Закрытый суд по делу Попкова

Рассмотрение дела ангарского маньяка Михаила Попкова, обвинённого в совершении 60 убийств в дополнение к 22 уже доказанным эпизодам, началось в Иркутском областном суде 10 января. В понедельник 29 января процесс открыли, чтобы на следующий день его снова закрыть, пригласив на заседание журналистов ради картинки. К 13.45 на проходной в здании Иркутского областного суда на улице Пролетарской, напротив иркутского цирка, столпилась очередь из журналистов, операторов и фотографов, которые пришли на процесс по делу ангарского маньяка. Заседание должно было начаться в два. «Вы куда? Тоже на Попкова?» – спросил пристав, проверяя мою сумку на наличие запрещённых предметов. Проверка документов, выяснение названия СМИ. Примерно через 5 минут через турникет прошли все, кто «на Попкова». И встали - места для ожидания оказалось немного. Здание суда на Пролетарской с лепниной, арками, высокими окнами и мраморной лестницей крошечное, побитое временем, с печатью казённого учреждения. Стены покрашены особенной государственной розово-коричневой краской, вылепленные цветы на потолке и стенах – белой, слегка неаккуратно, без любви. Здесь нет гардероба, журналисты, да и другие посетители, справляются с верхней одеждой, как умеют, – кто-то держит в руках, кто-то стоит не раздеваясь. Операторы запихали куртки в кофры от камер, расставили штативы, водрузили на них камеры. - В коридоре снимать запрещено, выключите камеру! - кричит одному из них специалист пресс-службы облсуда, которая стоит рядом на лестнице, как бы преграждая путь наверх. - Я настраиваюсь, - басит ей в ответ оператор. - В зале будете настраиваться, - отрезает девушка и заставляет его снять камеру со штатива. Ещё несколько минут журналисты тихонько переговариваются, подпирая стенки и расположившись на лавочках возле служебного входа. Два ровно. Ничего не происходит. Через пару минут несколько посетителей, стоящих рядом, поднимаются на второй этаж, журналисты дёргаются за ними, но девушки из пресс-службы останавливают: «Это не наше». Ещё через минуту журналистов приглашают подняться – второй этаж, зал заседаний №4, в самом конце темноватого коридора. Здесь стены уже покрашены в безжизненный серый, высокие обитые чем-то таким же серым двери. В зале узкий проход, деревянные перила, отделяющие зал от мест для слушателей (сдвинутые вместе скамейки в три ряда), тёплый жёлтый свет, впрочем, уюта нет – слева громоздкая серая клетка, место для подсудимого, над местом судьи — герб России на красном фоне. В зале уже находится адвокат Попкова, миниатюрная женщина с каре, которая обращает на входящих журналистов самый минимум внимания, если вообще обращает. Подсудимого, прокурора и секретаря суда нет. Зачем журналистов пригласили в зал непонятно, через минуту судебный пристав снова просит всех выйти, чтобы привести в зал подсудимого. Ещё один променад по серому коридору, за нами закрывается дверь решётки, отделяющей коридор от площадки второго этажа. По ту сторону появляется человек в камуфляже с надписью «Полиция» и овчаркой, становится спиной к нам. Операторы просят впустить их обратно, чтобы заснять проход Попкова по коридору до зала заседаний. С ними просятся фотографы. После недолгих «торгов» полицейский соглашается на четырёх операторов и двух фотографов, но в итоге проходят все, кто хотел. Собака скулит, то садясь, то вставая. Журналисты спрашивают специалистов пресс-службы про ход процесса, присутствовали ли потерпевшие в суде (вроде бы нет, но в пресс-службе не уверены, обещают уточнить позже), закроют ли сегодняшнее заседание (если будут рассматривать эпизоды, связанные с половой неприкосновенностью, то да, но в будущем «уточняйте у гособвинителя»), вспоминают предыдущий процесс (из десятка журналистов на оглашении приговора присутствовал только один): «Тогда было всего 20 убийств, два покушения, как-то не так страшно было», - говорит кто-то из коллег. Попкова выводят из дальней двери неожиданно и стремительно ведут в позе «ласточки» в зал суда – это какие-то 5-10 секунд. Собака у конвоира при его появлении мгновенно собирается, начинает рычать и лаять. После этого полицейский открывает и нашу решётку, конвой с собакой уходит, журналисты дёргают закрытую дверь зала заседаний. Снова стоим и ждём. Следом за щелчком засова появляется пристав, второй раз проверяет у всех сумки. Журналисты рассаживаются в зале, операторы и фотографы выстраиваются плотной линией вдоль перил, разглядеть за ними что-то решительно невозможно. Пытаюсь рассмотреть человека, о котором уже больше года говорят местные и федеральные СМИ, выхватываю опущенную седую голову, морщины на лбу, тяжёлый взгляд: Попков косит исподлобья на собравшихся – и передо мной снова широкая спина одного из операторов. По очереди в зал входят прокурор, секретарь заседания, судья. Судебное начинается с заявления потерпевшего, по которому он просит рассмотреть дело в его отсутствие и руководствоваться теми показаниями, которые были даны во время следствия. Возражений ни у кого нет, заявление удовлетворено. После этого прокурор оглашает ходатайство о рассмотрении одного из эпизодов, которые запланированы на сегодня, в закрытом режиме, согласно нормам Уголовно-процессуального кодекса, так как он имеет отношение к преступлениям против половой неприкосновенности и половой свободы личности, а значит рассмотрение дела на открытом процессе может привести к разглашению подробностей интимной жизни участников судебного заседания. Снова никто не возражает. «Суд постановил продолжить судебное разбирательство по уголовному делу при исследовании доказательств, представляемых стороной государственного обвинения по данным эпизодам, в закрытом режиме. Поскольку, уважаемые слушатели, дальнейшее ваше присутствие в зале судебного заседания в силу закона является невозможным, суд обращается к вам с просьбой покинуть зал судебного заседания. В зале судебного заседания могут находиться только участники процесса, конвой, осуществляющий конвоирование подсудимого, а также судебный пристав, обеспечивающий порядок судебного заседания», - заявляет судья Алексей Жигаев. Журналисты, шурша одеждой, выходят из зала, кто-то успевает сделать последние кадры с Михаилом Попковым, который практически неподвижно сидит на своём месте, серой одеждой сливаясь с прутьями решётки. Для нас заседание окончилось. Ещё несколько минут мы тратим в коридоре на то, чтобы уточнить детали: заседание по делу 10-е, включая предварительные слушания, которые состоялись в конце декабря, всего рассмотрено 11 эпизодов, сегодня суд приступил к рассмотрению 12-го и 13-го эпизодов. О том, будут дальше открытые заседания или закрытые, представитель суда предлагает выяснять у гособвинителя, ссылаясь на то, что суд не знает, какие эпизоды и доказательства представит прокуратура. Заседание 30 января было первым, на которое пустили журналистов, правда, всего примерно на 15 минут для того, чтобы видеооператоры и фотографы сняли по паре кадров о том, как проходит процесс, – в пресс-службе подчёркивали, что понимают резонанс дела и поэтому дали такую возможность. Спрашивать, почему пресс-служба, зная о значимости процесса, не пригласила журналистов на полностью открытое заседание 29 января, никто не стал. На вопрос журналистов, знали ли в облсуде, что заседание сегодня закроют, специалист пресс-службы не ответила, только улыбнулась – не подтвердила, но и не опровергла.