Группа «Кино» выпустила новый альбом

Как известно, новые песни пишет тот, у кого старые плохие. Вот и повылезали на свет софитов Надежда Кадышева, Татьяна Буланова, группа «Мираж» и прочие фигуранты отечественного некрономикон-шоу-бизнеса. Пока страницы эстрадного гримуара пополнялись именами всё новых восставших из пепла артистов, на задворках российской поп-культуры копила силы группа «Кино». А когда накопила их достаточно, выпустила новый релиз. Но можно ли назвать его новым и чего вы там не слышали? Когда музыканты группы «Кино» объявили, что готовят новый альбом, появилась некая интрига. Мы привыкли к орде «поющих трусов», из бесчисленных составов которых можно составить город, к артистам, 40 лет колесящим по стране с прощальными концертами, даже нафталиновый душок «двух кусочеков колбаски» не способен выбить нас из равновесия. А тут коллектив, который по объективным причинам не может вернуть нас в прошлое после 35-летнего молчания, анонсирует новинку. Сразу появляются догадки о синтезированном голосе Виктора Цоя, о том, что место фронтмена займет его сын Александр, а может, и Юрий Каспарян встанет у микрофона. Да и к трек-листу есть вопросы — что там будет? Но, когда альбом вышел в свет, стало понятно: ничего нового. Кроме разве что первой песни — «Вопрос». По признанию музыкантов, эта композиция появилась в 1987 году, ее хотели включить в альбом «Звезда по имени Солнце», но довести ее до ума руки так и не дошли. Это случилось только пару лет назад. Первое, на что обращаешь внимание в этом треке, кроме фирменного звучания «Кино», это голос Виктора Цоя: он не такой звонкий и тонкий, как на первых записях группы, больше как раз в стилистике «Звезды по имени Солнце». Вокал Цоя, как рассказали музыканты, собирали по слогам и фрагментам со старых записей. «Вопрос» — единственная песня в этом альбоме, которую многие поклонники группы могли не слышать. Остальные вполне известны. Хотя музыканты и отмечают, что старались выбрать не слишком известные композиции — те, которые они сами хотели бы «подсветить и показать аудитории». — Тут много недооцененных композиций, много неожиданных даже для нас аранжировок, — рассказывает соло-гитарист группы «Кино» Юрий Каспарян. И хотя новизна трек-листа не впечатляет, аранжировки действительно раскрывают песни с неожиданной стороны. Например, заглавная композиция, «Транквилизатор», строчка из которой стала названием альбома — «Молнии Индры». Эту песню Виктор Цой написал, когда косил от армии в Пряжке — психиатрической больнице святого Николая Чудотворца. Попал он туда «по знакомству», а вот выйти оказалось не так просто. — Лечащий врач с маниакальной настойчивостью принялся выискивать изъяны психики пациента или же выводить его на чистую воду как симулянта, — рассказывала супруга Виктора Цоя Марианна. — Его страшно раздражало, что он молчун. Но Цой упорно не отвечал на его вопросы — просто в силу природного характера, а не оттого, что хотел подразнить. Их единоборство продолжалось почти шесть недель. Наконец врач сдался и Витю почти прозрачного выписали на волю законным советским психом. Основатель группы «Кино» и участник ее первого состава Алексей Рыбин вспоминал, что из Пряжки вернулся совсем не тот Виктор Цой, которого все знали раньше. — После этой больницы он стал совершенно не таким человеком, каким я его знал. Более того, он стал полной противоположностью того Витьки, с которым мы писали «Сорок пять», — рассказывал Рыбин. — И таким он сохранился до самой своей смерти. Именно тогда он стал тем Виктором Цоем, которого мы вот сейчас имеем. — На Цоя было страшно смотреть. Когда его выписывали, я еле дотащила Витю до машины и повезла домой — на очередную квартиру, которую мы тогда снимали. И вот просыпаюсь часа в два ночи, Цоя нет рядом. Выхожу на кухню: в темноте кромешной он что-то карябает карандашиком на разорванном спичечном коробке. Это был текст «Транквилизатора», — вспоминала Марианна Цой. Но если «Транквилизатор» 1983 года тягучий, предельно монотонный и в целом действует как самый настоящий транк, то версия 2025 года обрела цельнометаллическую оболочку, а в ее финале нет чувства освобождения — лишь нескончаемый «Реквием по мечте» (18+). В противовес «Транквилизатору» следующей на альбоме идет песня «Каждую ночь». Музыканты говорят, что все ее прежние вариации можно назвать не больше чем демоверсиями. — Сейчас, конечно, у нас получилось ее сделать совершенно по-другому, и у песни как будто появилось новое измерение. В композицию добавили духовую секцию — тромбон и саксофон. В результате «Каждую ночь» получилась уже не ташкентским регги, а вполне себе ямайским. Еще в «Молниях Индры» музыканты ловко играют с эффектом Манделы. Некоторые песни, такие как «Братская любовь» и «Разреши мне», мы, кажется, слышали в альбоме «Это не любовь», но на деле их там не было. — «Братская любовь» — замечательная песня, которая потом вообще непонятно куда делась, — рассказывал Юрий Каспарян в 2005 году журналу FUZZ. — Ну то есть они вошли в так называемый альбом «Неизвестные песни», а записывались дома у Леши Вишни перед «Группой крови». Та сессия как-то заглохла, но вот остались эти песни. Сегодня, рассказывая о «Братской любви», Юрий Каспарян говорит, что она появилась на почве любви к группе The Smiths. — Так что мне показалось уместным сделать для нее подходящую под эту эстетику струнно-флейтовую аранжировку, — объясняет музыкант. Те, кто ждал, что «Молнии Индры» будет действительно новым альбомом группы «Кино», могут распрощаться со своими ожиданиями. Музыкантам нечего больше сказать своим поклонникам. Да и голоса, который донес бы это до аудитории лучше Виктора Цоя, не найти. А если он и появится, то это будет совсем другое «Кино». Нас ждут в лучшем случае аранжировки «демоверсий», которых набралось на восемь студийных альбомов.