Храм, палатки и то самое гражданское общество

Тихий микрорайон Приморский на левом берегу Иркутска в уходящем году внезапно стал одной из самых горячих точек нашего крайне неспокойного города. Приход Александро-Невского храма планировал построить новое религиозное сооружение на месте единственной в микрорайоне рощи. Часть жителей выступила против и сделала это настолько громко, что, кажется, удивилась сама. Колонка впервые опубликована в субъективном разборе событий недели, который вышел на «ИрСити» 31 декабря. Впервые о планах строительства храма в пределах улиц Захарова и Безбокова было заявлено ещё в 2012 году, но остро тема проявилась в медийном пространстве только в 2016-м. Тогда люди собирали подписи и создавали петиции в интернете, обращались к депутатам всех уровней, партизанскими путями пробирались на публичные слушания. В итоге всё разрешилось как-то само собой – жителям пообещали не строиться, и те успокоились. В конце лета 2021-го история «выстрелила» снова: в один момент участок строительства огородили забором, а настрой церкви показался решительным. Вновь последовал сбор подписей и появление петиции против возведения храма на зелёном пятачке, но на этот раз и представители храма, и депутат гордумы Михаил Корнев (один из инициаторов строительства), и мэрия давали понять, что решение уже принято, ничего изменить не получится (да и ни к чему, ведь за строительство выступает не менее 12 тысяч иркутян, и с этим нужно считаться). Поначалу мне казалось, что протест местных жителей не завершится ничем хорошим для них, особенно если повторится ситуация, которая возникла в Екатеринбурге в 2019-м, когда был полный фарш – и митинги разной степени законности, и открытые столкновения противников, и даже привлечение ОМОНа. Тем более что первые шаги – сборы подписей, запись видеообращений и пикеты – совершенно «не растапливали лёд» в отношениях между протестующими и властями с церковью. Ситуация резко изменилась в конце октября. Казаки и священнослужители провели молебен в честь будущего храма, а активисты, выступающие против строительства, разбили палаточный лагерь прямо возле забора и переночевали там. Уже на следующий день к ним приехал замгубернатора Андрей Бунёв и организовал встречу в «сером доме». Именно тогда городские власти впервые заявили о хотя бы теоретической возможности переноса строительства на другой участок, ближе к старому храму. Конечно, это ещё никакая не победа – но всё-таки риторика уже немного другая, если сравнивать с выступлением заммэра Евгения Харитонова в сентябре. Тогда чиновник очень твёрдо заявлял, что изменить существующее положение дел может только суд. Судебные иски в итоге всё равно появились и в адрес мэрии, которая выдала разрешение на строительство, и в адрес минимущества Приангарья, которое позволило использовать прилегающую к спорному участку зелёную территорию для заезда строительной техники. Пока идёт суд, никакие действия с участком совершать нельзя. В этой истории очень много вопросов. Например, во сколько всё же обойдётся строительство, и располагает ли приход деньгами на то, чтобы его завершить в трёхлетний срок, как это планируется? В 2012 году фигурировала цифра в 1 миллиард рублей. Даже если допустить, что стоимость осталась прежней (хотя в это очень слабо верится, учитывая все наши экономические кризисы), миллиард рублей – это огромная сумма для прихода заштатного храма. За всё время, что идея строительства витает в воздухе, не было даже поводов подумать, что у храма есть какой-то солидный спонсор (как в том же Екатеринбурге). Нежелание строителей раскрывать карты явно не добавляет доверия. Ещё один вопрос – а нужен ли столь монументальный храм (от земли до кончика шпиля – больше 50 метров) в тихом спальном районе? Может быть, если переработать проект и сделать его чуть скромнее, появится возможность встроить его на участок с действующим храмом или на соседний, неподалёку от ресторана «Мираж»? И, в конце концов, главный вопрос – а стоило ли властям драконить людей до такой степени, чтобы заставлять их ночевать в палатках в ноябре? Ведь как показало время, какое-то подобие конструктивного диалога всё-таки можно было наладить. Неужели для этого нужен был такой скандал, который теперь приходится разрешать с участием правительства? Люди, которые вышли на защиту парка и пытаются решить проблему в строго законном ключе, вызывают огромное уважение. В условиях атомизации общества такое объединение людей вокруг зелёной полянки дорогого стоит. Это звучит слишком пафосно, но это и есть проявление того самого гражданского общества, появление которого мы ждём много-много лет. Они готовы биться – в рамках правового поля – за комфортные условия жизни для себя и своих близких. Кажется, что людей всё-таки начали хотя бы немного слышать. Но теперь мяч на стороне церкви и мэрии. Смогут ли они найти в себе силы, чтобы пойти на компромисс?