«Просто снежный ад». В Сети появился фильм о последней экспедиции иркутянина, погибшего в горах Киргизии, — видео

Фильм о последнем восхождении иркутского альпиниста Евгения Глазунова на гору Аксу в Киргизии опубликовал на своем Youtube-канале его друг Кирилл Поветкин. Он дошел вместе с Глазуновым до подножья горы и ждал иркутянина внизу, но так и не дождался. По пути Поветкин снимал видео этой экспедиции, а также записал последнее интервью с Глазуновым. Кроме того, в фильме есть кадры, снятые самим Евгением по пути к вершине Аксу. В начале часовой документалки Глазунов рассказывает о том, что раньше он и не думал ни о каких опасностях, которые подстерегают альпинистов. Многих вещей он не замечал в силу юного возраста. — Когда я начинал заниматься этим спортом, я вообще о многом не думал, много чего, каких-то скрытых опасностей не видел. Потом я начал понимать, в том числе и на своем опыте, это всё. Но в данном случае надо просто не думать об этом, отойти от этого, потому что эти мысли не дадут никаких лишних поводов выжить. Это, наоборот, будет тебя тянуть камнем на дно. Тебе нужно это всё оставить внизу. Если ты решился, если ты вышел на эту дорогу, ты завел машину, всё, ты поезжай, — делился своими мыслями о предстоящем восхождении Глазунов. В интервью он говорил, что уже не раз поднимался на Аксу и неплохо знал эту вершину. Заставка с видом этой горы стояла у него на телефоне последние 7 или 8 лет, и ему очень хотелось забраться наверх снова. — Есть желание сделать что-то красивое для себя. Может, для окружающих каким-то примером быть, — комментировал свое решение Евгений. Он подчеркивал, что ему всегда были интересны нестандартные пути. Сначала потому, что не хватало денег или ресурсов, а затем уже вошел во вкус. — Делать что-то не так, не по шаблонам мне всегда нравилось, потому что был какой-то недостаток ресурсов вечно. Ну я понимал, что я не могу оплатить экспедицию полноценную или я не могу одеть команду там из восьми человек. Но зачем мне восемь, когда можно вдвоем? Это накладывало свои отпечатки, приходилось действовать из того, что ты имеешь. И я начал получать от этого удовольствие, от этого нестандартного подхода, — рассуждал Глазунов. 10 февраля он и Поветкин выдвинулись к базовому лагерю недалеко от Аксу. До него мужчины шли полтора дня. У Евгения был четкий план: равномерно лезть на стену и останавливаться на ночлег там, где ночь застанет, ночевки организовывать в гамаке прямо на стене. Восхождение и спуск не должны были занять больше чем шесть дней, потому что запас еды у Глазунова был ограничен именно шестью днями. Иркутянин установил себе дедлайн — 18 февраля 2024 года. Евгений признавался, что у него отработаны и техника передвижения по сложному рельефу, и навыки выживания на скале. Он был готов к этой экспедиции. 11 февраля Глазунова забросили на стену, а 12 февраля началось само восхождение. — Аксу — это Эверест для технарей, для тех, кто лазает постоянно. Но Эверест превратился просто в цирк, мне кажется. Сейчас, когда тебя ведут два шерпа, меняют тебе баллон кислородный, думают за тебя, перещелкивают тебя к веревкам. Мне такой альпинизм не интересен, — рассуждал Евгений и признавался, что ему хочется чего-то нового, другого. Перед началом восхождения Евгений говорил, что он спокоен и уверен в том, что всё будет нормально. Переживал только об одном — успеть проскочить в погодное окно. — Бесполезно терзать себя какими-то сомнениями, бесполезно пытаться паниковать или, наоборот, каким-то ложным позитивом себя настраивать на что-то. Нужно просто быть спокойным, идти к этому, и всё, — говорил перед стартом Глазунов, добавляя, что это — его путь, который у него никто не сможет забрать. На второй день восхождения, 13 февраля, у Евгения всё тоже было в порядке. А вот на третий, 14-го числа, начались проблемы. Той ночью Глазунов порвал гамак, и ночевки стали более экстремальными и менее продолжительными. Альпинист стал плохо высыпаться и тратить больше сил. Следующей ночью, 15 февраля, начала портиться погода. Во время