«Этим буржуям так и надо». Почему в Сочи поселки «съезжают» прямо в море и какой на очереди

Оползневые склоны в Сочи массово и бесконтрольно застраиваются, что уже привело к трагедии. 20 семей в Лазаревском районе в одну ночь потеряли свои дома. Общественность через прокуратуру требует остановить строительство клубных поселков и проверить их законность. Домики съехали с горы Кто же не мечтает жить в живописном месте с видом на море? Вот и покупатели домов в коттеджном поселке «Горная Поляна» в Лазаревском районе Сочи тоже об этом мечтали и были уверены, что мечта воплотилась в жизнь. Вокруг реликтовый лес, недалеко озеро, а до моря всего каких-то 4 километра! Беленькие новые домики с балконами и даже небольшие участки земли, где можно выращивать мандарины и построить бассейн. Как говорится: «Лепота!», живи и радуйся. Но недолго длилась радость счастливых обладателей, в один момент в ночь с 4 на 5 октября милые домики съехали с горы, а один вообще провалился под землю. Счастье, что никто не пострадал, люди, не понимая, что происходит, хватали детей и бежали подальше от домов. В соцсетях под постами об этой трагедии разразились нешуточные страсти, в СМИ прошла информация, что коттеджи там продавали по 20–30 миллионов рублей. «Этим буржуям так и надо», «нормальный человек столько не заработает», «деньги украли, а себе коттеджей в элитном поселке набрали» — примерный лейтмотив обсуждений. На самом деле цены на дома в коттеджном поселке «Горная Поляна» в поселке Сергей-Поле варьировались от 6,9 до 7 миллионов рублей, коттеджи от 135 до 180 квадратных метров. На сайтах объявлений появились объявления о продаже домов в поселке за 20 миллионов рублей. Местные жители считают, что это перекупщики, — покупали за 7 миллионов, продавали за 20. Хороший бизнес. На сайтах разных риелтерских агентств цены на дома в поселке «Горная Поляна» совершенно разные. На ЦИАН от 7 миллионов 100 тысяч рублей до 9 миллионов 300 тысяч рублей, на сайте инвестиционно-строительной компании Vertex от 20 миллионов 500 тысяч рублей. Корреспондент 93.RU позвонила по номерам, указанным на сайтах, по одному из них ответил молодой человек, который представился риелтором и сообщил, что коттеджи продаются и их можно посмотреть. Обещал перезвонить, но больше на связь не вышел, на звонки отвечать перестал. Не так давно в материале «Домик у моря с "фигой в кармане" — жить страшно, а цены космические: чем рискуют россияне, покупая жилье в Сочи» мы писали о проблеме строительства на оползневых участках в Сочи. Инженер-геолог, директор ООО «Геолог» Иван Безруков говорил о том, что перед любым строительством в Сочи необходимо проводить геологические и геодезические изыскания участка. Тем более высоко в горах, коренные жители этих мест знают, что на месте коттеджного поселка всегда был оползень, последний раз он активизировался в 1987 году. Мэр Сочи Копайгородский в одном из интервью высказал сомнения в том, что перед строительством «Горной Поляны» изыскания были проведены. Не знают об этом и владельцы коттеджей, они неохотно общаются с журналистами, надеются получить достойные компенсации за утерянное жилье, а может быть, и новые участки. И все они приезжие, ведь местные жители никогда не купят дом на оползневом склоне. Сто раз изучат вопрос, закажут геологические изыскания. Для приезжего из Сибири оползень — это что-то далекое и непонятное. Человеку, который всю жизнь прожил на равнине, нюансы жизни в горах неведомы. Об этом корреспонденту 93.RU говорит сибиряк Александр, сейчас он на вахте, на севере Иркутской области, отрабатывает свой коттедж на море, которого теперь нет. Ремонт закончил и улетел на вахту — Я всю жизнь тружусь в нефтянке, почти 30 лет. Мечтал уйти на пенсию и поселиться у моря. Увидел этот коттеджный поселок и загорелся! Шикарное место, приехал, посмотрел, и мне еще больше понравилось. Продал квартиру в Сибири, взял кредит, занял у знакомых и купил себе дом. Ремонт только закончил и улетел на