов.

Тем не менее он заметил, что в Братске ситуация действительно тяжелая, здесь наблюдается сразу несколько колоний, расположенных на островах в нижнем бьефе Братской ГЭС. «Но, скорее всего, и там уже пик популяции пройден», — предположил ученый.

Он также добавил, что от отсутствия промысла на Байкале сильнее пострадала монгольская чайка, а у баклана нет конкурентов.

«Баклан пришёл на другой ресурс, глубоководный, который человеку не важен. Это бычковый комплекс, но я говорю о Байкале. Потому что на Братском водохранилище баклан питается рыбой, которую едят и люди, в том числе окунь, сорога, щука и другие виды промысловых рыб. А гнездование большими колониями действительно создает избыточную нагрузку на запасы этих рыб в окрестных водоёмах» — оценил ученый.