Иркутский айтишник переехал на Кипр после начала спецоперации

Остров Кипр — мечта любого туриста. Чистые пляжи, лазурная вода, живописные горы, зелень и морские круизы в качестве развлечений. Но что, если ты выбираешь Кипрскую Республику не для путешествий, а для жизни? Иркутский программист Антон после начала спецоперации переехал на Кипр, чтобы сохранить работу и не остаться без зарплаты. По просьбе героя публикации мы не называем его фамилию. На «ИрСити» уже вышло два материала о переезде за рубеж после 24 февраля. В прошлых статьях мы рассказывали истории айтишников Вячеслава Ковалева и Сергея, которые перебрались в Турцию и Таиланд. — Антон, расскажи, как давно ты в профессии, как у тебя всё складывалось до 24 февраля и что изменилось после? — С компьютерами я связан столько, сколько себя помню. Зарабатывать этим начал лет в 18, а увлекаться — с 6 лет, когда отец привел меня в подвал физико-математического института в Иркутске. Тогда там стояли первые персональные компьютеры, а я играл на них в какие-то примитивные игры, например, в такую, где кораблик летал по злой вселенной, подбирал разные оружия и расстреливал пришельцев. Меня это невероятно захватило. Еще были приставки Dendy и Sega, в них тоже рубились круглые сутки. Так как я никогда не был особо общительным, большую часть времени проводил за компьютером. Потом пошел в компьютерную школу, которая находилась в подвале школы № 65 в переулке 8 Марта. Там я изучал Delphi, мне это тоже очень нравилось. А потом пришел интернет. Первое, что я там сделал, — зарегистрировался в ICQ, даже номер до сих пор помню. Потом открыл для себя сайты. В то время создание сайтов было практически искусством, ведь сделать работающий и тем более красивый сайт было невероятно сложно. Тогда я нашел много американских художников и дизайнеров, которые делали классные сайты, и пытался делать нечто похожее. Именно тогда я подсел на HTML, JavaScript, Photoshop, активно изучал PHP. Лет в 18–19 мои веб-разработки стали приносить мне первые скромные деньги. Так всё постепенно пошло-поехало. Потом я решил, что пришла пора переехать в Москву. Перебрались туда вместе с будущей женой, я отработал 11 лет в «Яндексе», а потом ушел в американский стартап делать базу данных. Из Иркутска уехал просто потому, что хотелось попробовать пожить в другом городе. Не было осознанного желания и плана построить карьеру в столице. Просто эксперимент. Я уже несколько раз хотел вернуться обратно в Иркутск, но пока эти попытки не увенчались успехом. Возможно, когда-нибудь у меня это всё же получится. — А помнишь, как ты узнал про возможный переезд? Чем необходимость покинуть Россию объяснили в твоей компании? Как на все эти события отреагировала твоя семья, твои близкие люди? — Всё случилось примерно через неделю после 24 февраля. Наша компания решила, что есть риск прекращения платежей сотрудникам компании из-за того, что перестанет работать SWIFT. Когда заблокировали банк «Точка», в котором я обслуживался, компания очень настойчиво стала рекомендовать переехать. Так что я раздумывал недолго. Вариантов было несколько — Ереван, Тбилиси, в какой-то момент появился Кипр. Изначально мы выбрали Тбилиси, но одновременно выясняли детали, как и где будем жить. Тбилиси как конечная точка маршрута отвалился, там мы прожили три недели, и нам не понравилось примерно всё — еда, погода, арендное жилье и отсутствие центрального отопления. Конечно, мы приехали туда в марте, когда там было холодно. Это испортило все впечатления. В Ереване нам жить не хотелось, поэтому мы в итоге выбрали Кипр. Много лет назад мы уже бывали на этом острове, им всегда интересовалась моя жена. Поэтому нам показалось это хорошим вариантом, чтобы переждать здесь спецоперацию. Моя жена меня поддерживает почти в каждом моем решении, и этот раз не стал исключением, за что я ей сильно благодарен. И это, несмотря на то что нам пришлось оставить в Москве уже выстроенную