вахту. Хорошо, семью не перевез, — рассказал Александр. О том, что его дом попал в число разрушенных оползнем, он узнал из новостей. Рассказывает, зашел в интернет и увидел знакомую картинку и свой покосившийся дом. — Я не спрашивал ни про какие геологические изыскания, даже не знал, что это нужно. Мне понравились все характеристики дома, что он каркасно-монолитный, отделочные материалы качественные. И цена хорошая, потому что за эти деньги в Сочи можно купить только студию. А здесь огромный дом, три спальни, 5 соток земли, — рассказал мужчина. Он рассказал, что компенсацию в сумме 100 тысяч рублей он получил и надеется, что будут более существенные выплаты за утраченный дом. Соседи, которые проживали уже в своих домах, также уверены, что им дадут компенсации или участки для строительства новых домов. Ни один из коттеджей не был застрахован. Бывшая жительница Оренбурга Наталья продала всё имущество на родине и переехала в Сочи. Ей тоже с первого взгляда понравился небольшой поселок в живописном месте вдали от городской суеты, прекрасные виды, рядом школа (в ее семье есть школьница) и всё, что нужно для жизни. Ночью, когда это случилось, ее дома не было, муж и их 12-летняя дочь спасались бегством. — Муж вышел на улицу и увидел, что забор треснул, а соседние дома развернуло. Тогда он понял, что что-то страшное происходит, разбудил дочь, они сели на машину, стали будить соседей, — рассказала Наталья. Она также отметила, что миллионеров среди приобретателей коттеджей нет, для многих это единственное жилье. Вещи, которые смогли достать из покореженных домов, отправили на склад на хранение, людям предоставлено временное жилье в пансионате. Из городского бюджета выделены средства, которые положены пострадавшим в результате ЧС. Единовременная социальная выплата в размере 10 тысяч рублей, а также 50 тысяч рублей за частичную и 100 тысяч рублей за полную потерю движимого имущества каждому зарегистрированному в домах, находящихся в зоне ЧС, будут направлены из городского бюджета после составления необходимых правовых актов. Городские власти обещают и второй блок выплат — за потерю объектов капитального строительства. Подготовлено обращение в краевую администрацию о выделении средств на компенсацию пострадавшим из краевого бюджета на условиях софинансирования. Что думают власти? 13 октября в мэрии обсудили необходимость ужесточения контроля за строительством на потенциально опасных территориях. Об этом в своем телеграм-канале написал мэр Копайгородский. Он отметил, что все участки, подверженные оползневым процессам, должны быть обозначены в новом генеральном плане, разработка которого ведется. Мэр считает, что необходимо четко указать территории, где строить категорически запрещено, а где возможно, но при выполнении комплекса противооползневых мероприятий. — По существующему законодательству данные геологоразведки должны предоставлять застройщики только многоквартирных домов. Но, как показал случай в Сергей-Поле, в зоне риска находятся и частные домовладения. Будем выходить с инициативой в ЗСК, чтобы при содействии краевых депутатов объединить усилия с другими регионами, где складывается аналогичная ситуация, и предложить внести изменения в существующее федеральное законодательство, — заявил Копайгородский. Он отметил, что в ближайшей перспективе необходимо предусмотреть возможность выдачи разрешений на строительство только при наличии согласований с главами районов и сельских поселений, которые знакомы с особенностями территории. Мэр планирует возобновить работу управления противооползневых берегоукрепительных работ, которое существовало в советское время. А также создать специализированную организацию, которая на научной основе будет заниматься инженерными изысканиями, техническим проектированием, строительным контролем, содержанием, эксплуатацией гидротехнических сооружений и консультированием в этих областях. Председатель общественно-гражданского движения «За Сочи!» Елена Негоруца