«Жить тебе и мучиться». Как проходил суд по ДТП на Байкальской в Иркутске

Резонансное дорожно-транспортное происшествие случилось утром 15 мая на улице Байкальской, неподалёку от кинотеатра «Баргузин». Иркутянин Виктор Авдулов на большой скорости сбил школьника и скрылся с места аварии. 17-летний мальчик, готовившийся к выпуску из школы, погиб. Сегодня Авдулова приговорили к 4 годам лишения свободы в колонии-поселении. Хронология случившегося Mercedes-Benz C230, которым управлял 26-летний Виктор Авдулов, с превышением скорости вылетел на Байкальскую с улицы Пискунова около 8 утра. В это же время Даниил Зайцев вышел из дома и пошёл на нерегулируемый переход возле дома №106. Отец предлагал ему поехать с ним на машине, но Даниил решил добраться до школы самостоятельно. Он вышел на 10 минут раньше обычного – торопился на пробный экзамен по русскому языку. Дорога на месте происшествия довольно узкая. До трагедии, когда на злополучной зебре ещё не было лежачих полицейских, на этом участке разогнаться можно было только при отсутствии движения. В то утро оно было не очень оживлённым. Когда Даниил подошёл к переходу, его пропустил водитель маршрутного такси, который занял крайнюю правую полосу возле дорожного ограждения. Как только мальчик дошёл до середины дороги, появился Авдулов. У подростка не было шансов на спасение. От удара он отлетел на 15-20 метров от перехода. Скорая приехала минут через 15 после трагедии. Врачам оставалось только констатировать смерть. Авдулов после аварии не остановился. Более того, он прибавил скорость и столь же стремительно пролетел через переход на остановке «Диагностический центр», причём на красный свет. После этого он доехал до бульвара Постышева. Там, во дворе дома №20, бросил свой автомобиль и побежал в сторону гаражных кооперативов, где вызвал такси и уехал к своему другу в Хомутово. По его словам, только спустя несколько часов он в полной мере осознал, что же именно произошло. Одна из свидетельниц по делу, Наталья Ткачёва, ждала маршрутку №11к на остановке «Бульвар Постышева». Она находится практически во дворе 20-го дома. По словам Ткачёвой, мужчина очень быстро заехал во двор, и, если бы там оказались женщины с детьми, которые минутами ранее шли через него, «случилась бы трагедия». Кроме скорости, с которой двигался автомобиль, свидетельницу привлекло отверстие в лобовом стекле автомобиля. Она подумала, будто в машину попало бревно. Потом женщина увидела, как водитель схватил сумку, бросил машину и ринулся в сторону. Только на работе Ткачёва узнала от коллеги, что на Байкальской произошло ДТП, в котором погиб подросток, и правоохранители ищут свидетелей. Женщина позвонила по номеру 112 и рассказала обо всём. В ночь с 15 на 16 мая Авдулова задержали полицейские. Друг задержанного, некто Евгений Андрющенко, сообщил его жене Ксении, что её муж сейчас находится у него. Вместе они приняли решение сдаться полиции. «Сотрудникам [полиции] позвонила я, сказала, что я его нашла, и мы приедем в отделение полиции. Виктор был согласен, он собирался сдаться. Он был в шоке. Оперативник обещал оформить явку с повинной, но не оформил», – рассказала жена обвиняемого на суде 17 июля. Показания Ксении Авдуловой разошлись с позицией обвинения. Прокурор Алёна Дончевская заявила, что обвиняемого нашли оперативники, ни о какой явке с повинной речи не шло. Кальян с наркотиками Ситуацию, в которой оказался Виктор Авдулов, существенно осложнило медицинское освидетельствование. Оно показало, что водитель за рулём находился в состоянии наркотического опьянения. Других отягчающих факторов не было, но и этого хватает для 7 лет лишения свободы. По словам обвиняемого, результаты медосвидетельствования его шокировали, однако оспаривать их он не собирается. «Я не буду оспаривать выводы экспертизы. Осознанно наркотических средств я не употреблял. Только выпил 0,3 литра сидра и курил [в ночь перед ДТП] кальян, который вместе со мной готовили ребята. И кальян, и табак были их. Откуда они [наркотики] ещё могли взяться?» – заявил Авдулов на суде. В ночь перед ДТП Авдулов отмечал день рождения своего друга в одном из баров Иркутска. Он рассказал, что в компании некоторые люди были ему не знакомы. Кальян готовил Авдулов и ещё несколько парней, кто-то из них дал табак. Обвиняемый отметил, что тот был завёрнут в фольгу без фабричной упаковки. При этом мужчина не почувствовал, чтобы этот кальян чем-то отличался от других, которые он курил когда-то раньше. И ощущения от него были обыкновенными. В анализах нашли следы ТГК – тетрагидроканнабинола, органического соединения, которое содержится в соцветиях и листьях конопли. В качестве эксперта на заседании суда присутствовала врач-психиатр Иркутского психоневрологического диспансера Людмила