Обвинение просит дать 15 лет колонии экс-главе Минздрава Приангарья за взятки

Рассмотрение уголовного дела в отношении бывшего министра здравоохранения Иркутской области Якова Сандакова подходит к финальной черте. Напомним, экс-чиновника обвинили во взяточничестве, превышении должностных полномочий и легализации средств, полученных незаконным путем. 27 августа состоялись прения сторон, во время которых прокурор запросила очень суровое наказание для Сандакова. Гособвинитель напомнила, что экс-чиновника обвиняют в двух эпизодах получения взяток (первый связан с получением 7 миллионов рублей за помощь в победе в аукционе на поставку эндоскопического оборудования; во втором случае следствие считает, что Дворниченко передала ему миллион рублей за назначение на должность главврача онкодиспансера Романа Зубкова), а также в превышении должностных полномочий при заключении контракта на поставку дорогостоящего микробиологического анализатора. Кроме того, обвинение заподозрило бывшего министра в отмывании 8 миллионов рублей через фондовую биржу. Для этого он совершил несколько операций с ценными бумагами на торговой площадке ММВБ, а затем приобрел в собственность квартиру в московском районе Царицыно. Прокурор заявила об исчерпывающем количестве доказательств вины бывшего главы минздрава. В частности, она сослалась на показания пермского предпринимателя и знакомого Сандакова Яна Дацковского (напомним, он заключил соглашение со следствием и проходил по отдельному делу о мошенничестве, ему уже вынесли приговор), его бывших подчиненных Павла Козырева и Вадима Кочубея (в 2021 году они занимали должности начальников отделов обеспечения медтехникой и льготного лекарственного обеспечения соответственно), экс-главного врача Иркутского областного онкодиспансера Виктории Дворниченко и других фигурантов дела. Все они якобы подтвердили факты, изложенные в обвинительном заключении. Кроме того, она заявила о проведении многочисленных экспертиз и исследований доказательств, что говорит о качественно проведенном расследовании. — Вина полностью установлена и доказана, квалификация их действиям дана правильно. Каждый из подсудимых действовал умышленно и из корыстных побуждений, — подчеркнула гособвинитель. По совокупности предъявленных обвинений прокурор запросила суд лишить Сандакова свободы сроком на 15 лет с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Кроме того, она попросила назначить ему штраф в размере 80 миллионов рублей. Яков Сандаков во время суда свою вину не признал и заявил, что во время предварительного следствия на него оказывалось физическое и психологическое давление. Кроме того, он говорил о том, что его якобы вынуждали дать компрометирующие показания на высшее руководство Иркутской области в лице губернатора Игоря Кобзева и первого зампреда областного правительства Руслана Ситникова. Перед прениями он изъявил желание отправиться на СВО, и для этого нужно было приостановить процесс, но суд отказался это делать. Во время прений позицию Сандакова отстаивали три адвоката. Первым выступил Рафик Файзулин. Он выразил мнение, что следствие не предоставило каких-либо доказательств вины его подзащитного в получении взяток. По словам Файзулина, обвинение строится на свидетельских показаниях пермского бизнесмена Яна Дацковского (по взятке в размере 7 миллионов рублей) и экс-главы онкодиспансера Виктории Дворниченко (на миллион рублей) — С Дацковским было заключено досудебное соглашение на определенных условиях. Я думаю, одним из условий было то, что он должен был дать изобличающие доказательства в отношении Сандакова. Подсудимый Кондрашов (речь идет о директоре фирмы «Адванта Групп» Дмитрии Кондрашове, его компания поставила минздраву дорогостоящую технику по завышенной в два раза цене — Прим. ред.) охарактеризовал его [Дацковского], как человека крайне непорядочного, лживого, который использует любые методы в достижении своей цели. В своих показаниях Сандаков тоже говорил, что до него доходили слухи, когда он работал в Перми, что Дацковский использует свои взаимоотношения с ним для достижения каких-то целей, но он не придал этому значения. Также он характеризовал его, как сильного психолога, который умеет воздействовать на людей и склонять их для выполнения своих целей, — заявил Файзулин. Говоря о показаниях Виктории Дворниченко, защитник заметил, что они тоже вызывают сомнение из-за ее «болезненного состояния» (во время суда заявлялось, что она страдает ментальными болезнями). При этом о даче взятки Сандакову она заявляла лишь во время предварительного следствия, на выездном допросе 20 августа Дворниченко отрицала, что передавала бывшему министру какие-либо деньги. Следствие считает, что бывший министр здравоохранения требовал миллион рублей за назначение нынешнего руководителя медучреждения Романа Зубкова. Деньги ему якобы должна была передать Виктория Дворниченко, которая была бессменным главным врачом онкодиспансера с 1995 по 2020 год. — В недалекие прошлые времена статья «взятка» считалась трудно доказуемой, поскольку прокурор никогда не подписывал