сообщила корреспонденту 93.RU, что в марте этого года городские власти готовили техническое задание на новый генеральный план. Летом, до заключения контракта, общественность ознакомилась с ТЗ и обратилась с жалобой в прокуратуру, поскольку в техзадании отсутствовала стратегия, не были отмечены зоны затопления и подтопления, оползневые зоны. Корректировки в генплан вносились только после последних сильных затоплений, говорит Елена. Общественники обратились в Кубанское бассейновое управление и в департамент архитектуры Краснодарского края с просьбой проконтролировать, чтобы зоны затоплений и подтоплений внесли в техзадание, оказалось, что эти зоны ставят на кадастр. — До того как сошел оползень в Сергей-Поле, мы задавали вопросы о внесении в генплан оползневых зон, нам говорили, что денег нет на это. Потому если такие зоны появятся, то строить либо вообще будет ничего нельзя, либо будут такие рекомендации по укреплению склонов, что строить станет экономически невыгодно, — считает Елена. Она привела пример строительство школы на Мамайке. Ее стоимость из-за серьезных укрепительных работ составляет миллиард 100 миллионов рублей, при этом стоимость типового здания школы на равнине составляет 400–450 миллионов рублей. Сейчас активно застраиваются северный склон Бытхи и оползневой склон в Хосте. — Как бы я ни относилась к самому факту застройки северного склона Бытхи, но там хотя бы есть контроль и если что, то полетят головы конкретных людей. Там есть необходимые документы: экспертиза, пусть и не государственная, но если что, эксперт голову свою положит. Есть ответственные люди, — говорит Елена. По ее информации, сейчас в Сочи под видом индивидуально-жилищного строительства ведется возведение 87 клубных поселков. Строится поселок «Изумрудный город» на 218 таунхаусов на Голубых Далях в Адлере, 68 коттеджей на Барановке. Поскольку их возводят на землях ИЖС, то никакого контроля за строительством не ведется. Общественники обратились к прокурору города с требованием дать правовую оценку действий или бездействий главы города, который, по их мнению, не видит, как на оползневом склоне на Голубых Далях строится новый жилой массив без возведения инженерной защиты, опорных стен и без водоотведения, а также провести прокурорскую проверку законности всех строящихся клубных поселков в Сочи. — Никто не проверяет, как они строятся, из каких материалов, на каких землях они строятся. И никто ответственности никакой не будет нести. Я сомневаюсь, что застройщик этих 20 коттеджей в Сергей-Поле еще в городе. Эти коттеджные поселки — бомба замедленного действия, такая же, как самовольные многоквартирники на огородах. Только она рванула намного быстрее, чем мы ожидали, — говорит Елена. Многоквартирные дома, построенные на огородах и землях ИЖС, пока «ползут» медленно. Например, на Макаренко первые этажи девятиэтажного дома погрузились в грунт, на Пластунке «ползут» два многоквартирника. Елена уверена, их намного больше, просто люди молчат до тех пор, пока не уедут вместе с домом. — Счастье, что в Сергей-Поле обошлось без жертв, счастье, что там не успели всё застроить. Там был оползень в 1978 году, школа ушла и дома уходили. Тогда людям дали квартиры в Дагомысе, а эти участки как садоводства оставили, там строить нельзя. В 90-х годах, видимо, оформили и продали. Если это так, то там нет уголовной составляющей. И людям нужно восполнять потери. Опять же за чей счет это компенсировать? Нам никакого бюджета не хватит, — говорит Елена. Она считает, что администрации нужно брать под жесткий контроль выдачу разрешений на строительство, вникать в каждый случай, проверять назначение земли, на первом этапе отсекать поддельные документы. Требовать предоставления геологии, восстанавливать противооползневое управление, которое будет заниматься контролем за строительством на оползневых участках. И тогда стройки прекратятся, потому что строить будет негде, все пригодные для этого участки в Сочи давно уже застроены.