и очень комфортную жизнь. Также мы осознавали, что этим летом, вероятно, не сможем съездить к родителям в Иркутск. Но выбора не было. — То есть Кипр — это временное убежище? При каких условиях ты вернешься в Россию? — Да, я надеюсь вернуться. Для меня главное — это уверенность, что SWIFT точно будет работать. Мне не так важны курсы валют или закрытость России от остального мира. В таких условиях я бы всё равно жил в России, такая у меня позиция. Но отключение нашей страны от мировой платежной системы для меня означает невозможность получать зарплату, а без денег мне в России точно делать нечего. Так что я очень надеюсь, что дипломаты в конце концов сумеют договориться и сгладить конфликты. — Какие документы тебе понадобились для того, чтобы переехать на Кипр? У тебя уже оформлен вид на жительство или ты пока еще находишься там как турист? — Вид на жительство у меня уже оформлен. Кроме того, мой работодатель зарегистрировал на Кипре свой филиал, так что я перестал быть индивидуальным предпринимателем в России и стал работником по найму в кипрском филиале нашей компании. Здесь, кстати, очень интересная система — ты не можешь нанимать человека, если не докажешь, что на острове нет подобных специалистов и ты приложил все усилия, чтобы найти сотрудников среди местных. К счастью, с программистами это доказать довольно легко, потому что на Кипре исторически не развито программирование, своих айтишников тут в принципе мало. Помимо этих документов мне потребовалось предоставить диплом об образовании, справку об отсутствии гепатита, ВИЧ и прочих заболеваний, свидетельство о браке и свидетельства о рождении наших детей, загранпаспорта, а также справку об отсутствии судимости. Всё это должно быть переведено на английский язык и заверено нотариально. Список довольно большой, но все документы собираются быстро. Если есть приглашение на работу, всё остальное — дело техники. Важно, чтобы не закончился загранпаспорт. У моего срок истекает через год, поэтому вид на жительство у меня тоже всего на год. Как и у моей семьи, которая в этом плане напрямую зависит от меня. — Какие цены на аренду жилья на Кипре? Какую минимальную сумму нужно иметь человеку, желающему туда переехать? — Разбег по ценам, конечно, большой. Если мы говорим о квартирах, то где-нибудь недалеко от города Лимассол «трешку» с очень маленькими комнатами можно арендовать за 700 евро в месяц. Чем ближе к Лимассолу, тем дороже. В Никосии квартиры будут чуть дешевле, в городах Пафос и Ларнака — еще более дешевое жилье. Но ориентировочная нижняя граница для квартиры с двумя спальнями — 700 евро. В самом Лимассоле квартира с двумя спальнями будет стоить от 1400 евро и выше. Точнее, так было раньше, после начала спецоперации цены на аренду поднялись на несколько десятков процентов. При этом квартиры здесь довольно маленькие даже по современным российским меркам. Здесь маленькие комнаты, мало пространства. Зато очень большие балконы, так как киприоты любят проводить на них свободное время. Собираются семьями, жарят шашлыки. В некотором роде здесь существует культ балконов. Стоимость аренды домов тоже сильно зависит от многих факторов. Вариант площадью от 120 квадратов с бассейном и в хорошем районе обойдется минимум в 3 тысячи евро. Если выбрать район чуть похуже, дом той же площади будет стоить в пределах 2,5 тысячи евро в месяц. Чтобы снять жилье, нужно выложить три суммы месячной аренды: платеж за первый и последний месяцы, плюс страховой депозит на случай, если будут повреждены вещи или владельцу придется делать ремонт. Кроме того, нужно обязательно иметь работу, это условие прописывается в договоре. — Коммунальные платежи входят в стоимость аренды или это — отдельная строка расходов? Во сколько на Кипре обходятся вода и электричество? — Надо понимать, что Кипр — остров, а на островах нет никаких ресурсов. Нет горячей воды, поэтому в квартирах нет батарей, нет своей электроэнергии. Поэтому