Ученые призывают к ювелирной работе над законом о рубках вокруг Байкала

Госдума в первом чтении приняла законопроект, который разрешает сплошные рубки леса вокруг Байкала для строительства коммунальной инфраструктуры, дорог, кафе, объектов бытового обслуживания и противопожарных разрывов. Мы спросили у ученых, как это скажется на экосистеме озера и на что законодателям стоит обратить внимание. Напомним, законопроект, который разрешает на Байкале сплошные рубки леса, был принят в первом чтении в середине июля. Запрещено будет рубить древесину только для личных нужд. Губернатор Иркутской области Игорь Кобзев документ поддержал, заявив, что с его помощью можно будет построить, в частности, селезащитные сооружения в Слюдянке и развивать Байкальск как город-курорт. Самый крупный участок (более 550 гектаров) на Байкале, где планируется разрешить сплошную рубку леса, располагается рядом с горнолыжным курортом «Гора Соболиная», принадлежащим структурам En+ Group. Издание «Кедр. Медиа» отмечает, что в перечень участков, где будет разрешена сплошная вырубка, также включены участки трасс, уже работающих на «Горе Соболиной», и фрагменты леса у подножия горы между базами и строениями горнолыжного курорта. При этом в организации «Эн+ Туристическая инфраструктура», которая владеет курортом, сообщили, что в аренде у «Горы Соболиной» находится только 74 гектара земли в Байкальске, и те сотни гектаров, на которых Госдума РФ в первом чтении одобрила сплошные рубки, к нему не относятся. Позже на платформе Change.org появилась петиция против закона о сплошных рубках леса на Байкальской природной территории. На сегодня она собрала 85,5 тысячи голосов. А 25 июля стало известно, что Госдума перенесла на осеннюю сессию окончательное принятие закона. Об этом сообщалось на сайте председателя партии «Справедливая Россия — Патриоты — За правду», руководителя партийной фракции в Госдуме Сергея Миронова. Нужен ли вообще такой закон? Сам факт разработки законопроекта, который разрешает рубки вокруг Байкала, неминуемо вызвал общественную дискуссию, а принятие его в первом чтении — негодование. Как отметил председатель иркутского отделения Российского географического общества (РГО) главный научный сотрудники Института географии имени Сочавы СО РАН д. г. н. Леонид Корытный, экологическая общественность «отчаянно выступала и выступает против этого безумного решения». Мы перед всем мировым сообществом заявляем, что слова о Байкале — это только красивые слова, прикрываем это всё нуждами населения. Люди, которые, к сожалению, находятся у власти, проталкивают закон всеми правдами и неправдами, — прокомментировал он. — Многие ученые и научные институты выступают против, не говоря уж про нормальную экологическую общественность. Но слушают нас очень мало. Корытный отмечает, что запрет на вырубку леса около Байкала был одним из первых документально закрепленных запретов, когда в России экологическое движение только началось. Пока эта норма всё еще строго выполняется. С другой стороны, появление подобного законопроекта, говорит директор Иркутского филиала СО РАН академик РАН Игорь Бычков, свидетельствует о том, что какие-то моменты жизни населения, социально-экономического состояния и экологии в настоящее время не решаются действующей нормативно-правовой базой. — Явно можно выделить то, что и начальное обсуждение, и в сегодняшней редакции вопросы, которые регулируются этим законопроектом, — очень важные и актуальные. Очень остро стоит вопрос, связанный с возможностью строительства и проведения селезащитных мероприятий на реках Иркутской области, в том числе в районе Байкальска и Слюдянки. Отсутствие превентивных мер может привести к невосполнимым последствиям не только в экологическом, но и в социально-экономическом плане. Накопленный вред от деятельности БЦБК также может попасть под сель, при этом какая-то часть отходов может попасть в Байкал и, соответственно, нанести экологический урон, — говорит он. Проблема, правда, в том, что в России слабо разработаны механизмы исполнения природоохранных законов и норм, говорит к. б. н. доцент БГУ и зампред Общественной палаты Иркутска Виктор Кузеванов. Более того, зачастую эти законы просто не соблюдаются должным образом, а известно это становится, как правило, слишком поздно — уже тогда, когда разрушительные действия немногочисленных бизнес-интересантов становятся