постановление о возбуждении уголовного дела без наличия оперативно-розыскных мероприятий, которые оперативники реализовывали при непосредственной передаче денег. К сожалению, сейчас стандарт доказывания по данному составу опустился очень низко. У нас по Дворниченко все показания — производные. Все слышали, что Дворниченко передала Сандакову деньги только со слов сотрудника кадровой службы [онкодиспансера] Кустовой. Все эти лица [дававшие показания] не являются очевидцами. Защита считает, что эти показания не должны рассматриваться как показания, подтверждающие, что Дворниченко передавала какие-то деньги, — заявил адвокат. Здесь Файзулин упоминает показания начальника отдела кадров онкодиспансера Елены Кустовой и других свидетелей, которые от нее услышали сплетню о назначении Зубкова на должность главврача за взятку. На суде заявлялось, что спустя некоторое время эти слухи дошли до самой Дворниченко, которая якобы попросила Кустову «прикусить язык». Адвокат Владислав Егоров, выступавший после Файзулина, обратил внимание суда на различные нарушения в ходе процесса. В частности, он считает, что дело должно было рассматриваться по подсудности в Москве, поскольку она определяется либо по месту, где было совершено большинство инкриминируемых преступлений, либо — по тому, где произошло самое тяжкое из них. Самым тяжким в случае Сандакова является обвинение в получении взятки в размере 7 миллионов рублей, и ее, по версии следствия, бывший министр получил как раз в столице. По мнению Егорова, это должно было послужить поводом для передачи дела в Тверской районный суд Москвы. Также он выступил против обвинения в адрес своего подзащитного в легализации преступных доходов. Деньги, на которые Сандаков сначала приобрел акции на фондовой бирже, а затем после их последующей продажи купил квартиру в Царицыно, были получены им от продажи квартиры на Коломенской набережной в Москве и автомобиля BMW. Соответствующие документы он предоставил суду 27 августа. По его мнению, все это свидетельствует об отсутствии состава преступления. Завершал защиту Сандакова адвокат Сергей Бобылев. Он, как и Файзулин, заявил, что обвинение экс-министра в превышении должностных полномочий строится лишь на свидетельских показаниях. Защита считает, что следствие не предоставило каких-либо доказательств, которые говорили бы о личной корыстной заинтересованности подзащитного. Он также отметил, что сама процедура аукциона прошла в соответствии с законом, а мероприятия по приобретению микробиологического анализатора прошли все этапы согласования как в самом министерстве, так и на уровне регионального правительства. Бобылев также подчеркнул, что о завышении стоимости контракта Сандаков не знал, ему об этом никто не докладывал, а всеми вопросами занимались руководители и специалисты профильных отделов министерства, которым руководитель ведомства доверял как подчиненным. А еще адвокат Сандакова добавил, что инициатива по участию фирмы «Адванта Групп» в аукционе на поставку анализатора происходила от ее учредителя Яна Дацковского, но никак не от министра. Ни о каком предоставлении конкурентных преимуществ речи идти не могло. — По мнению защиты, в уголовном деле отсутствуют какие-либо доказательства того, что Сандаков, подписывая контракт с «Адванта Групп», преследовал цель оказать содействие в получении выгод материального характера своему знакомому Дацковскому. Данный вывод органов следствия является предположением, не основанным на доказательствах, и не может быть положен в основу обвинительного приговора, — заметил Бобылев. Двое других фигурантов уголовного дела — директор «Адванта Групп» Дмитрий Кондрашов и коммерческий директор этой же фирмы Кристина Культихина — свою вину признали. Более того, они даже возместили ущерб бюджету Иркутской области: Кондрашов это сделал в полном объеме (он перечислил порядка 6 миллионов), Культихина — частично (она выплатила 1,4 миллиона и намерена в дальнейшем возместить ущерб полностью). Адвокат Кондрашова Иван Дворовенко почти 5 минут зачитывал диагнозы из медицинской карты своего подзащитного. Он также рассказал, что Кондрашов сейчас является инвалидом 3-й группы, в ближайшее время должна состояться медкомиссия, во время которой его клиенту могут присвоить более высокую 2-ю группу. Смягчающие обстоятельства нашлись и у Кристины Культихиной. Ее адвокат Ксения Федченко во время прений рассказала, что у женщины на попечении находится несовершеннолетняя дочь, а еще она ухаживает за своим отцом, которого признали недееспособным. Гособвинитель попросила суд назначить им наказание в виде 4 лет лишения свободы в колонии общего режима, однако и Дворовенко, и Федченко назвали его излишне строгим. Они заявили, что у суда достаточно поводов для смягчения наказаний их подзащитным, а также напомнили, что даже министерство здравоохранения как потерпевшая сторона не настаивает на реальном сроке для их клиентов. Уже 28 августа, фигуранты выступят с последним словом, после чего суд удалится для вынесения приговора, который, вероятно, будет оглашен уже в начале сентября.