электричество очень дорогое, а горячая вода добывается с помощью солнечных коллекторов. Иногда используются бойлеры, работающие от электричества. Газ привозной, продается в баллонах. Зимой киприоты мерзнут, потому что для отопления, по сути, не используется ничего. При этом они любят полы, выложенные плиткой, от которой в холодное время года тепла ждать не следует. Поэтому они зимой носят теплые шерстяные носки. Вообще зима на Кипре — не самое приятное время года. Холодно и много плесени. Коммуналка выходит примерно в 200 евро в месяц и дороже. В стоимость входит вода и электричество. Отдельная строка расходов — utility services. Это такая история, когда дом поддерживает определенный уровень комфорта и собирает за это плату с жильцов. В доме, где живу я, это стоит еще 300 евро в месяц. За эту сумму обслуживается бассейн, плюс дом содержится в чистоте. Счета за коммуналку приходят не каждый месяц, а раз в несколько месяцев. Этот факт тоже стоит учитывать и заранее откладывать деньги. Хотя вроде всё можно оплачивать ежемесячно и через интернет. Еще один интересный факт — когда я только приехал и снял жилье, у меня в квартире не было электричества. Оказывается, как только я арендовал квартиру, я стал официальным плательщиком за все коммунальные услуги. Поэтому мне нужно было переписать все коммунальные счета на себя. Так что через сутки ко мне приехал электрик, мы переоформили документы, и только после этого у меня появилось электричество. — Как на Кипре обстоят дела с общественным транспортом? Легко ли перемещаться по острову? Сколько стоит проезд? Можно ли арендовать машину и во сколько это обойдется? — Автобусы тут ходят хорошо и регулярно, по городу Лимассол общественный транспорт ходит примерно каждые 10–15 минут. Проезд стоит 1,5 евро. Но вот манера езды у местных просто отвратительная: они резко разгоняются, подрезают, довольно дерзко ведут себя на дороге. После Москвы это сильно бросается в глаза. Впрочем, иркутские маршрутчики, как мне кажется, водят примерно так же. Поэтому машина тут крайне необходима. В том числе и потому, что в городе мало транспортных веток, по которым ездят автобусы, а альтернатив им нет. Есть такси, но такси стоит около 10 евро. Каждый день на нем не наездишься. Так что сейчас я как раз присматриваю варианты с автомобилем. Купить его можно за 1,5–2 тысячи евро, а аренда обходится примерно в 500 евро ежемесячно. — Так как на острове несколько государств, это как-то влияет на перемещение? Можешь ли ты при желании посетить все эти государства или для въезда требуются специальные документы? — Фактически остров Кипр состоит из четырех государств. Я живу в Республике Кипр. Это — отдельное государство, которое занимает южную часть острова. Также здесь есть две военные базы, которые остались с тех пор, как в 60-е годы прошлого века Кипр стал независимым от Великобритании. Как по мне, это странная независимость, когда на маленьком клочке в океане остаются две военные базы. Они, конечно, не такие, как закрытые военные базы в Иркутской области. На их территории живут люди, туда можно заезжать, пользоваться британским магазином Best Buy. Там вообще полно магазинов, баров, парикмахерских. Адреса, точки размещения на карте можно спокойно найти в интернете. То есть это скорее точки присутствия войск. Поэтому вместе с гражданскими здесь есть и военные. Третья территория — Северный Кипр, это часть острова, освобожденная от угнетения по национальному признаку. Когда разразился конфликт по поводу управления островом после получения независимости, две нации — греки и турки, всю жизнь жившие вместе, внезапно начали конфликтовать. Греков оказалось больше, они начали вытеснять турков из привычных мест обитания. Первым нейтралитет нарушила Греция и ввела немножечко войск на остров. Турция этого и ждала: у нее возник формальный предлог, и буквально за считаные недели половина острова оказалась под контролем десанта с берегов