«Зимой промерзнет, а потом стены начнут гнить». В старом деревянном доме в Иркутске взорвался бойлер — как там живут люди

Жильцы дома на улице Севастопольской в Ново-Ленино проснулись утром 19 июля совсем не так как обычно. Их с кроватей поднял громкий залп. Сначала люди даже и не поняли, что случилось. А оказалось, что в квартире на первом этаже взорвался бойлер. В этом году он стоял в очереди на капремонт, а после взрыва представители администрации Иркутска и Фонда капремонта заявили, что будут его восстанавливать. Правда, делать это отказались уже три подрядчика, говорят жильцы. Как сейчас выглядит дом и что думают о его будущем местные жители — в репортаже «ИрСити».

Дом на Севастопольской построили 60 лет назад. Как говорят местные, как временное жилье для работников железной дороги. Но, как водится, нет ничего более постоянного, чем временное. Многие живут в доме не один десяток лет, только в последние годы стало много квартирантов. Дом полублагоустроенный: горячая вода в нем есть только тогда, когда наступает отопительный сезон, летом люди спасаются водонагревателями.

Во время взрыва бойлера чудом пострадали только двое: хозяйка квартиры и ее 14-летний сын. Оба сейчас находится под присмотром врачей. Вместе с ними в квартире проживают старшая дочь — Анастасия — и ее четырехлетний ребёнок.

— Мы с дочкой за несколько дней до взрыва уехали на отдых, потому нас в этот момент не было дома. Мама позвонила в пять утра, рассказала, что случилось, я сразу вызвала такси и вернулась, — рассказывает Анастасия и проводит в квартиру.

Дверь в помещение выбита, разнесена перегородка с соседней квартирой в санузле — так, что туда можно пройти через дыру в стене. Через дыру в потолке виднеется санузел квартиры сверху: во время взрыва их унитаз подкинуло к потолку, а потом он отлетел в комнату. Рядом с окном на кухне почти выдавлена наружу стена. Анастасия рассказывает, что недавно сделали ремонт в квартире, поклеили новые обои, постелили линолеум, купили технику. Сейчас ей, как и соседям из другой пострадавшей квартиры, приходится снимать жилье.

— Конечно, у нас всё пострадало, вообще абсолютно. Мы сейчас тут еще разгребли завалы, а в первый день всё лежало на полу. Я когда это увидела, потеряла сознание, честно говоря, — рассказывает Анастасия. — Я сейчас, грубо говоря, осталась на улице. Работаю на авиазаводе, у меня зарплата — 30 тысяч и ребенок на иждивении. Мне пришлось снять квартиру за 30 тысяч, и я даже не понимаю, на какие деньги буду восстанавливать эту квартиру.

Анастасии и ее соседям предлагали переехать в жилье из маневренного фонда — в общежитие на улице Воровского. Но, как отмечает она, условия в нем совсем не соответствуют ее представлению о нормальной жизни. Как минимум, потому что вместо двухкомнатной квартиры с кухней и отдельным санузлом, семье из четырех человек предлагают небольшую комнатку.

— Я же с ребенком маленьким живу. Мне не нужны проблемы с органами опеки, мой ребенок должен в нормальных условиях находиться, — говорит Анастасия.

Сейчас окна в ее квартиру и квартиру соседей забиты. Но, как оказалось, сделали это силами жильцов: ни управляющая компания, ни другие структуры этим не занимались.

Уже больше десяти лет назад в этом доме купили квартиру и соседи Анастасии. Пока тут жил предыдущий собственник, он заработал проблемы с легкими из-за постоянной сырости. Проблемы, говорят жильцы первого этажа, были в доме еще задолго до взрыва.

— У нас стояли два дома такого же года строительства, их признали аварийными и снесли, а наш, говорят, крепкий. Но у нас и раньше были грибок, сырость. Внешне всё культурно, чисто, мебелью заставлено, обоями заклеено. У нас опасения, что может произойти еще что-нибудь, и дом просто завалится, — говорит одна из собственников Светлана.

А Евгения ведет в свою квартиру, поднимает линолеум на кухне и показывает прогнившие полы. Десять лет назад, когда помещение приобретали, оно выглядело неплохим вариантом. Был евроремонт, всё аккуратно и красиво. О том, что в доме проблемы, стало известно уже, как говорится, по ходу дела.

— Под мойкой дыра, заделали ее. В ванной поставили экран, а за ним тоже гниль. Канализацию не чинили с тех пор, как дом построили. На кухне месяца два назад люстра ночью отвалилась, по потолку грибок идет. Зимой холодно, включаем электрообогреватели, — перечисляет она. — Всё это проваливается, всё это продавливается. Дом старый, если бы его поддерживали, делали бы какой-то ремонт, то, может, в нем всё нормально и было бы.

Светлана показывает, как выглядит дом после взрыва снаружи. Она говорит, что представители администрации и Фонда капремонта обещают стены отремонтировать. Но, по ее мнению, проблема даже не в этом, а в том, что «всё сгнило даже под домом», а фундамент не выдерживает никакой критики.

— Мы меняли сами канализационные трубы, потому что был такой запах, что невозможно было находиться. Мы сами, жильцы, ремонтируем и поддерживаем состояние подъезда. В тех двух домах, которые снесли, такой не было красоты. Там всё рушилось, всё было в ветхом состоянии. А тут, значит, мы поддерживаем, подкрашиваем, ремонтируем, полы красим, более-менее вид придаем дому, потому и говорят: «Ой, так у вас хорошо», — делится она, считая, что и этот дом нужно признать аварийным.

