НОВОСТИ
25 СЕНТЯБРЯ
24 сентября
23 сентября

«Исчезающий Иркутск»: Усадьба Гордеевой, вспоминающая о Евтушенко

Там, где улица Грязнова бежит вверх от Подгорной, стоят крепкие деревянные домики с резными фасадами. Стоят они не у дороги, а намного выше, на каменных стенках, будто свысока глядят на нас, мелких суетливых муравьёв. Один из них – 38-й – скромник. Прикрылся разлапистыми деревьями, и будто бы его и нет. Лишь спускаясь с Коммунаров, можно увидеть и разъезженную дорогу-подъезд, и тяжёлые ворота, и аккуратную крышу с резным карнизом. Ещё один иркутский старый франт конца XIX века.

Фото: Михаил Лунин

Портал «ИрСити» и руководитель Клуба молодых учёных «Альянс» Алексей Петров запустили совместный проект «Исчезающий Иркутск» в октябре 2014 года. С тех пор рассказано более 70 историй о заброшенных, полуразрушенных памятниках архитектуры и просто знаковых для города зданиях. Некоторые из них уже исчезли с карты Иркутска.

Информации о владельцах нет. Известно лишь, что дом на Грязнова, 38, а раньше на 3-й Солдатской, 44, принадлежал некой Анне Ивановне Гордеевой. Также историк Алексей Петров нашёл информацию о купце Гордееве, который владел домом в Глазковском предместье. Его купец сдавал в аренду Красному кресту. Были ли они родственниками, достоверно неизвестно.

Обойти вокруг дом нельзя, он окружён деревянным забором, с земли его будто бы придерживает вытянутая завалинка с провалившимися досками – ходить слишком круто. Орнаменты аккуратно выделены светлой краской, сам дом тёмно-коричневый, аккуратно и ловко сложенный, рисунок кружева несложный — круги да треугольники. Ворота у дома разные. Правая часть — тяжёлая, массивная, досочки уложены ровненько, одна к одной в форме ромба, богато украшенные резьбой подтянутые столбы будто врастают в землю, стоят величественно. Левая же – из другого мира, доска тоньше и проще, без украшений, и высота у неё какая-то обыденная, приниженная.

Фото: Михаил Лунин

В специально проделанную в новой створе дыру заглядываем во двор. Никого. Стучим в ворота: «Хозяева!» Кто-то невидимый из глубины двора говорит: «Сейчас выйду». В этот же миг к воротам подлетает маленькая чёрная собака, её влажный нос торчит из-под ворот и воинственно подёргивается от каждого гавка. Из ворот выходят две пожилые женщины, одетые по-домашнему: в какие-то простые штаны, лёгкие кофты, волосы прибраны платком.

— Только вы нас не снимайте, — говорят нам.

После знакомства одна из них скрывается во дворе – привязать собаку, да потом больше и не выходит. С нами остаётся маленькая Неля Михайловна. Из-под платка выбиваются огненно-рыжие кудряшки. Она смотрит на нас внимательно и настороженно.

— Как нам рассказывали, в этом доме купец жил, а там был заезжий двор, привозили продукты из деревень. Там ещё было два сарая, один для лошади, другой – сеновал. По документам, дом в 22-23-м году национализирован, а сам вообще дореволюционный. А вообще вся это земля до самой Иерусалимской горы принадлежала Крестовоздвиженской церкви, — рассказывает женщина.

Фото: Михаил Лунин

Семья Нели Михайловны приехала в Иркутск из Тулуна в 1965 году. Мама работала в торговле и купила дом на Грязнова. Тогда рыжеволосой женщине было 25 лет, она была молодым специалистом, постоянно в разъездах. Потом работала на военно-промышленных предприятиях в Иркутске. Постоянно жить в усадьбе стала с 1985 года.

Мы входим во двор. Он небольшой, но при этом просторный, земля покрыта мягкой травой, по ней приятно ступать, вся площадь окружена деревянными навесами, отчего и двор кажется домом. Напротив купеческого здания стоит ещё одно, поменьше, здесь, по-видимому, и останавливались заезжие. Главное здание двухэтажное, только второй, нижний этаж стоит в земле, оттуда лишь выглядывают аккуратные окошечки с маленькими ставеньками – вдвое меньше, чем верхние окна. Крылечко добротное, вычищенное и выметенное на сто рядов. Закрытая зелёная старая дверь чуть покосилась. Хозяева купеческого дома часто менялись, в 70-е здесь жил работник аэропорта, затем — партиец. Лет 10 назад поселилась здесь женщина-бурятка, её двое сыновей бывают только редкими наездами.

Фото: Михаил Лунин

Второй домик, в котором живёт Неля Михайловна, попроще, у него тоже есть навес, а ещё — низенькое крылечко, подбитый фасад и сдвоенное окно с вышарканными наличниками. Всё – пощипанное временем, но аккуратное.

Стоять в таком дворике под сенью старого дерева хочется как можно дольше, закрыть глаза и дышать полной грудью этой деревенской мирной жизнью посреди тесного, вечно спешащего города.