Турции. Все, абсолютно все греки были изгнаны на юг, в том числе в Лимассол. Курорт Фамагуста превратился в город-призрак. В 80-е годы он был шикарным курортом, как Мальдивы или Канкун, например. Сейчас там никто не живет, там ничего не происходит, территория охраняется войсками Северного Кипра, а попасть туда можно только по пропускам. Четвертая территория — довольно широкая линия, пролегающая между двумя государствами, которую контролирует ООН. Там запрещено находиться вообще всем. Линия проходит посреди столицы Республики Кипр Никосии. Город разделен на две части. При желании можно сходить на экскурсию на турецкую сторону. Этот конфликт между турками и греками тлеет уже 30 лет. Попытки как-то его закончить и договориться ни к чему особо не приводят. Экстраполируйте на нынешнюю геополитическую ситуацию. В принципе, перемещаться по острову можно, но в некоторые области — только один раз. Например, въехав на территорию Северного Кипра и получив штамп в паспорте, ты навсегда закрываешь себе въезд на территорию Республики Кипр. — Расскажи немного про еду на острове. Есть ли какие-то особенности? Может, тебе что-то довелось необычное попробовать, чего нет в России? — Из того, чего я никогда не пробовал в России, — это овощи и фрукты, которые никогда не бывают у нас такими вкусными, как здесь. Привычные на первый взгляд бананы, апельсины, мандарины, помидоры и огурцы, любая зелень вроде листьев салата, петрушки или руколы, всё это здесь невероятно вкусное. В любом магазине огромный выбор зелени, приправ, овощей и фруктов, это бросается в глаза. Еще здесь везде пихают картошку фри. Другие гарниры, вроде гречки, здесь не очень распространены. Зато картошка фри — основной гарнир. Довольно редко можно ее встретить в каком-то другом виде, например, в мундире или пюре. А вот в виде фри она везде. Вообще Лимассол — город большой, в нем есть всё: пицца, макароны, азиатская кухня, русская кухня. Я, например, беру чебуреки и свекольник в магазинчике по соседству с домом. Много блюд из свинины и курицы, говядины сильно меньше, очень вкусные кальмары, есть миноги. Мне очень нравятся кальмары, почти всегда их заказываю. Почему-то не обнаружил большого выбора рыбы, есть стандартные сибас и треска, но, может быть, я просто хожу не по тем местам. Еще из местных вкусностей отмечу, конечно же, сувлаки. Меню в местных ресторанах всё на греческом, поэтому приходится пользоваться онлайн-переводчиком. Часто в меню добавляют английские названия, в некоторых заведениях даже можно встретить русский, но вообще официально всё на греческом. — Кстати, а общение с местными на каком языке происходит? Владеют ли они английским, русским языками? — Английский понимают все, так что общаться можно свободно. Процентов 40 местных понимают русский. — Вообще русскому человеку на Кипре — норм? Что для тебя привычно в новом образе жизни, что — ново? — Кипр очень сильно расслабляет. И не только потому, что это — курорт. Здесь ощущается что-то такое забытое из детства, из Советского Союза, когда люди просто жили жизнь, пусть не всегда простую и приятную. Местные, очевидно, любят не бежать вперед, а размеренно проживать все моменты. Это не похоже на мой образ жизни последние 10 лет в Москве, когда я с утра до ночи работал без перерыва. Здесь и людей по плотности значительно меньше, и жизнь более спокойная. Конечно, в этом есть минусы, например, здесь нет такого крутого и быстрого сервиса, как в Москве, нет той скорости обслуживания. Не так хорошо работают курьеры. Но, с другой стороны, с тобой всегда обращаются как с человеком. Все очень вежливые, никто не стремится сделать плохо, а люди выглядят счастливыми. Еще я вижу, как здесь относятся к детям. Это тоже что-то давно забытое. Мне кажется, я слышал об этом только в рассказах бабушки, что когда-то в России к детям таким образом относились, так с ними общались, любили даже чужих. Сейчас в нашей стране этого нет, все очень