Ни шагу на зад!

У моего знакомого очень деликатная должность. Он – главный проктолог. Пожалуй, никто кроме него в городе так хорошо не знает болезни, от которых страдает наше, извините, заднее место. Часто бывает, что человек даже с небольшой температурой стрелой мчится к врачу. К проктологу, как правило, обращаются в крайнем случае, когда терпеть больше невмочь и требуется хирургическое вмешательство (задним умом, как говориться, мы все сильны). Врачу с огромным опытом есть что вспомнить. Наш разговор мы начали с курьезной, но очень жуткой истории… – Молодая интеллигентная женщина, – рассказывает врач, – едва не погибла из-за своей стеснительности. Однажды она решила повесить шторы и залезла на табуретку. Табуретка из-под ног выскользнула, перевернулась, и мадам грохнулась прямо на железную ножку. Ножка вошла в анальное отверстие, пробила мочевой пузырь, толстую и тонкую кишку и вышла через бок. Целый час (!) женщина ходила с табуреткой в заду, стесняясь позвонить в скорую. Затем она пяткой ухитрилась освободиться от табуретки и еще час лежала в постели. И только почувствовав, что умирает, вызвала врачей. Врачам она не только ничего не объяснила, но и постеснялась показать рану. Когда ее привезли ко мне, начался перитонит. Еще немного, и все – прямая дорога в морг. Это была моя первая серьезная операция. Я зашивал пациентку пять или шесть часов. С тех пор прошло 15 лет, и каждый год 31 августа, в свой второй день рождения, она приносит мне торт и букет цветов. – Согласитесь, что этот случай – уникальный… – Да такое случается сплошь и рядом. Я поражаюсь терпению наших больных. Есть такая болезнь – анальный зуд. Боли жуткие, и начинаются они, как правило, ночью. Что только не делают, чтобы от них избавиться! Представьте себе человека, который ночью ползает попой по ковру… Некоторые больные подумывают о самоубийстве (хотя, тьфу-тьфу, таких случаев не было), но терпят. По пять лет! А лечится все за пять минут. – Люди так называемых сидячих профессий страдают от геморроя. Можно ли эту болезнь предупредить? – Я просмотрел статистику за 20 лет. От геморроя мучаются все – и шоферы, и бухгалтеры, и журналисты, часами не отрывающие заднее место от кресла, и те, кто крутиться целый день, как волчок. Геморрой – болезнь молодых… – Неужели? – Если старичка привезли с подозрением на геморрой, значит у него что-то более серьезное. Страдают от этой болезни люди в возрасте от 20 до 40 лет. И опять таки, если заднее место кровит, но боли нет, к проктологу не обращаются. В 90 процентах случаев приходится делать операцию. А если бы обратились заранее, то после двухминутной процедуры на лазере могли быть спокойны за свое заднее место пять-десять лет, а то и пятнадцать. – Сколько человек вы оперируете? – А нашем отделении – примерно тысячу человек в год, и с 50-х годов эта статистика не меняется. – А как обстоят дела на загнивающем Западе? – Всемирная организация здравоохранения выпустила памятку, в которой говорится, что надо делать по профилактике здоровья. Так вот, ежегодный осмотр прямой кишки там стоит на четвертом месте. На западе лекарства стоят очень дорого, там граждане профилактикой занимаются серьезно. В отличие от нас, там хирургическим путем геморрой лечат у десяти процентов пациентов. – А где, все-таки, лечат лучше? – А лечат – у нас. В Санкт-Петербурге делали операцию одной коронованной особе. Имя назвать не буду – сведения конфиденциальные. – Так кто, все-таки, чаще всего страдает от геморроя? – Те, кто мучается от запоров. Я этих людей стразу вижу – это молчаливые ипохондрики с печальными глазами. У них все мысли об одном и том же… – Сколько человек может, извините… – Абсолютный «рекорд», зарегистрированный в медицине – 18 месяцев. Балерина сидела на бесшлаковой диете. За это время у нее накопилось 42 килограмма каловой массы. Когда ей сделали клизму, она умерла. – В одно время было модно очищать организм с помощью клизмы. Как вы к этому относитесь? – Отрицательно отношусь. Что только себе люди не закачивали – и квас, и мочу, и лимонную кислоту. Привезут пострадавшего от «народной» медицины, посмотришь ему в прямую кишку – ужас, будто бы ему туда факел совали! – Я слышал, что вы немало ужасов насмотрелись… – Бывало. Однажды в деревне муж с женой двое суток пили. Чем уж они занимались в постели, точно не знаю, но муж засунул жене, здоровой молодой женщине, в которой было 118 килограммов весу, в задний проход железную кочергу. Прямая кишка на кочергу налезла, как гофрированная трубка, так что вытащить ее было невозможно. Муж пытался отпилить конец напильником, но тщетно – боли ужасные. Пришлось женщине надеть длинное пальто и поехать на автобусе в город. Муж в автобусе сидел, она стояла. Кочергу я вытащил легко, а вот одному мужчине пришлось извлекать предмет под наркозом. – Какой предмет, если не секрет? – Фаллоимитатор. Жена говорит, что они с мужем «игрались». И так доигрались, что фаллос ушел в прямую кишку вместе с яичками. Когда пациент пришел в себя, сразу спросил: где эта штука? Она 20 баксов стоит. Велел я сестре фаллос помыть и пострадавшему отдать. Он так и спал с ним под подушкой. – Говорят, что к вам привозили одного высокопоставленного чиновника с морковкой в… – У меня мама – настоящий мичуринец. Морковь выращивают огромную, но такого корня я не видал… – Что еще любят использовать для интимных утех гомосексуалисты? – Флаконы от шампуня, радиолампы. Радиолампы, кстати, извлекать нетрудно. Берешь специальным инструментом за цоколь… – Нет уж, подробностей не надо! Но уж коли зашел такой разговор, расскажите напоследок о нетипичных случаях. – В одно время народ стал употреблять суррогаты. После того, как какой-нибудь товарищ выпьет средство для наружного применения, его начинает так полоскать, что во время спазмов желудок лопается, как воздушный шарик. В кишках мышцы расположены, как в многожильном кабеле, в желудке – структура другая, он такой нагрузки не выдерживает. Подобные случаи, впрочем, бывают и у тех, кто употребляет качественные напитки, но в безмерном количестве. Один из моих пациентов, например, выпил за час шесть литров пива! – Один мой знакомый врач жаловался: скольким, мол, людям жизнь и здоровье спас, а никто даже не позвонит… – Возможно, что врач он хороший, но как человек – недоступный, обращаться к нему стесняются. Я с больными могу часами разговаривать. Сколько лет прошло, а хорошо помню, кто в какой палате лежал. У нас, кстати, «однопалатники» после выписки по десять лет дружат! Мой первый пациент, лицо очень известное, вот уже 15 лет в день проведения операции приезжает к нам в отделение с новогодней елкой!