Коломиец. Она подтвердила, что ТГК мог попасть в организм после всасывания дыма через слизистую оболочку. На полное выведение его из организма в среднем уходит около 3 дней. Юрий Ласточкин, друг обвиняемого, чей день рождения и справляла компания в баре, тоже не заметил в кальяне ничего необычного. Он пояснил, что Авдулов с праздника уезжал в нормальном, адекватном состоянии. По его словам, в районе четырёх-пяти часов утра тот вызвал такси и поехал домой. Разбитая губа как повод полихачить В баре у Авдулова возник конфликт с одним из знакомых Ласточкина. Завязался спор, который перерос в драку. В потасовке обвиняемому разбили губу, но после этого ссора сошла на нет, конфликтующие разошлись. Как раз после этого Авдулов и поехал домой. Мужчина умылся и лёг спать, но в районе 6 утра проснулся из-за острой боли в губе. Он собрался, сходил за своей машиной в гаражный кооператив и поехал в травмпункт городской больницы №1, что находится возле кинотеатра «Баргузин». По словам обвиняемого, его не беспокоило ничего, кроме губы. Не ощущалось и какого-то опьянения. А потом произошло то, за что его судили. Авдулов рассказал, что заметил маршрутку возле пешеходного перехода в крайней правой полосе, но подумал, что маршрутчик высаживает пассажиров. Вторая полоса была свободной, пешеходов на тротуаре водитель не заметил, иначе бы, по его словам, остановился. В момент столкновения 17-летний парень выходил из-за маршрутки. Авдулов не успел среагировать, лишь немного дёрнул руль влево. «Появилась паника, страх. Я поехал куда глаза глядят. Оставил машину на Постышева, после этого вызвал такси и поехал к своему знакомому в Хомутово. Позвонил отцу, сказал, что совершил преступление. Нужно было время, чтобы собраться», – таким образом Авдулов пояснил своё решение сбежать с места происшествия. Заяц На заседании 18 июля сторона потерпевших заявила о необходимости допросить четырёх человек, хорошо знавших погибшего. По мнению представителя истцов, это было необходимо для создания характеристики Даниила. Первой выступала его мачеха, Екатерина Зайцева. Она рассказала суду, что Даниил очень легко пошёл на контакт с ней при первом знакомстве, впоследствие у них установились близкие доверительные отношения. По словам женщины, мальчик очень часто забирал своих сестёр из детского сада, и они тяжело переживают потерю брата, старшая (ей 10 лет) замкнулась в себе после трагедии. Классная руководительница Зайцева, учительница математики школы №17 Нажия Гильманова сообщила, что она знала его с пятого класса. За время учёбы он запомнился ей активным, жизнерадостным мальчиком. Его одноклассники, пришедшие на суд, также отзывались о нём как о хорошем друге и товарище. «Заяц старался объединять людей в одну компанию. Если мы куда-то собирались идти гулять, Даня всех обзванивал, вокруг него всегда были люди», – рассказала его одноклассница Татьяна Круглова. Также сторона потерпевших представила множество различных грамот и благодарственных писем. Даниил хорошо учился, занимался спортом и даже выполнил нормативы ГТО. Будучи школьником, он уже был официально трудоустроен. «Он много работал, чтобы не работала я» Виктор Авдулов на протяжении всех судебных заседаний казался потерянным, отрешённым. Его взгляд устремлён в одну точку. К жизни он возвращался в моменты, когда к нему обращались участники процесса и выступала его жена Ксения. Она сообщила суду, что считает обвиняемого хорошим отцом и мужем. По её словам, Авдулов очень много работал, чтобы содержать жену и ребёнка и дать возможность Ксении заниматься домашним хозяйством. Авдулова также отметила, что её муж никогда не употреблял наркотики. Об этом же заявляли и знакомые обвиняемого, которых допрашивали в суде. В характеристике, которую суду предоставили правоохранители из Улан-Удэ (Авдулов там родился и долгое время жил), тоже было отмечено, что на учёте у нарколога он не стоял. С положительной стороны его охарактеризовали начальство и коллеги по работе, знакомые. В университете, где обучался Авдулов, сообщили, что в драках или каких-то противоправных действиях не замечался. Представитель потерпевших обратил внимание, что в Улан-Удэ Авдулова обвиняли в совершении грабежа. Однако адвокат Владимир Агильдин, представлявший интересы обвиняемого в суде, подчеркнул, что юридически его клиент не судим, а уголовное дело, возбуждённое в 2008-2009 годах, было прекращено. Гособвинитель в разговоре с журналистами отметила, что на данный момент у Авдулова остаётся непогашенной только административная ответственность, связанная с нарушением ПДД. В качестве факторов, которые могут повлиять на смягчение приговора, защитник назвал полное признание вины и наличие маленького ребёнка. Кроме того, по его словам, семья Авдулова отправила 