очередного сеанса связи с Поветкиным Глазунов сказал, что потерял по пути одну кошку, а из еды к концу четвертого дня у него остались лишь чай, два пакетика кофе и сникерс. Остальное он оставил ниже вместе со спальником. Поветкин в свою очередь напомнил о прогнозе погоды и о том, что к вечеру 16 февраля начнется жуткий снегопад. — Да, можно погибнуть, выйди из этой комнаты на улицу, в тебя влетит машина, ты погибнешь. Сядешь к какому-нибудь дураку-таксисту, он куда-нибудь влетит, или там самолет упадет, или там пароход утонет. Куча людей боятся смерти, но они огибают от скуки или там наживаются себе болячки хронические, от которых умирают раньше времени. Мне кажется, этого надо бояться, надо бояться просто обывательщины какой-то. Я никому не навязываю свою точку зрения, но для меня это так. Погрязнуть в разговорах о сортах масла, о свежем хлебушке и вот это вот. Я видел это в жизни, это страшно вообще. Это личность разрушает, — рассуждал Евгений. Утром пятого дня, 16 февраля, Евгений говорил, что он жив и здоров, держится и борется. А еще он сказал Поветкину, что всё-таки собирается добраться до вершины, несмотря на погоду. Он стремился к вершине, но уже днем 16-го понял, что в этот раз ему туда не добраться. — Это самоубийство сейчас лезть в такую погоду. Весь обморозишься, еще дюльферять (спускаться на веревке. — Прим. ред.) всю стену, поэтому вот так. Иногда приходится принимать решение. Вон какая лютая дичь творится на стене, идут сплошные лавины. Всё изменилось буквально за полдня каких-то, — комментировал ситуацию Глазунов. На последних кадрах Евгений уже изрядно изможденный и покрывшийся снегом и сосульками говорит, что Аксу недаром назвали так. В переводе на русский это слово означает «белая река». — Аксу называется Белая Река, потому что снег с нее течет беспрерывно в случае, если пойдет какой-то снежок. Всю ее стену охватывают сплошные лавины, и ты в их эпицентре. Это прикольно, но не дай бог такое испытать. Это просто снежный ад какой-то и всё это на почти полуторакилометровой стене, где ты один абсолютно, — пояснял Евгений. К 16 часам 16 февраля Глазунов спустился по веревкам до станции чуть ниже Креста, где была заброска. А затем связь с альпинистом прервалась насовсем. — Не будет меня, ничего не изменится. Солнце будет вставать, люди будут ходить на работу. Просто у тебя есть твое время, и ты должен его прожить так, как ты хочешь, чтобы потом не было больно за то, что ты даже не попробовал, не рискнул, вот и всё. Ты можешь хотя бы попытаться сделать какие-то выводы, дальше пойти куда-то, но если ты ставишь себе мечты и не пытаешься их реализовать, значит, это не мечты, а какие-то замки воздушные, наверное, вот и всё, — делился мыслями Евгений. В финале Кирилл Поветкин написал, что 16 февраля в Китае, Киргизии и в Казахстане произошло несколько несильных землетрясений. Однако даже он слышал грохот из трех раскатов. — Учитывая то, что я слышал, видел и знал, я абсолютно уверен, что раскаты и стали той самой причиной, почему Жени больше нет с нами, — написал он в финальных титрах. Напомним, Евгений Глазунов перестал выходить на связь после 16 февраля, 20 февраля объявили поисково-спасательные работы. Для этого собирали деньги, а в Киргизию вылетели альпинисты из разных городов России, помогали и местные специалисты. Оказалось, что Евгений долез до гребня и начал спускаться по линии подъема, оставляя спусковые петли. В эти дни на Аксу была сильная непогода — всё время валил снег, видимости почти не было. Альпинисты надеялись, что Евгений жив и отсиживается в укрытии, а связи с ним нет из-за плохой погоды. Тело иркутянина нашли 22 февраля — он практически спустился, ему оставалось буквально полторы веревки. Предварительной причиной его гибели называют камнепад. А 28 февраля его спустили вниз. Друзья Евгения со всей страны очень тепло и с большой грустью вспоминали его и жалели, что он еще многого не успел. 6 марта в Новосибирске состоялось прощание с Евгением Глазуновым. Его тело доставили в этот город, потому что там живет его мама.