Пенсионер из Приангарья собрал коллекцию из 2835 бутылок водки

77-летний Иван Киселев живет в одном из поселков на севере Приангарья. У пенсионера необычное хобби — весь его дом заставлен стеллажами с бутылками водки. Эту коллекцию он начал собирать еще в начале 90-х, а сейчас она насчитывает почти 3 тысячи разных экземпляров. «Не дам, так сожгут же, черти» Родился Иван Павлович в Пермской области, которая в советское время считалась еще регионом Урала. После окончания восьмого класса парень устроился на работу в Свердловской области, а затем отправился в армию — служил в Новосибирске. После армии переехал в Ангарск. — Из Ангарска уже в составе Иркутского комсомольского ударного строительного отряда им 17-го съезда ВЛКСМ отправились на Западный участок БАМа, строить дорогу, жить в палатках, — вспоминает Иван Павлович. Работал мужчина бригадиром комплексной бригады, потом на пилораме и в столярном цехе — тоже бригадиром. Так, 52 года назад, он и остался на всю жизнь на БАМе. Коллекционированием Иван Павлович увлекался всегда. — У меня, видимо, предрасположенность к собирательству или коллекционированию. Я коллекционировал гербы городов, еще Советского Союза, 350 штук собрал. Потом Виниловые пластинки, до сих пор стоят у меня, больше трёхсот штук. А алкоголь начал коллекционировать в 1975-м, — вспоминает пенсионер. Началось всё с редких бутылок вина, которые завозили на БАМ. Потом в СССР появились кубинские ромы. Такие экземпляры было даже жалко пить. Уже тогда Иван Павлович завел привычку покупать по две бутылки — «на пробу» и в коллекцию. — Нам привозили редкие вина, темный ром, иногда коньяки марочные. Я смотрю: интересные бутылки, начал собирать. Когда к власти Миша Горбачёв пришёл, ввел «сухой закон», начался ажиотаж. Алкоголя не достанешь, ко мне все соседи бегали — к кому гости приехали или торжество — просили, умоляли. Давал, конечно, думал: «Не дам, так сожгут же, черти». Ну и сам нет-нет. Да выпивал. Было в первой коллекции 370 бутылок. При Горбачеве мы ее и уничтожили, — смеется Иван Павлович. «Как силы воли хватает?» В 90-е пенсионер начал коллекционировать водку. Она, по его словам, неприхотливая. — Вино, даже в закрытой бутылке может выдохнуться. А водке хоть бы что. Самое главное, что хорошо закрытая. Вот у меня 2835 штук, где-то, ну, штук пять только выдохлись. Коллекция разнообразная, я собираю не по производителям, а по этикеткам. Есть полка с историческими личностями, есть со зверями, птицами, с юмористическими какими-то этикетками, — рассказывает пенсионер. Иван Павлович не считает свою коллекцию дорогой. Да, есть дорогие бутылки — за 2-3 тысячи рублей, есть старые бутылки из конца 80-х. Цель пенсионера — не редкие или дорогие экземпляры, а общее разнообразие коллекции. — Есть несколько казахских бутылок, китайских несколько. Много украинских и белорусских, — вспомнил Иван Павлович. Друзья, родственники и гости удивляются необычной коллекции пенсионера. — Все спрашивают: «Как силы воли хватает?». А мне нормально. Для гостей две-три бутылки не из коллекции всегда есть. Да стеллажи везде. Сам делал. В туалете, ванной, прихожей у меня стеллажи с бутылками. Друзья говорят: «Можно не прерывать застолье, только закуску с собой брать», — шутит пенсионер. Все стеллажи для коллекции, как опытный столяр, Иван Павлович делал сам. «В Союзе водка была лучше» С годами Ивану Павловичу всё сложнее найти водку, которой у него нет в коллекции. Да и ставить новые экземпляры уже почти некуда. Над продажей коллекции он не задумался. Просто продавать водку он не может по закону, а желающих выкупить у него коллекцию пока не было. — Да и погрузить это всё и увезти. Это большую машину нужно гнать. А я же не в городе, я в селе, на севере. Продавать по одной я бы не стал, да и нельзя. И не купит никто: что, в магазине, что ли водки нет? — рассуждает дедушка. Но, тут же оговаривается Иван Павлович, в СССР водка была лучше, чем сейчас. — Раньше за качеством государство следило. В 1969 году, еще до коллекции, ездил в составе делегации молодежи с Урала в Москву. И там в экспортном магазине продавали экспортную водку. У нее вообще другой вкус. В СССР «Сибирская», например, была пожестче, «Пшеничная» — помягче. А еще была «андроповка» — самая дешевая. Я ее не брал. Сейчас кто во что горазд выпускает. Главное, чтобы не травились — а так пусть всякие водки будут, — рассуждает Иван Павлович. О создании полноценного музея водки пенсионер тоже не думал, но идея эта ему тоже не близка. — Это затратное дело, конечно. Надо же и помещение, чтоб там всё выставить, это, сами знаете, не так просто. На баланс никто не взял бы. И сторожа на такой музей надо нанять. Причем не пьющего, — рассуждает Иван Павлович.