![](https://n1s1.hsmedia.ru/4d/be/93/4dbe9385e226abfdf8bdaab3f808db83/656x291_1_f4ff817110cba3d21d56911c2d79901b@1061x470_0xA20ztjMO_2269846379916703237.jpg.webp)
Почему в самой популярной бухте на Байкале постоянно перекрывают проезд
От Иркутска до Зуун-Хагуна — одной из наиболее популярных на Малом море — около трех с половиной часов дороги. Поток туристов здесь не прекращается, особенно в сезон. И кажется, удержать его не может ничего. Но в последние годы то и дело в бухте вспыхивают конфликты. И нет, не среди отдыхающих. Они, скорее, становятся жертвами разборок, которые в соцсетях называют соседскими войнами. Редакция «ИрСити» выслушала обе стороны, чтобы разобраться в происходящем и понять, действительно ли проблема кроется в земельных спорах или роль играют личные взаимоотношения.
Дорога раздора
Июль — самый сезон на Байкале, поэтому неудивительно, что именно в это время турбазы Малого моря забиты под завязку. Зуун-Хагун это правило подтверждает, пожалуй, красноречивее всего. И именно в июле из бухты в соцсети полетели сообщения о том, что в Зуун-Хагуне перекрыли бетонными блоками удобный проезд по улице Улан-Удэнской, потому автомобилистам пришлось штурмовать пригорок, чтобы заехать на Спортивную. Давалось это непросто и, конечно, вызывало у туристов нервный смех.
Для движения в бухте используются две дороги: нижняя — по улице Улан-Удэнской, и верхняя — по улице Спортивной. По нижней автомобили заезжают на территорию ДНТ и турбаз, по верхней — выезжают.
Однако по факту обе дороги — это вовсе не дороги, а проезды по частной территории турбазы, которая принадлежит компании «Сельстрой». Ее история долгая: сначала в Зуун-Хагуне организовали совхоз, а после развала СССР объект передали ЗАО «Сельстрой» для организации одной из первых турбаз на Байкале. Это было начало 1990-х годов.
— Тогда мэром еще был Николай Мотошкин, а директором «Сельстроя» — Иннокентий Михайлов. Насколько мне известно, они договорились, что часть земли компания отпишет для работников, жителей района. Землю перераспределили, возникли дачные земельные участки, — рассказывает нынешний директор «Сельстроя» Иван Пересыпкин. — Когда пришли мы (Пересыпкин стал главным акционером «Сельстроя» в 2006 году. — Прим. ред.), у компании было — 8,7 Га. Все ездили спокойно, никаких проблем не было.
В 2009 году в Зуун-Хагуне уже официально зарегистрировали ДНТ «Восточная Лагуна». По словам Ивана Пересыпкина, препятствий для проезда по Улан-Удэнской и Спортивной никто не чинил около десяти лет, «Сельстрой» и «Восточная Лагуна», в состав которой входит больше 120 участков, мирно сосуществовали: компания вывозила мусор, убирала пляж, поддерживала в чистоте туалеты общего пользования, а ДНТ частично оплачивало эту работу предприятия.
— Каждый отстаивал свои интересы, но мы решали, общались между собой, вместе дорогу делали, ремонтировали, подсыпали, мусор убирали. Сначала для нас это были небольшие затраты, но случился туристический бум, отходы приходилось убирать и вывозить практически ежедневно. Мы определили сумму платы за вывоз мусора: для тех, кто занимался бизнесом, — одна сумма, для остальных — другая. Платили около 30% дачников, но мы как-то крутились, выходили в себестоимость, — рассказывает Иван Пересыпкин.
Первый шлагбаум
Так продолжалось до 2019 года, пока не грянула «мусорная реформа» и на территорию не зашел региональный оператор «РТ-НЭО», который обязан транспортировать мусор до полигона. Но ДНТ по закону нужна была контейнерная площадка. На территории «Восточной лагуны» местечка под нее не нашлось, и власти Ольхонского района попросили предпринимателя выделить его на территории турбазы.
— Ко мне тогда пришел замглавы администрации Ольхонского района Анатолий Иванович Брагин, сказал, что нужно помочь, потому что они не могут решить этот вопрос, а дачники будут доплачивать за хранение мусора. «Я согласился: ситуацию действительно надо было менять», — объясняет Пересыпкин.
На территории базы поставили 13 контейнеров, регоператор их вывозил, правда, как и везде, мусор вокруг площадки не убирал. У владельцев турбазы неизбежно возникал вопрос, кто будет территорию поддерживать в порядке.
— Дачники сказали, что они будут. Определили цифру, развели по количеству гостей, которых они принимают в своих гостевых домах. Только платить вообще никто не захотел, у нас начались убытки. Мы тогда и поставили впервые шлагбаум, чтобы как-то повлиять на дачников: кто оплатил, те проезжают по нашей территории, кто нет — того не пускаем, — объясняет Пересыпкин.
«Терпение уже закончилось»
Усугубилась ситуация, по мнению предпринимателя, в 2020 году, когда председателем «Восточной лагуны» выбрали Эдуарда Тохтоева. Он якобы призывал дачников не заключать с «Сельстроем» никаких договоров на услуги.