Рано или поздно, добавляет Светлана, дом всё равно снесут.

— Так зачем сейчас тратить миллионы на ремонт? Вы сделайте по-хозяйски. Это деревянный дом. Не бетонный, не кирпичный — деревянный, — недоумевает она.

Но не все из соседей согласны с этим. Юлианна, которая живет на втором этаже того же подъезда, добилась этой квартиры 20 лет назад и переезжать в какое-то временное жилье, если дом признают аварийным, не хочет.

— Я когда вспоминаю, сколько сил потратила на то, чтобы эту квартиру получить, у меня истерики случаются. Столько оббила порогов, получила ее в итоге через опеку. И почему я должна отсюда уезжать? — говорит она и ведет в свою квартиру, которая в результате ЧП не пострадала.

Именно Юлианна утром 19 июля вызвала экстренные службы на место случившегося. Она работает шеф-поваром на промышленном предприятии и встает рано. Так было и в то утро: проснулась в 04:50, пошла на кухню налить кофе — чайник еще не успел вскипеть, как бабахнуло.

— Я думала, что война началась. Окно было открыто, сразу же выглянула, увидела, что дым идет из подъезда. Тогда так показалось, это сейчас понимаем, что это была пыль. Дрожащими руками набрала 112, даже не помню, что сказала. Потом все стали выходить. МЧС быстро приехали, буквально за 8 минут, взрывотехники были. Я вообще такого количества властей не видела раньше, — отмечает она.

В ее небольшой квартирке чисто и аккуратно, никаких намеков на сырость, плесень или грибок. Юлианна считает, что просто нужно следить за своим жильем, и уверена, если бы дом не был крепким, от взрыва бойлера его бы действительно повело, и балки у соседей, у которых из-за ЧП в санузле подлетел под потолок унитаз, не выдержали бы. А они как стояли, так и стояли.

— Нам сказали, что если дом признают аварийным, нас поселят в маневренное жилье, и мы будем там жить и ждать времени, пока нам дадут квартиры, а продлиться это может от 5 до 15 лет. А зачем нам это надо? У меня здесь квартира, а там неизвестно что. Вы видели это маневренное жилье на Воровского? Там наркоманы, там зэки, там пьяницы, там клопы и тараканы. Как там жить? — задается она вопросом и отмечает, что соседние, уже снесенные дома, действительно были хлипкими, и во время дождя их топило. А их дом нет.

Иркутянка считает, что его отремонтировать возможно. Правда, по словам жильцов, на место уже приезжали три подрядчика от Фонда капремонта и все трое отказались в этом участвовать. Ирония в том, что постройка стояла в очереди на плановый капремонт. Его должны были провести в 2025 году. Обновить собирались только фасад. Теперь жильцы хотят направить все эти деньги на восстановление перекрытий.

Жильцы соседнего подъезда, кстати, на себе последствий ЧП почти не испытали: только в одной квартире по стене пошла небольшая трещина. Здесь чуть больше полутора месяцев живет пенсионерка Любовь с дочерью. Пожилая женщина рассказывает, что в то утро, когда прогремел взрыв, подумала, что землетрясение.

Галина Георгиевна живет на первом этаже того же подъезда. Она отмечает, что в ее квартире обычно сухо, разве что мучили щели под окном: чтобы не дуло, пришлось «усилять» фасад дополнительной деревянной конструкцией. Да зимой нынешней прорвало трубу с горячей водой. Ей залило подполье, в котором хранилась картошка — пришлось всё выбросить. Хотя обычно оно сухое.

— Трубы старые просто. Сантехник приехал, какую-то перемычку сделал, но насколько это надежно и как долго прослужит — непонятно. Конечно, хочется ремонта, чтобы всё это обновили. Но переезжать я отсюда готова только если сразу же дадут нормальную квартиру. А так мы всё своими силами делаем, подъезд в порядке поддерживаем. Тут вот стену сами замазывали, — рассказывает она.

По большому счету, сейчас с домом вопрос один. Если его и восстанавливать, то нужно успеть до начала отопительного сезона, до которого осталось всего ничего — около полутора месяцев. Жильцы опасаются, что из-за разнесенной на первом этаже квартиры он зимой весь промерзнет, а что будет после этого весной — непонятно.

— Недавно дождик был, ночью стало невозможно без обогревателя. Хотя лето. А представляете что будет зимой в -40? А почему я замерзла? Потому промерзают стены. А моя квартира угловая, она не пострадала, — говорит Юлианна. — Если не отремонтируют, всё перемерзнет. Хорошо, люди найдут себе жилье на зиму, мы как-то переживем. А что весной-то начнется? Это же стены начнут гнить, и тогда в доме точно нечего будет восстанавливать.

Напомним, взрыв произошел рано утром 19 июля. Причиной случившегося называют разгерметизацию котла. Пострадавших только двое — 42-летняя женщина и ее сын. Соседи пострадавших рассказали, что в доме у каждого стоит бойлер или водонагреватель, поскольку летом горячего водоснабжения нет.

Дом, добавили в администрации, находится на непосредственном управлении собственниками. По договору его обслуживает управляющая компания «Родина». Дом, как сообщали в администрации Иркутска, не является аварийным и был включен в план по проведению капремонта МКД на 2025 год. Специалисты Фонда вместе с экспертами собираются оценить объем восстановительных работ и наметят их план.

Также ожидается, что в ближайшее время УК обследует все системы дома и будет принято решение о необходимых работах.