«Что у вас там за мальчик хиленький такой?» Ангарчанка стала авиатехником и теперь чинит вертолеты

«Помню, когда у меня появилась моя личная сумка с инструментами, я так радовалась! Пишу маме: „Мне выдали инструментальную сумку, у меня теперь есть личные инструменты“. А мама отвечает: „Ты как будто брендовой сумочке радуешься“», — рассказывает ангарчанка Екатерина Тумурова.

В школе она мечтала стать лингвистом, а точные науки хоть и понимала, но они особо ее не привлекали. Всё изменил один полет с мамой в Азербайджан. Екатерина влюбилась в авиацию, выучилась на авиатехника и теперь работает на Улан-Удэнском авиазаводе. Своей историей девушка поделилась с журналистом «ИрСити».

— До девятого класса я училась в гуманитарном лицее в Ангарске, у меня был лингвистический профиль. От естественных наук была вообще далека, они меня просто не интересовали. Но однажды на паре французского учительница сказала, что языки лучше иметь как приложение к основной профессии. Они должны идти плюсом к чему-то, тогда в жизни будет проще. И я тогда подумала: почему бы не изучать что-то еще, но и языки не бросать? — вспоминает Екатерина Тумурова.

Но в ее лицее естественно-научных профилей не было, девушка понимала, что не сможет изучать там ни физику, ни математику. Поэтому перевелась в политехнический лицей, и в 10–11-м классах училась уже там.

— Как раз в десятом классе мы с мамой полетели в отпуск в Азербайджан, и меня восхитила авиационная техника. Мне стало интересно, как такая огромная груда металла, еще и с пассажирами на борту, поднимается в воздух? Как работают все эти законы физики? Я стала изучать, почему самолеты летают, что происходит с ними, а в конце одиннадцатого класса решила, что хочу связать жизнь с аэрокосмической отраслью, — признаётся собеседница.

Екатерина говорит, что ее поражала сама мысль о том, как человечество в принципе придумало поднимать металл в небо. Чем больше материалов по этой теме она читала, тем сильнее ее затягивало. В итоге ангарчанка поступила в иркутский филиал Московского государственного технического университета гражданской авиации и успешно его окончила.

Девушка отмечает, что в этой сфере особенно ценится способность нести ответственность за всё, что ты делаешь.

— Без подписи авиатехника ни одно судно не поднимется в воздух. Но перед тем, как поставить эту подпись, ты должен быть уверен, что все системы работают исправно, что на борту всё в порядке и всё идеально. Поэтому ответственность, конечно, важна, — убеждена Екатерина Тумурова.

На втором месте — внимательность, так как во время каждого осмотра важно замечать все детали и нюансы. Это позволит избежать нештатных ситуаций.

— Еще нужна любознательность. У нас очень много возможно неординарных случаев, в которых нужно копаться, всё изучать, смотреть на опыт других. Наконец, важен технический склад ума, чтобы знать все детали машин, аэро- и термодинамику и еще много другого, — отмечает собеседница.

После учебы Екатерина перебралась в Улан-Удэ и пошла работать на авиазавод. Ангарчанка говорит, что только здесь не побоялись взять на работу девушку, которая будет работать в том числе с двигателями.

Женщина-авиатехник — явление довольно редкое. Екатерина в своей бригаде из 40 с лишним человек такая одна. Еще одна девушка работает в другой команде. Ангарчанка говорит, что уже привыкла к такой ситуации, ведь и в университете она была единственной девушкой в группе.

— Вообще, перед тем как я сюда пришла, в бригаде уже работала одна девушка. И вот Полина немного коллектив подготовила к тому, что девушки-авиатехники существуют. Поэтому, когда я устроилась сюда, никто особо не удивился. Но первое время было смешно. У нас же нет мужской или женской униформы, она стандартная для всех. А я еще пришла на стыке осени и зимы, ходила вся укутанная, на лице — балаклава, одни глаза только видно. Коллеги ко мне подходили и руку тянули, чтобы поздороваться, — улыбается собеседница.