закрытые, не впускают в свою жизнь никого. А здесь детей приветствуют при встрече, общаются с ними как со взрослыми. Это здесь в порядке вещей. Вообще здесь любят собираться большими семьями. Мы в России живем изолированно, часто не общаемся даже с двоюродными и троюродными братьями, сестрами. А местные собираются всей родней где-нибудь в ресторанах или просто на своих больших балконах, сидят, болтают. Всё это позволяет вспомнить теплое и забытое чувство неспешности жизни. Это сложно описать, лучше один раз испытать. Русскому человеку особенно комфортно будет в Лимассоле. Всего здесь живет около 180 тысяч человек, из них 40 тысяч — русские. Здесь многое заточено под русского человека. Многие вывески на русском языке, так что не будет трудно даже тем, кто не знает английский. Многие бизнесы здесь начинают именно русские, потому что местные скорее деревенские жители, чем городские, а русские привозят им бизнес-идеи, капитал, развивают что-то. В других городах Кипра, конечно, русскому человеку будет сложнее. Там больше коренного населения, там уже другой коленкор. — Скажи, а твоя жизнь как-то изменилась с переездом? — Очень. Здесь комфортно работать с утра и по вечерам, а днем — очень жарко. Плюс, когда переезжаешь, неизбежно сбивается график. Чтобы поддерживать темп, приходится работать больше. Первое время мне вообще не хотелось ничего делать, потому что я с трудом принимаю изменения. Поэтому я через силу заставлял себя работать. Кроме того, первое время я жил в отеле, квартиру снял недавно, это тоже сказалось. Сейчас, с наступлением лета мой рабочий график еще больше изменится, так как летом тут необычайная жара, а в жару работать тяжело. Так что, возможно, днем я буду ходить на пляж, а работать — в часы, когда более-менее прохладно. Посмотрим. — Что еще, помимо жары, на Кипре тебе не нравится? — Тут много разной неприятной живности. Например, ядовитые змеи. Но с ними еще более-менее ясно, как справляться, — не лезть в кусты и не шариться по всяким заброшенным и заросшим травой площадкам. Конечно, если встретишь змею, ее нельзя злить. В случае ЧП можно приехать в любой медицинский пункт на острове и получить противоядие. Кроме того, здесь водятся ядовитые пауки, благо встречаются довольно редко. Пишут, что на побережье их редко можно увидеть, в основном они водятся ближе к горам. Отдельно надо упомянуть про тараканов. Они здесь не такие, как у нас, они большие, иногда до 10 сантиметров в длину, с очень жестким хитиновым панцирем. От удара тапкой такой не сломается, даже если стукнуть несколько раз. Так что это довольно жуткое насекомое. Они любят забираться в дома по канализации или системам вентиляции. Не опасно, конечно, но противно. Поэтому я специально выбирал такую квартиру, где всё максимально изолировано. На вентиляции стоят решетки, а сливы — узкие настолько, насколько возможно. Еще, говорят, здесь много комаров, но пока я их не встречал. — Как киприоты относятся к русским в связи со спецоперацией на Украине? Вообще местные интересуются политикой? — Политикой интересуются, но никто не высказывает какой-то агрессии. Здесь есть беженцы из Сирии, у которых произошла похожая на украинскую ситуация. Они примерно представляют, почему всё происходит. Я общался с курдом, который не смог доучиться в своей стране, несколько лет передвигался по разным местам и в итоге остался на Кипре. Получить высшее образование он так и не смог, поэтому теперь, видимо, так и будет всю жизнь работать в сфере обслуживания. Это всё очень похоже на то, что будет сейчас со многими украинцами. Но вообще-то целому миру особо нет дела на судьбы других людей, каждый заботится о себе, а большие державы — о том, как заполучить еще больше денег. Потому всё так и происходит. В мире не бывает справедливости. — Что думаешь насчет будущего для IT-сферы в России? Кто-то говорит, что всё будет плохо, ведь наша страна закрывается от остального мира. Другие, наоборот, уверены, что