«Область окажется на задворках». Эксперт в сфере IT оценил последствия запрета майнинга в Приангарье

На юге Иркутской области введен круглогодичный запрет майнинга. Ранее он действовал только 2,5 месяца, и это время, по данным участников крипторынка, бизнес пережил с трудом. Что будет с отраслью в Приангарье после ужесточения ограничений, оценил эксперт в сфере IT Андрей Жебрун.

Крупные игроки рынка не стали ждать, когда завершится первый этап запрета, они стали сразу искать варианты в других регионах, заметил эксперт в сфере IT Андрей Жебрун. Такими вариантами стали Пермский край, Тверская область и Татарстан, то есть, подчеркнул эксперт, те регионы, где «есть лояльное руководство региона».

«Крупные игроки, безусловно, нашли варианты, тем более что коммерческий тариф на оптовом рынке электроэнергии плюс-минус одинаковый. Поэтому Иркутская область не имела существенных конкурентных преимуществ. Наши хостеры предлагали 5,5–6 рублей с НДС. И нет возможности гарантировать, что оборудование будет работать бесперебойно и запрет не будет введен и в летнее время, и зимой следующего года. Поэтому игра не стоит свеч. Все уезжают туда, где можно держать оборудование на выгодных условиях и круглогодично», — пояснил Жебрун.

Владельцы большого количества майнингового оборудования в меньшей степени рассматривали вариант переезда на север Иркутской области, добавил эксперт. Как раз из-за неопределенности с возможным расширением ограничений.

Андрей Жебрун обратил внимание на несоответствие в политике государства. «С одной стороны, такая риторика: ребята, давайте регистрируйтесь как операторы майнинговой инфраструктуры, а с другой, — всех зарегистрированных в первый момент и отключили. Участники криптобизнеса получили ровно не то, что ожидали от легализации, а ждали они возможных налоговых преференций с учетом того, что львиная доля доходов уходит на оплату электроэнергии. Но получили еще дополнительную нестабильность, которой никогда раньше не было», — оценил последствия эксперт.

Он добавил, что «область, которая была локомотивом майнинга» в результате ограничений «окажется на задворках по мощности, по влиянию, которое может оказывать».

Напомним, что в декабре 2024-го правительство России ограничило криптодобычу в 29 городах и районах на юге Приангарья — запрет должен был действовать в осенне-зимний период до 2031 года. Первый этап стартовал 1 января и завершился 15 марта 2025-го. После этого губернатор Игорь Кобзев заявил, что запрет высвободил около 300 мегаватт. Но в МинЖКХ пояснили, эту мощность оказалось невозможно перераспределить на дефицитные территории.

В феврале РБК со ссылкой на источники в сфере энергетики сообщил, что после запрета в Иркутской области вырос «серый» сегмент майнинга. Отдельную роль в этом сыграл рост курса биткоина. Сам Игорь Кобзев подчеркивал, что в январе выросло потребление электроэнергии в гаражных кооперативах, что, по словам главы региона, может «свидетельствовать о миграции серых майнеров в эту категорию потребителей».

В марте «Иркутская электросетевая компания» заявила, что недополучила около 800 миллионов рублей валовой выручки за услуги по передаче электроэнергии из-за запрета майнинга на юге региона. Как признавался и. о. гендиректора ИЭСК Илья Бриллиантов, этой суммы хватило бы для техприсоединения 9,5 тысячи домов.

На фоне этого Кобзев написал обращение Владимиру Путину, в котором попросил ввести круглогодичный запрет майнинга до 2031 года и предложил разработать механизм возмездного «изъятия мощности у отключенных потребителей с майнинговой нагрузкой в пользу реализации значимых для региона социально-экономических задач».