Екатерина не смущалась и протягивала руку в ответ. Когда мужчины понимали, что перед ними хрупкая девушка, некоторые смущались. Коллеги из других бригад иногда спрашивали у парней: «А что это у вас там за мальчик ходит, хиленький такой?» Но всё это было лишь первое время, сейчас почти все на авиазаводе уже знают Катю и привыкли к ней.

— Единственное, иногда я получаю насмешки или ловлю скепсис от покупателей, которые приезжают на наш завод за вертолетами. На приемке они могут меня не замечать или разговаривать только с моими коллегами-мужчинами. Когда представляешься и объясняешь, что ты авиатехник и тебя тоже можно спросить о чем угодно, некоторые игнорируют. Но потом привыкают и, уезжая, уже могут и руку пожать, и помахать на прощание, — делится Екатерина Тумурова.

На авиазаводе Екатерина работает с вертолетами Ми-8, Ми-171 и их модификациями. Если по-простому, собирает и разбирает двигатели, ищет в них каких-то возможные дефекты или неисправности. Проверяет, чтобы вся летная техника была в порядке.

— Вертолеты к нам приходят из цеха сборки, а мы их готовим к испытаниям, которые должна пройти каждая машина перед тем, как отправиться заказчику. После первого запуска мы, например, смотрим фильтры, сливаем масло и смотрим, есть ли в нем какие-либо примеси. Потом заливаем новое. У нас регламентов очень много, но если говорить по-простому, то мы крутим гайки, — скромничает девушка.

У каждого сотрудника — своя персональная сумка с инструментами. В ней лежит около 30 различных наименований — от самых миниатюрных до самых больших разводных ключей и прочих приспособлений. Весит такой аксессуар со всем содержимым немало.

— Не сравнить с дамской сумочкой, в которую помещаются помада, ключи и телефон. Она тяжелая. Но вообще мне иногда помогают коллеги донести всё до места, а я не отказываюсь, — признаётся Екатерина.

Девушке постоянно приходится работать с маслом и другими техническими жидкостями. Поэтому здесь и речи не идет о чистых руках и безупречном маникюре. Тем более что в перчатках бывает крайне неудобно работать.

— Руки вообще перестаешь жалеть. Я поначалу надевала перчатки — и обычные хлопковые, и прорезиненные, но в них неудобно, поэтому отказалась от них совсем. Еще мы работаем с контровкой — это такая тонкая проволока, которая фиксирует разные детали. Контровка сильно режет руки. Я однажды вертолет кровью забрызгала, потому что случайно порезалась очень сильно. У меня вообще всегда руки истерзанные и все в масле, — признаётся собеседница.

Особенно тяжело приходится зимой, когда ко всему этому добавляется еще и мороз с ветром. На взлетке кожа моментально обветривается, трескается и болит. Не помогает даже защитный крем, который сотрудникам выдают в избытке.

— Про маникюр, конечно, с такой работой можно забыть. Я, конечно, слежу за этим, потому что мне самой неприятно ходить с грязными ногтями или оборванной кутикулой. Но любое покрытие долго не держится, — отмечает Екатерина.

Свободное время Екатерина Тумурова проводит тоже с пользой для работы. Говорит, пришлось заняться фитнесом.

— Именно пришлось, потому что раньше я была далека от спорта. В основном занималась танцами или растяжкой, чем-то спокойным. А тут мне каждый день физическая сила понадобилась. Иногда стыдно что-нибудь не открутить. Иногда брала молоток, им сначала постукивала, а если и так не получалось, приходилось звать коллег-мужчин. Поэтому я поняла, что так продолжаться не может, записалась на фитнес. Хожу теперь, тягаю железо стабильно три раза в неделю, — смеется Екатерина.

Но всё равно иногда попадаются уж слишком упрямые болты. Тогда на помощь Кате приходит ее молодой человек, который работает с девушкой в одной бригаде. Познакомились ребята на работе, но роман начался не сразу.

— Я как только устроилась, он всё ухаживал за мной, ухаживал. Через некоторое время я сдалась, и теперь мы вместе 24 на 7. Вместе работаем, вместе живем, в свободное время ходим гулять по городу, занимаемся домашними делами, — делится собеседница.

В декабре их отношениям будет уже два года. Возможно, в перспективе из этого может получиться целая семья авиатехников.