— Он клятвенно пообещал на собрании, что Пересыпкина построит, на колени поставит, что никто вообще ничего платить не будет, никаких шлагбаумов, все уберем, — говорит глава компании. — А потом до нас доходят сведения, что они пытаются установить публичный сервитут.
Публичный сервитут устанавливается в случаях необходимости обеспечения интересов государства, местного самоуправления или местного населения, но при этом не предусматривает изъятия земельных участков. Например, публичный сервитут можно установить для прохода или проезда через земельный участок, в том числе для свободного доступа граждан к водному объекту общего пользования и его береговой полосе.
Собственно, это, судя по всему, и стало настоящим спусковым крючком для развития затяжного конфликта. В «Сельстрое» отмечают, что до этих действий пропускать дачников и их гостей по Улан-Удэнской было актом доброй воли компании.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/31/24/a7/3124a7c8b5d86c031868be6ee877bd98/656x317_1_c1c37201f76bbc5cbd06f6f650ddb792@870x420_0xzN6A9LKm_2127475608263631167.jpg.webp)
Зуун-Хагун — очень популярное место
— Пока публичный сервитут не начал действовать, я предложил им заплатить 300 тысяч рублей за проезд по территории ЗАО «Сельстрой» и ездить свободно. Сразу не согласились на это, а потом я уже 500 тысяч сумму назвал — время же прошло, — говорит Иван Пересыпкин. — Мною было предложено жить как соседи — нормально, вместе решать вопросы в бухте. И вроде бы договорились, всё подписали в пятницу, а в понедельник они уже понесли на меня письмо в природоохранную прокуратуру.
История с июльским перекрытием дорог — это всё тот же завязанный на публичном сервитуте конфликт. Компания, утверждает Пересыпкин, установила ограждения по границам сервитута: улица Улан-Удэнская в неё не входила.
— Они столько лет ездили бесплатно и даже «спасибо» никогда не говорили. А потом просто сами с собой решили, что платить ни за что не будут, а мы будем за них убирать всё, — отмечает Иван Пересыпкин. — Терпение уже закончилось.
Дело не в мусоре, а в воде?
У Эдуарда Тохтоева, председателя «Восточной Лагуны» и дачника с 2005 года, на ситуацию иная точка зрения. Он показывает мне карту Зуун-Хагуна и говорит о том, что территория турбазы ЗАО «Сельстрой» была ровным прямоугольником, но затем Иван Пересыпкин в 2008 году «каким-то образом приватизировал» другие участки.
— Забрали территорию почти до пляжа. Это всё незаконно в свое время выделили ему, но это тоже была его территория. Строили вот эту дорогу, проложили просеку, провели электричество, сделали скважину. Такая договорённость была, — говорит Тохтоев.
По мнению нынешнего председателя ДНТ, конфликты с предпринимателем начались не с мусора, а из-за скважины, которой в Зуун-Хагуне пользовались все: по словам Эдуарда Тохтоева, Иван Пересыпкин отрубил от неё дачников. Им пришлось пользоваться водой из незаконных скважин.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/ab/0a/bc/ab0abc97ae09b1f4eaef0d0a47fa2784/656x266_1_5eaab63c624565206e3bddae34c38885@1264x512_0x8IIa92Es_5659033850237243285.jpg.webp)
В бухте много гостевых домов
— С февраля они стали на баланс Шара-Тоготского муниципального образования, — добавляет Эдуард Тохтоев. — Но на нас же Пересыпкин подал заявление, эконадзор возбудил дело. Требуют через суд прекратить пользоваться водой. Но скважины уже на балансе муниципалитета, сейчас на них делают лицензию. Мы же официальный поселок. Не какая-то там дача, а поселок.
Служба государственного экологического надзора Иркутской области 2 июля 2024 года подала в суд на «Восточную лагуну» с требованием прекратить пользоваться недрами через две незаконные скважины. Первое заседание по делу назначено на 15 октября, сообщается в картотеке Арбитражного суда Иркутской области.
На вопрос о том, почему раньше никто не занимался оформлением этих скважин, председатель ДНТ «Восточная лагуна» поясняет, что это сделать было невозможно: тогда ещё действовали жесткие ограничения на деятельность в центральной экологической зоне Байкала. А после того, как в Ольхонском районе определили границы поселений, отделив их от Прибайкальского нацпарка, это делать стало можно.
Что касается скважины на территории «Сельстроя», то компания получила на нее лицензию в 2017 году — копия документа есть в распоряжении редакции. Иван Пересыпкин уверяет, что дачников от нее предприятие не отключало.
— Просто в один момент правлением ДНТ «Восточная лагуна» было принято решение о добровольном отключении от скважины и бурении своих скважин, после чего они были пробурены без наличия лицензии на добычу подземных вод, — говорит он. — Возможно, ДНТ не могло получить лицензию на скважины из-за того, что в частном секторе Зуун-Хагуна отсутствует водоотведение и стоки уходят неизвестно куда. Но несмотря на это, СМИ почему-то не пестрят заголовками о том, что Ольхонская межрайонная природоохранная прокуратура начала проверку по факту незаконной добычи подземных вод в Зуун-Хагуне и слива нечистот в почву.
