«Хороших химиков разбирают как горячие пирожки». Декан химфака ИГУ — о спросе на выпускников и учебе как в Хогвартсе

В апреле на химфаке ИГУ пройдет день открытых дверей для школьников и их родителей. «ИрСити» выступает информационным партнером мероприятия и решил узнать у декана химического факультета ИГУ Алексея Вильмса, насколько сейчас востребованы выпускники, как учат на химиков и можно ли этим заработать на жизнь.

— Высокий ли спрос сейчас на химиков? Все говорят о том, что не хватает инженеров, геологов, водителей, а про химиков мы такого не слышим.

— Да, спрос на химические кадры очень высок. В настоящий момент, по оценкам работодателей и вузов, на одного выпускника химического факультета таких направлений, как химия, химическая технология, фундаментальная и прикладная химия, приходится порядка четырёх-пяти вакансий.

К нам в университет постоянно обращаются работодатели, приходят запросы из Министерства образования Иркутской области, например, на учителей химии, потому что многие не учитывают, что химики нужны не только на производстве, но ещё и в сфере образования для того, чтобы готовить кадры, начиная со школы.

Мы можем найти наших выпускников, работающих в Европе, в Соединённых Штатах Америки, в Канаде, в странах Латинской Америки, в Австралии, в Японии, не говоря уже о Китае и Корее. Очень много наших выпускников работает в западной части нашей страны. Я знаю минимум пятерых химиков, которые успешно трудятся в Санкт-Петербурге.

— То есть вообще-то можно сказать, что все выпускники забронированы ещё до выпуска?

— Да, охота за выпускниками начинается ещё с момента поступления. Многие компании предлагают целевое обучение, начиная уже с первого курса.

Кроме того, студент во время обучения знакомится с основными работодателями, с теми организациями, где химики нужны, понимает, в какую область ему стоит пойти, будет он, например, химиком-аналитиком, или экспертом при главном управлении по контролю за оборотом наркотиков МВД России, или в Таможенной службе, или учёным.

Например, если мы берём группу компаний «Фармасинтез», то они полностью оплачивают трансфер и проживание в Братске, когда наши студенты практикуются там на «БратскХимСинтезе».

— Существует миф, что работа в науке — это, грубо говоря, путь в нищету. Насколько этот миф соответствует действительности сегодня?

— Я тут не соглашусь с такими высказываниями. Потому что в науке, даже не выезжая за пределы Иркутска, можно реализовать полностью свои амбиции в хорошем смысле этого слова. В Иркутске достаточно много научных коллективов, где работают учёные с мировым именем, и это известные коллективы за пределами нашей страны. Именно в научных учреждениях создается все новое: новые материалы, новые вещества, исследуются их свойства.

Поддержка молодых ученых последнее время идет от государства: есть именные стипендии, есть гранты (как государственных российских научных фондов, так и частных). У нас ежегодно несколько студентов становятся обладателями грантов. Есть гранты для формирования молодёжных научных коллективов. Это тоже очень модно и перспективно, таким образом могут быть сформированы неплохие заработные платы.

Обучающийся на старших курсах студент имеет возможность быть трудоустроенным на позицию, например, инженера-исследователя, лаборанта-исследователя, или, если речь идёт о студенте магистратуры, то по рекомендации учёного совета факультета он может быть принят на должность младшего научного сотрудника. А это означает, что проработав 5 лет в должности научного сотрудника, защитив кандидатскую диссертацию, молодой учёный может претендовать на получение жилищного сертификата. Это хорошие условия на старте.

Химики востребованы, химия сейчас на слуху. Для достижения технологического лидерства у нас в стране работает несколько национальных проектов, один из которых — это «Новые материалы и химия». По поручению президента этому уделяется особое внимание.

Сейчас реализуется федеральный проект по опережающей подготовке и переподготовке химических кадров, и Иркутский университет играет здесь ведущую роль.

Мы получили дополнительную субсидию на развитие химического факультета, делаем ремонт помещений, закупаем современное лабораторное оборудование и новую лабораторную специализированную мебель. Студенты, которые обучаются сейчас, и вновь поступающие получат возможность учиться уже совершенно в других условиях, которые не уступают уровню других вузов, в том числе даже зарубежных.

— Почему вы считаете, что именно «Фармацевтическая химия» вернёт позиции химфака?