необратимы. — У нас в стране экологическое законодательство в целом вполне проработано, и уже существующие законодательные нормы могут быть действенными и эффективными для применения на Байкале, но, повторяю, исполнительные механизмы очень несовершенны, — говорит ученый. Что в законопроекте вызывает критику? Виктор Кузеванов отмечает: основной камень преткновения в законопроекте — это такое лесопользование, которое предполагает возможность сплошных вырубок массивов леса около Байкала и в его водосборном бассейне. Причем, сходятся во мнении собеседники «ИрСити», нормы прописаны так, будто под них можно подвести любую вырубку лесов, что, очевидно, недопустимо. Потому что реально под такой инфраструктурой может быть всё, что угодно, начиная от строительства самих гостиниц и заканчивая различного рода подъемниками, трассами и всем остальным. Где и как всё это будет регулироваться, насколько это может оказать влияние на экосистему прибрежных территорий, в конце концов, на Байкал — это требует дополнительного рассмотрения, — говорит Игорь Бычков. Это относится и к дорогам, и к коммунальной инфраструктуре. С одной стороны, понятно, что без дорог жить невозможно и строительство одной хорошей дороги может сохранить территорию, по которой сегодня ездят многочисленные машины, создавая десятки направлений и ответвлений по бездорожью — это можно увидеть на Ольхоне и в районе Малого моря. Если будет нормальная автомобильная инфраструктура, то это только плюс. Но вопрос в том, нужно ли для этого осуществлять сплошные рубки. — Условно говоря, такие дороги уже проложены и их надо просто привести в нормативное состояние, чтобы люди ими пользовались, — считает глава Иркутского филиала СО РАН. Возможность сплошных вырубок может стать большой «экологической миной», заложенной под Байкал и под благополучие жителей Байкальской Сибири, включая Иркутскую область, Республику Бурятия и другие регионы, добавляет Виктор Кузеванов, а депутаты, допуская это, ставят национальное достояние в ситуацию больших долговременных экологических и социальных рисков. — Следовало бы внятно и подробно разъяснять всем людям особенности и различия понятий «зона водосборного бассейна», «водоохранная зона», «центральная экологическая зона», «байкальская природная территория». И регулярно показывать, какое природопользование в этих зонах улучшает благосостояние людей, а какие запрещенные виды деятельности вредят им прямо или косвенно. Пока вижу, что именно лесопользование в этом законе — самое слабое и непроработанное звено, — говорит он. Как сплошные вырубки скажутся на байкальской экосистеме? Как объясняет Леонид Корытный, в зоне риска в том числе леса первой группы — те, что фактически составляют естественную защиту Байкала. Если вырубить их, вся экосистема пойдет под откос. — Лес — это основа водных ресурсов. Плюс вырубки леса не проводятся на крутых склонах. А вокруг Байкала — крутые склоны. Это эрозия, сели и прочие негативные природные процессы. Недавно аналогическая ситуация произошла на Алтае, в урочище озера Манжерок. Вырубили лес под туристические цели, пошел сель, который это туристское здание и затопил. То же самое будет и на Байкале, — уверен ученый. Виктор Кузеванов поддерживает: по его мнению, сплошные вырубки леса негативно отразятся и на биоразнообразии наземных и водных экосистем, и на качестве байкальской воды. Мы прекрасно понимаем, что там возможно расположение и краснокнижных растений, там есть не только флора, но и фауна, соответственно, есть вопросы с животным миром, который там находится. Мы прекрасно понимаем, что даже если мы посадим крупномеры (деревья, которым несколько лет), то вокруг них экосистема создастся далеко не сразу. Соответственно, надо смотреть в том числе и затраты, которые понесет экосистема, которая восстановится только через достаточно долгий промежуток времени, — добавляет академик. Однако в целом влияние сплошных рубок на экологию озера — этот вопрос сложный, оговаривается ученый, поскольку пока мало исследований о влиянии вырубок на экосистему. Вместе с тем есть предположения о том, что если это будет делаться в прибрежной зоне, увеличится вынос органического вещества за счет того, что грунты станут более свободными, так как почва с деревьями и кустарниками выполняет дренирующую функцию. — Если она будет нарушена за счет вырубок и тяжелой техники, то это всё возможно. Но