это подстегнет развитие чего-то своего. У тебя какой взгляд на эту историю? — В связи с тем что доступ к технологиям резко ограничивают, перед российским IT резко подняли планку. А специалистов на рынке больше не стало. Даже, наоборот, меньше, чем до начала спецоперации. Было в порядке вещей — искать хорошего специалиста по полгода минимум. И мне не очень понятно, как теперь государство планирует решать эту проблему: задачи усложнились, а специалистов для найма стало меньше. Программы поддержки, которые сейчас придумывают, вроде льготной ипотеки или отсрочки от армии, это, конечно, хорошо, но эти предложения не конкурентоспособны. Хитрые Соединенные Штаты и прочие сейчас ломанутся открывать специальные программы, чтобы переманить все хорошие мозги к себе. Айтишники любят оглядываться на Запад и выражать недовольство по поводу ситуации у нас в стране, так что сейчас отличный момент для США, чтобы забрать всех таких спецов к себе. С другой стороны, круто, что перед Россией стоят такие технологические задачи. Китай, например, их довольно успешно решил. Я не вижу проблемы в том, чтобы повторить его успех в России. Это довольно понятная задача, просто она требует денег, времени и людей. Всё это у нас есть, вопрос лишь в организации. Поживем — увидим. Я искренне надеюсь, что в России удастся технологический сектор отстоять, потому что это очень важная часть экономики современного мира. Мне не нравится, что сейчас всё диктуют США и только США. Я считаю, что глобализация в том виде, в каком нам ее навязывают сейчас, невыгодна для всех, кроме самых богатых стран, вроде США и какой-нибудь условной Германии. Другой вопрос в том, что софтварная часть в России не сильно у нас просядет, а вот с «железом» будут проблемы. Скорее всего, поставка комплектующих будет идти «в серую», значит подорожает. Значит рентабельность многих бизнесов снизится, вслед за этим — и зарплаты программистов. И это может стать новой проблемой. Так что перед Россией стоит задача — сохранить привлекательность профессии для талантливых людей, но пока с этим мы справляемся средне. Свои комплектующие мы делать почти не умеем. Я работал с человеком, который разрабатывал инфраструктуру вокруг процессора «Эльбрус» много лет. По его словам, процессор отлично решает свои задачи. Но все эти задачи — военные, а их расчеты однотипные в основном, в системах наведения и тому подобном, что производит «Алмаз-Антей». Это значит, что как многоцелевой процессор «Эльбрус» работает плохо, его просто никто не развивал таким. Ну и основное производство находится не где-то в Зеленограде, а в Тайване. За два года такую задачу не решить. Про «Байкал» ничего толком сказать не могу, насколько знаю, своего производства нет. Конечно, это всё сильно лучше, чем ничего, но современное IT — это очень много данных, которые надо быстро обрабатывать. Чем лучше «железо», тем эффективнее ты это делаешь. То есть IT в России точно выживет на уровне значительно лучше, чем, например, в Иране, но будет период длиной в годы, когда бизнесу будет очень дорого конкурировать с США. К счастью, у нас накоплена приличная база. Наш банковский сектор прекрасен в плане IT, да и многие другие сектора прекрасно автоматизированы. Делать прогнозы вида «сможем ли догнать и перегнать США» я не буду. Я бы сказал, что современное IT в РФ хорошо развито. Местами сильно лучше Штатов. И уж точно лучше Европы практически во всем. А вот что дальше — непонятно. Чтобы делать что-то действительно крутое, нужно сотрудничать, как с МКС и адронным коллайдером: только усилиями всей планеты можно сделать что-то фундаментально большое. Тут не подходит закрываться. По-моему, отлично, что это так устроено. Мне только не нравится, что США пытаются быть единственным игроком, выкачивая все мозги, но кто бы поступил иначе, будь он на их месте? В любом случае, я искренне надеюсь на успех России в технологическом прорыве и желаю нашим удачи в этом.