Фото: Михаил Лунин

— А это лежат старые ворота, — указывает Неля Михайловна на лежащие штабеля с резьбой.

В 2016 году из-за сильного ветра аварийные ворота упали. Некоторое время усадьба жила вообще без «защитников». Их восстановил руководитель проекта «Иркутские кварталы» Сергей Маяренков.

— Одну половинку выровнял, и вот эти сделал, а эти (показывает на штабеля) сказал не трогать. Ходили здесь с реставрацией, измеряли. Может, отремонтируют и ворота, и дома, если найдётся инвестор, — замечает пенсионерка.

На стороне купеческого дома, глядящего на Подгорную, был ещё и балкончик. Два-три года тому назад он тоже упал. Возвращать его никто не стал. Зато сам дом крепок, сделан он из таких толстых брёвен, «что ничего им не делается».

Фото: Михаил Лунин

Женщина рассказывает, что живут в деревянной части Грязнова, в основном, пенсионеры. И жизнь эта довольно тяжёлая для центра города. Жильцам усадьбы приходится топить печь, за водой ходить на колонку, а мыться — либо у родственников, либо в общественной бане. Но при всём этом соглашается — жить в таком доме «классно».

Как бы между прочим пенсионерка бросает: здесь Евгений Евтушенко кино снимал. Было это примерно в 1979 году.

Она говорит о фильме-воспоминании поэта «Детский сад», который вышел на экраны в 1983 году. В доме на Грязнова снимался фрагмент со свадьбой.

Камера Евтушенко запечатлела дом таким, каким его сейчас никто уже не увидит. Он ещё не зарос ветвистыми деревцами, к нему от Подгорной ведёт длинная и широкая дорога с деревянными перилами, ещё на месте красивейшие ворота и балкон.

Неля Михайловна, к сожалению, не застала момент съёмок. Но рассказала, что в фильме была задействована только часть дома, жившую там семью переселили в квартиру.

— Вообще, как мама говорила, вся эта съёмочная группа сильно выпивала. Снимали или весной, или осенью, но по сценарию – это как бы зима. Поэтому снег не привозили, а делали из какой-то пены. Моя племянница, тогда в школе училась, а сюда приходила к бабушке в гости. Она рассказывала, как её заставили какой-то бабушке платок накидывать, — смеётся женщина.

Фото: Михаил Лунин

Незадолго до своей смерти Евгений Евтушенко приезжал в Иркутск.

— Перед тем, как ему, видать, умереть, он приезжал. Я его видела, узнала. Он просто зашёл во двор, постоял немного, подумал о чём-то и ушёл, — добавляет Неля Михайловна.

После этого женщина ведёт нас на огород – неожиданно в стене её домика появляется узкий коридор, который выводит нас под деревянный навес с дачной утварью, дальше тропинка и вот – аккуратненькие грядочки.

Фото: Михаил Лунин

Слева замечаем грозную каменную стену. Этот исполин смотрится устрашающе на фоне милых деревяшек.

— Стена – ещё даже старше, чем дома. Здесь здание было полностью каменное, двери – трёхметровые, осталась только стена. Дедушка раньше жил, так он рассказывал, что здесь во время войны был продуктовый склад, — Неля Михайловна прикрывает от солнца глаза, глядя на суровую махину.

Склад развалился ещё в советские годы, затем место превратилось в свалку. Потом у земли нашлись хозяева, которые снесли здание, вычистили участок, а теперь и эту крепкую стену хотят убрать.

Фото: Михаил Лунин

Женщина говорит, что находятся богатые люди, которые хотят забрать себе и её участок: земля в самом центре города — лакомый кусок.

— Вот он, с Подгорной ко мне подбирается, — взмахивает наискосок пенсионерка. — Это предприниматель какой-то. Приходил ко мне уже, хочет не просто купить, а как-то бы даром присоединить.

С сожалением Неля Михайловна добавляет: деревянные дома сжигают. Буквально, месяц назад на углу Грязнова — Коммунаров разбирали сгоревшие останки очередной деревяшки. Высокие дома, конечно, не нужны центру города, размышляет женщина, а вот разницы никакой — деревянный дом или нет. Главное, чтобы «хорошо смотрелось».

Фото: Михаил Лунин

На выходе из ворот бросаем взгляд в этот небольшой уютный деревенский дворик, чтобы вдохнуть тихое уединение и почувствовать тёплую грусть этого места. Как когда-то это делал Евгений Евтушенко.

2 отзыва
Добавить фото

Основное сообщение

Вспомогательное сообщение

Перетащите файлы сюда

Добавить
Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

Жаль, что старые усадьбы не нашли себе применения в современном мире. Дом требует ремонта, воду наверняка можно было бы подвести, но у жильцов нет на это денег. Поэтому и исчезают старые дома.

Модерация
Комментарий заминусован посетителями. (показать)

У меня довольно необычное имя - зовут меня Евгений Евтушенко. В школьное время меня это раздражало, из-за постоянных насмешек и требований «рассказать стишок». Но с возрастом стал с почтением относиться к человеку, в честь которого меня назвали и с удовольствием читаю статьи, факты и воспоминания о нем.