«Неверующий на такое не пойдет». Пытались узнать у иркутян, зачем они окунаются в купель на Крещение в 40-градусный мороз

Праздник Крещения Господня в Иркутске в этом году был морозным даже по меркам сибирской зимы. Утром в некоторых районах города температура опустилась до –40 градусов, а к 11:30, когда купель была освящена, поднялась едва ли на три градуса. Журналист «ИрСити» Виктор Лучкин и фотограф Арсений Чекмарев провели полтора часа на заливе Якоби, чтобы узнать, зачем люди лезут в прорубь там, где, даже закутавшись в семь одежек, стоять невыносимо.

К походу на Якоби в морозный день я подготовился как следует: две пары шерстяных носков под обувь, две пары подштанников под джинсы, водолазка, толстовка с капюшоном под пуховик и новые толстые шерстяные перчатки.

Я был уверен, что в такой-то бронебойной амуниции проведу на льду залива Якоби как минимум час и ничего не почувствую. Учитывая, что и холода я в целом переношу нормально и 30–35 градусов мороза для меня — обычная зимняя температура. Но, простояв уже 10 минут в ожидании крестного хода, я понял, что не всё так просто.

Пока дворники и техника посыпали дорожки на набережной песком, вокруг иордани кипела, если можно так сказать в 40-градусный мороз, работа. Полиция и МЧС не пускали никого за заборчик, пока купель не освятят. Крестный ход, слава богу, появился уже через три минуты после 11:00, распространяя сильный запах ладана, и шел быстро, потому что священники тоже люди и им холодно было ничуть не меньше.

Освящение иордани длилось всего около 25 минут, но на морозе они ощущались примерно как 25 дней. Вытащенная для фотографирования из перчатки рука дубела от холода уже секунды через три, а техника и вовсе сдавала — заряженный на 100% перед выходом телефон протянул на морозе всего полчаса и впервые за всё время пользования показал значок «Низкая температура». Такая участь постигла не только мой телефон — от мороза выключались фотоаппараты и камеры коллег-журналистов.

Когда освящение закончилось, людей после короткого досмотра начали пропускать на территорию иордани. Тут я заметил, что у рюкзака задубела молния, которая тоже не хотела расстегиваться. Верующие первым делом начали набирать святую воду, и мне даже сначала показалось, что никто сейчас в воду и не полезет. Но я ошибался — первым в купель бодро окунулся мужчина — 71-летний Николай Карлов. Сам Николай был не очень многословен, а вот его крепко завёрнутый в зимнюю одежду товарищ выложил про друга все персональные данные.

— Водичка-то горячая. Вылезешь — холодно. Тут –40 градусов, а там +1…+2. Так что сочетание интересное. Он каждый год окунается, я свидетель, — рассказал друг Николая.

Затем мне удалось коротко поболтать с Аленой. Она «профессиональный морж», и к такой температуре была готова.

«Для меня это нормальная нагрузка», — заявила Алена, даже не сутулясь от холода в купальнике и халате.

Для тех, кто провел на Якоби много времени, у иордани стоял пункт обогрева МЧС. Там действительно было тепло. Но полевой кухни и горячего чая в этом году на иордани не было. «Скорее всего, и не будет», — сказал один из сотрудников полиции, дежуривших у купели.

На берегу у выхода к иордани разжигали мангал двое мужчин, но они оказались сотрудниками одного из местных кафе — предложили сделать заказ на шашлык. Очереди возле них не было, и, возможно, работали они в этот день зря.

При этом сразу после открытия иордани людей на льду было много — больше сотни точно. Но, видимо, набрав воды или выйдя из проруби, они быстро ретировались в тепло, потому что уже через 20 минут толпа сильно поредела, сократившись примерно в два раза.

Мало кто из окунувшихся в купель был многословен: людям хотелось сразу же убежать и переодеться. Однако, например, Роман, задорно плескавшийся в купели, сказал, что для него это новое начало.

«Пришел из веры, почиститься. Пришли перемены в жизни, надо что-то менять», — улыбаясь, заявил Роман.

В тесной палатке, где переодевались после купания или до него, мужчины сразу трое заявили мне, что для них крещенские купания — вопрос веры.

«Я вообще не думаю, что кто-то неверующий на такое пойдет», — заявил один из мужчин.

Затем возле иордани появился мэр Иркутска Руслан Болотов. Мой веселый вопрос: «Руслан Николаевич, окунаться будете?» — глава города то ли не услышал, то ли проигнорировал. Встав на фоне ледяных крестов, он быстро отрапортовал о том, что такое мероприятие — результат совместной работы и подготовки многих ведомств, в том числе городских, и поблагодарил всех причастных за организацию светлого праздника Крещения.

Затем Руслан Болотов ушел пить горячий чай в пункт обогрева МЧС, где тихо что-то обсудил с сотрудниками ведомства и главой Свердловского округа Антоном Медко.

А теперь немного личных впечатлений. Я не знаю, какой силой духа надо обладать, чтобы в эту неимоверную стужу, в которой уже через полчаса перестаешь чувствовать даже хорошо утепленные пальцы, заставить себя раздеться и полезть в воду.

Я, в общем-то, в курсе, что, когда залезаешь в воду на морозе, она кажется теплее, чем окружающий воздух. Об этом мне сегодня сказал и друг Николая Карлова, и коллега Алена Кашпарова, которая окуналась на Крещение год назад, в гораздо более теплую погоду.

На людей, которые лезут в купель, холодно даже смотреть, ведь даже если вода в купели и кажется теплой, из нее ведь потом нужно выйти обратно в эту недружелюбную сибирскую среду. А когда ты видишь, как ноги только что вышедших из воды на мороз людей буквально прилипают ко льду залива Якоби, тебе становится физически больно.

Когда я вернулся в редакцию, мне казалось, что впитанный за почти два часа холод уже никогда не выйдет из моего организма, а заиндевевшие на морозе мозги уже никогда не выдадут ни одной связной мысли.

И да, я так и не понял, зачем люди окунаются в холодную воду в 40-градусный мороз. Но я ими искренне восхищаюсь. Правда, лучше буду восхищаться издалека.

А еще мы вели онлайн-трансляцию с Крещения — там много фото и видео, чтобы проникнуться атмосферой праздника, и рассказывали о людях, которые все это крещенское великолепие строили.