Правительство России планирует привлечь 12 миллионов работников до 2032 года

Вице-премьер Татьяна Голикова сообщила, что до 2032 года в экономику необходимо вовлечь около 12 миллионов человек. Почти одновременно министр труда и социальной защиты Антон Котяков заявил о рекордно низком уровне безработицы — 2,2%. По словам Котякова, сегодня в активной занятости находится почти 75 миллионов человек — максимум за последние 5–6 лет. Формально эти показатели выглядят как свидетельство устойчивости рынка труда: безработица на историческом минимуме, занятость — на пике. Однако за сухими цифрами скрывается структурный вызов. Если безработица уже на уровне 2,2%, то где взять дополнительные 12 миллионов работников? Речь идет о расширении экономически активного населения в условиях демографического спада, старения населения и высокой нагрузки на социальную систему? Об этом MSK1.RU поговорил с нашим постоянным экспертом, создателем и президентом кадрового дома Superjob Алексеем Захаровым. «У нас уже не яма» — 75 миллионов занятых и необходимость вовлечь еще 12 миллионов? — Эти 12 миллионов — они внутри тех самых 75? Старые работники уйдут, кто-то умрет, кто-то — на пенсию, кто-то просто решит не работать. Думаю, у госпожи Голиковой есть статистика: сколько должно родиться, сколько — умереть, сколько — уйти на пенсию, сколько — окончить школу. Ежегодно у правительства есть данные, сколько людей уходит с рынка труда. Есть данные по рождаемости. Но из родившихся не все выйдут на рынок труда: кто-то уедет, кто-то умрет, кто-то не будет работать. Есть статистика, какой процент от родившихся становится экономически активным. Теоретически можно посчитать, сколько людей к определенному году появится на рынке труда. Голикова считает, что примерно так и будет — плюс 12 миллионов. — Но вы как специалист по рынку труда считаете, что такие оценки реальны в нынешней демографической ситуации? — У нас даже не демографическая яма. Яма — это то, из чего можно выбраться. А из той демографической ситуации, которая есть сейчас, теми методами, которые применяются, выбраться нельзя. Мы и дальше будем вниз скатываться — это демографический провал. Нужны радикальные решения. Либо серьезная демографическая политика, либо модернизация экономики. То есть людей должно требоваться меньше, а производить мы должны столько же или больше. Но когда мы говорим, что будем привлекать дешевую рабочую силу, мигрантов, то фактически признаем, что не будем заниматься глубокой модернизацией. Логично же: пока я могу использовать дешевый труд, я не буду вкладываться в дорогих роботов. Не повод для гордости Генеральный директор сервиса по поиску работы и найму сотрудников GdeRabota.ru Екатерина Агаева в беседе с MSK1.RU говорит, что 2,2% безработицы — это не повод для гордости, а сигнал о системном кризисе. По мнению эксперта, нынешние статистические минимумы свидетельствуют не о процветании, а об исчерпании трудовых ресурсов. — Уровень безработицы в 2,2% говорит не о здоровой занятости населения, а о критической ситуации с кадрами на российском рынке труда. Адекватный уровень безработицы при нормальной экономической ситуации составляет 5%, — подчеркивает эксперт. По ее словам, столь низкий показатель означает, что резерв рабочей силы практически исчерпан и работодатели вступают в жесткую фазу конкуренции за каждого сотрудника. При этом официальные цифры — лишь верхушка айсберга, так как они не учитывают скрытые процессы: миграционные оттоки, неполную занятость и теневой сектор. Екатерина Агаева согласна с Захаровым, что в ближайшие годы основной удар по рынку нанесет демография. К 2032 году массово выйдет на пенсию многочисленное поколение 1960–1970-х годов. Заменить их физически некому: численность поколения миллениалов значительно меньше, а естественная убыль населения продолжает сокращать ряды потенциальных соискателей. Таким образом, потребность в миллионах новых рук — это не рост, а попытка удержать экономику от падения в кадровую пропасть. Агеева выделяет три теоретических способа пополнения трудового резерва, но отмечает, что каждый из них сегодня имеет серьезные ограничения. Первый — внутренние ресурсы: вовлечение пенсионеров и матерей с маленькими детьми. Однако этот лимит почти исчерпан: большинство активного населения уже трудоустроено. Второй — миграция. Третий — автоматизация: замена людей роботами и ИИ. Это стратегический путь, говорит Агеева, но для малого и среднего бизнеса цифровизация зачастую оказывается неподъемно дорогой. Главный вывод экспертов неутешителен: стране не просто не хватает рук — ей катастрофически не хватает компетенций. Квалифицированные кадры в дефиците абсолютно во всех отраслях.