50 тысяч рублей семье погибшего в качестве частичного возмещения вреда. Но судя по выдвинутому гражданскому иску потерпевшими, этих денег будет мало. Они требуют взыскать с виновника ДТП почти 4 миллиона рублей – более 660 тысяч в качестве возмещения затрат на организацию похорон, поминок и прочего, и ещё 3 миллиона – на выплату морального ущерба отцу и бабушке погибшего. «Прожить как можно дольше в муках» Заседание, на котором состоялись прения, было одним из самых психологически сложных. Государственный обвинитель и представитель потерпевших, зачитывая свои речи, ещё раз подробно останавливались на всех деталях трагедии – на характере и тяжести травм, на том, как это случилось (прокурор в своём выступлении три раза акцентировала внимание, что тело мальчика от удара было отброшено на десяток метров от перехода). Слушать было тяжело. Отец - Руслан Зайцев - отказался что-либо говорить, постоянно вытирал слёзы. Бабушка погибшего Даниила - Любовь Зайцева - в сердцах пожелала Виктору Авдулову «прожить как можно дольше в муках, с воспоминаниями о содеянном». Гособвинитель попросила суд назначить мужчине довольно гуманное наказание – 4 года в колонии-поселении. На то, по её мнению, есть несколько причин. Во-первых, для Авдулова это первая судимость, к тому же, она за преступление, совершённое по неосторожности. Во-вторых, его положительно характеризовали на месте работы, хорошо отзывались друзья и родственники. В-третьих, мужчина старался оказывать посильную помощь пострадавшим через свою семью. И, наконец, у него есть жена с маленьким сыном, которому требуется постоянный уход, внимание и медицинская помощь. Потерпевшие с этим не согласились. Их представитель в суде поставил под сомнение выданные Авдулову характеристики и сделал упор на общеопасный характер преступления, заявив, что только случайно он не забрал жизни ещё нескольких ни в чём не повинных людей. «Разве ты думал о своей жене, о своём ребёнке, когда летел на своей машине?!» – чуть ли не с криком спросила у обвиняемого бабушка погибшего мальчика. Зайцева не согласилась с формулировками Уголовного кодекса, которые относят его преступление к неосторожным. Она назвала случившуюся трагедию «преднамеренным убийством» и потребовала осудить виновника аварии на срок не менее 10 лет (хотя санкции статьи, по которой обвиняется Авдулов, предполагают максимальное наказание в виде 7 лет лишения свободы). Всё это время обвиняемый едва сдерживал слёзы. Ему тяжело давались ответы на вопросы, которые задавала судья Екатерина Никитина. В какой-то момент та даже предложила сделать перерыв, чтобы Авдулов смог успокоиться, но он отказался. Виновник аварии полностью согласился и с сутью обвинения, и с предъявленным гражданским иском о возмещении морального и материального вреда. Примечательно, что его адвокат Владимир Агильдин настаивал на исключении ряда чеков из списка затрат на организацию похорон, однако сам обвиняемый не стал обращать на это внимание и заявил, что выплатит любую сумму, которую назначит суд. «Да, человек совершил преступление и заслуживает наказания. Но оно должно учитывать все смягчающие обстоятельство и быть гуманным. А ещё оно должно преследовать главную цель – установление социальной справедливости и предотвращение совершения новых преступлений. Совершенно не согласен, что для этого нужно реальное наказание», – заявил адвокат Авдулова во время прений. Он отметил, что сторона защиты настаивала на рассмотрении дела в особом порядке, для этого были все условия, однако суд отверг это предложение. В связи с этим Агильдин выразил просьбу, чтобы повышенное внимание общественности и СМИ не повлияло на вынесение приговора. Также он попросил суд не учитывать характеристику участкового из Улан-Удэ, который не видел Авдулова уже почти 7 лет и не может сказать, насколько тот ответственен или безответственен сейчас. После выступления защиты возможность высказаться попросили потерпевшие. Их представитель заявил, что не считает возможным то наказание, которое просит гособвинитель. По его мнению, Авдулов не признал вину в полном объёме, не сознался в употреблении наркотиков, а денежные переводы были сделаны им формально, чтобы избежать более сурового наказания. Отец Даниила Зайцева не согласился с адвокатом обвиняемого в том, что основная цель наказания - воспитание человека, его исправление. Он сказал, что этим должны были заниматься в детском саду, школе и армии, а сейчас его должны наказать, и должны сделать это со всей строгостью. «Я ещё раз прошу прощения у семьи [погибшего]. Я искренне раскаиваюсь, полностью признаю всё, что я сделал, но я не наркоман, я никогда не употреблял наркотики. Мне сложно объяснить, что я сейчас чувствую», - заявил Виктор Авдулов во время последнего слова.