надо признать, что озеро Байкал столь большое, столь инерционное, что сразу увидеть какой-то негативный эффект для всего озера или даже для части его побережья будет достаточно сложно. Основная опасность заключается в том, что мы не знаем границы этого воздействия и, соответственно, мы не можем сегодня сказать, какой объем сплошных вырубок и на какой территории можно делать, когда этот процесс не навредит, а где нельзя, потому что будет вред. Есть такой принцип презумпции опасности — что если мы не знаем что-то, то лучше этого не делать. Если мы это делаем, то надо максимально проработать этот вопрос, — считает академик. Что еще вызывает сомнения? Один из самых непонятных для ученых вопросов — это как раз тема лесовосстановления. В законопроекте предусмотрена норма о том, что взамен одного срубленного дерева необходимо высадить пять, но, по мнению ученых, этот момент прописан недостаточно четко и ясно. — В законопроекте не указан порядок определения участков, где эти деревья будут высажены: будут ли это участки, которые в предыдущие годы пострадали от пожаров, будут ли это участки, которые пострадали от антропогенной деятельности. Такие территории должны быть определены. Если мы говорим об участках, где были пожары — часто это очень труднодоступные места, то должно быть предусмотрено удаление и вывоз сгоревших деревьев, обеспечение необходимого ухода за посадками для того, чтобы высаженный лес прижился, — считает Игорь Бычков. А Леонид Корытный, в свою очередь, напоминает, что для того, чтобы дерево выросло, необходимо минимум 50 лет. — Леса не мгновенно растут, а вырубаются за один час, — говорит он. Кроме того, продолжает Бычков, в законопроекте нужно более четко обозначить границы тех действий, участки тех территорий, на которых сплошные рубки будут разрешены. Также, на его взгляд, не совсем оправдан и обозначенный временной период снятия запрета — до 2030 года. — Можно было бы сейчас попытаться посмотреть, как это будет работать в ближайшее время, а потом при необходимости продлить, никаких тут сложностей я не вижу, — говорит Игорь Бычков. Также, добавляет ученый, необходимо предусмотреть финансовые механизмы, например создание фонда, который бы обеспечивал определенные экологические восстановительные мероприятия, если, условно говоря, что-то пойдет не так. Например, если деревья не приживутся, если начнется подмыв склонов, образование оврагов. — Нужно решение, которое бы гарантировало наличие ресурсов для восстановления, — комментирует Бычков. Что делать с законопроектом дальше? И Игорь Бычков, и Виктор Кузеванов полагают, что после первого чтения должна продолжиться скрупулезная работа по доработке документа, причем к ней нужно привлечь и ученых, и активных общественников, и экологический ответственный бизнес. Только это позволит преодолеть очевидные противоречия. — Есть те, кто считает, что этот проект нужно соответствующим образом доработать, чтобы, с одной стороны, население Центральной экологической зоны не ущемлялось в правах, но и мы должны понимать, что озеро Байкал — это не только объект Всемирного наследия ЮНЕСКО, это действительно уникальный природный объект, к которому надо относиться очень аккуратно, потому что если за счет наших действий что-то «перещелкнет» в Байкале, то вернуть обратно будет не только сложно, а просто невозможно, поэтому надо быть очень аккуратными, — говорит глава Иркутского филиала СО РАН. Виктор Кузеванов приводит три показательных экопримера, которыми озабочены в частности местные жители и предприниматели на Малом Море. Это коровы, туалеты и стихийные дороги. Первые, беспризорно гуляя, загрязняют воду и среду своими отходами жизнедеятельности, вторые до сих пор не отвечают санитарным нормам, третьи нарушают экологический баланс в акватории Байкала. — Есть также и другие, менее яркие, но не менее важные примеры, которые должно урегулировать новое законодательство. Поэтому есть уверенность, что упомянутый закон нужен с выверенными корректировками, а депутатам следует просто лучше узнать на практике действительные экологические проблемы и интересы большинства людей у Байкала в долгосрочной перспективе, быть по-настоящему ближе к Байкалу, — заключает он. Больше новостей, фотографий и видео с места событий — в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь и узнавайте всё самое интересное и важное из жизни региона первыми.