«Кто он такой, чтобы не пускать местных?»
— С дорогой этой всегда так было: по низу заезжали, по верху выезжали. Представьте себе: или в гору поднимаешься еле-еле, или едешь по ровной дороге, — говорит Тохтоев. — А договориться с ним [Пересыпкиным] бесполезно. Мы в прошлые годы пытались договориться, в 2022 году заплатили 500 тысяч за то, чтобы он открыл дорогу, потому что публичный сервитут тогда еще не вступил в силу.
Красным отмечен объчный въезд к дачам через Улан-Удэнскую, синим — выезд по Спортивной
Напомним, что в границы публичного сервитута входила верхняя улица — Спортивная, а нижняя — Улан-Удэнская — нет. Почему-то нанятый кадастровый инженер, который их определял, ее проигнорировал.
По словам Эдуарда Тохтоева, шлагбаум на границе публичного сервитута висит около 15 лет. Периодически владельцы турбазы опускали его на лето, чтобы собирать деньги с приезжающих: пропускали посписочно — кто деньги не сдавал за уборку мусора, того не пропускали.
— Туристы в прошлом году платили сначала 200 рублей, потом 300 сделали. Мы в прокуратуру, конечно, обращались, потом был суд, и в феврале 2024 года он решил, что шлагбаум надо убрать, — рассказывает председатель ДНТ.
Его слова подтверждаются информацией, которую опубликовали в феврале 2024 года на сайте Ольхонского районного суда: гражданский иск к ЗАО «Сельстрой» подал прокурор, потребовавший открыть шлагбаум, чтобы обеспечить беспрепятственный проезд на территорию ДНТ «Восточная Лагуна». Суд их удовлетворил.
В начале июля природоохранная прокуратура сообщила, что проверяет сведения о том, что «Сельстрой» перекрыл выход к Байкалу. Предприятие установило забор. Как объясняет Иван Пересыпкин, огородить территорию побудили стада коров, которые приходят на выпас к берегу озера: раньше пытались найти владельцев животных, обращались к местным властям — но безрезультатно.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/49/cc/96/49cc96922102b865ccf7ec64eee5c93b/656x602_1_b0fdbf3a2496bde42250344828173496@659x604_0xOuisqykb_0595983138468148222.jpg.webp)
Место тут красивое, Байкал — теплый
— По закону, если преграждаешь путь к водному объекту, нужно обязательно оставить проход. Мы это сделали — рядом со шлагбаумом он есть, люди могут проходить, полного закрытия доступа к озеру нет, висят таблички, что это частная территория, ведется видеонаблюдение и указатель к выходу к Байкалу, — говорит Иван Пересыпкин.
![](https://n1s1.hsmedia.ru/5a/a1/92/5aa192372302de2f4ae42f56542ca97d/656x535_1_52ade51fdbef8e1555539289359e048c@1110x905_0xKte4tzAx_6712526512277422102.jpg.webp)
Эдуард Тохтоев отмечает, что пользоваться проходом, который сделал «Сельстрой», неудобно, а еще расположен он довольно далеко: потому выход к Байкалу стал доступен не всем, особенно людям с ограничениями здоровья. Он уверен, что «Сельстрой» обяжут через суд сделать в заборе несколько проходов к Байкалу.
— Был бы добрый сосед, мы бы вообще не дожили до такого. Мы ему говорили еще в прошлом году: «Иван Владимирович, ты бы дружил с местными, твой бы портрет висел бы в каждом уголке дома, в Красном углу». Но человек — коммерсант, у него привычка — деньги делать из всего. А кто он такой, чтобы не пускать местных? — недоумевает Тохтоев.
Председатель ДНТ «Восточная лагуна» считает, что публичный сервитут должен решить все проблемы. Осталось лишь подписать соглашение о нем «Сельстрою» и Шара-Тоготскому муниципальному образованию.
Что происходит сейчас?
С обеими сторонами конфликта мы встречались в середине июля. За это время соглашение о публичном сервитуте должно было быть подписано, но, как говорят в «Сельстрое», этого до сих пор не сделано, как и не внесена соразмерная плата за пользование публичным сервитутом. Правда, в администрации Шара-Тоготского муниципального образования пообещали вопрос решить в ближайшее время.
По словам Эдуарда Тохтоева, ситуация в бухте сейчас такова: дорога освобождена от препятствий силами местных, но полностью закрыт проход на Байкал.
— Теперь можем туда попасть либо через шлагбаум, либо со стороны горы, — говорит он.
В «Сельстрое» же отмечают: прокуратура уже провела выездную проверку и вопросов к забору у нее не возникло. Тем более что в нем сделали калитку даже для инвалидов.
Получить комментарий по ситуации от администрации Шара-Тоготского муниципального образования на момент публикации материала не удалось: в муниципалитете отметили, что ответить на вопросы по этой теме может только глава Михаил Нагуслаев, но сейчас он находится в отпуске.
Больше новостей, фотографий и видео с места событий — в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь и узнавайте всё самое интересное и важное из жизни региона первыми.