— Это очень бурно развивающаяся отрасль в последние годы, особенно когда стоит вопрос о импортозамещении, в том числе лекарственных препаратов. Не так много фармацевтических компаний в России, которые занимаются не просто производством уже известных препаратов, а разработкой своих собственных, как «Фармасинтез». Нам, иркутским химикам, здесь есть, чем гордиться, поскольку очень много препаратов, вышедших в аптеки, были созданы иркутскими учёными-химиками.

— Насколько высокий конкурс на химфак? Или его выбирают по остаточному принципу?

— Ситуация меняется от года к году. 10 лет назад был очень высокий конкурс, не все желающие могли быть зачисленными на химический факультет на бюджетную основу, и мы заключали несколько контрактов на условиях полного возмещения затрат. Спустя 7 лет ситуация изменилась. Это, наверное, связано было и с демографией в том числе. В позапрошлом году у нас впервые случился недобор на химический факультет.

Если говорить о прошлом годе, то здесь мы полностью закрыли бюджет, причём минимальные баллы, с которыми были зачислены абитуриенты — на уровне 189 на направление «химия», профиль «химия нефти и газа».

При этом были желающие, которые были зачислены к нам на коммерческих условиях, и в бакалавриат, и в магистратуру. Например, компания «Фармасинтез» в прошлом году оплатила полностью обучение двух студентов, они стали их целевыми студентами.

— А что получают целевые студенты?

— Начиная с 1 сентября каждый бюджетный студент получает стипендию в размере около 5000 рублей в месяц. Это данные на 2025-2026-й учебный год.

После первой сессии размер стипендии зависит от успехов. Если это отличная учёба, то, естественно, она растёт. Если студенты получают неудовлетворительные оценки, то студент лишается этой стипендии.

Целевые студенты получают дополнительную стипендию от компании, с которой они заключают договор, и ее размер зависит от самой компании. Например, компания «Фармасинтез» для целевых студентов профиля «Фармацевтическая химия» по программе магистратуры предлагает дополнительную стипендию до 20 тысяч рублей для тех, кто учится на отлично, 15 тысяч рублей — для тех, кто на хорошо и отлично, и 5 тысяч рублей — независимо от оценок. Кроме этого, компания оплачивает стажировки, дополнительное обучение и на время производственной практики трудоустраивает к себе в штат, выплачивая заработную плату.

— Насколько трудно учиться на химфаке? Есть миф, что самый сложный университет — медицинский. Если 10 баллов — это медицинский университет, то химфак — сколько?

— Я думаю, также 10. Одни из самых сложных направлений в классическом вузе — это физика и химия. Сохранность контингента — то, сколько человек остается после первой и последующих сессий — говорит об этом.

В среднем от количества зачисленных до выпуска на каждом курсе идёт потеря не более 10% студентов. Это случается по разным причинам: кто-то поступил и потом перехотел быть химиком, понял, что это не его; кто-то не смог освоить программу, потому что действительно сложно.

Учебный план, кроме химии, достаточно насыщен физико-математическими дисциплинами. Математика — это логика, аппарат для физики. Основа физических явлений лежит во всех инструментальных методах. Это электричество, магнетизм, оптические явления. Всё применяется в современных физико-химических методах анализа различных объектов. Без этого никуда. Современный химик-аналитик должен это знать, уметь, владеть: и физикой, и математикой, и химией, разумеется.

Что касается химических дисциплин, то кроме занятий лекционного типа, есть ещё занятия семинарского типа, проведение коллоквиумов, различных устных опросов. И, поскольку химия — наука экспериментальная, то здесь очень много часов студенты проводят в лабораториях, выполняя различные химические эксперименты, по завершении которых необходимо написать отчёт. Поэтому очень много часов уходит и на самостоятельную работу студентов, когда они еженедельно проводят от шести часов в практикумах, и не меньше времени — на написание отчёта.

На третьем курсе у нас реализуются такие дисциплины, как физическая химия, коллоидная химия, химия высокомолекулярных соединений, и у каждой из этих дисциплин шестичасовые практикумы.

— Как они проходят?

— В зависимости от стадии подготовки. На первом курсе, конечно же, все начинается со знакомства: с охраной труда и безопасностью (это наше всё), посудой, реактивами, распорядком в лаборатории. Дальше идут эксперименты: демонстрационные — когда преподаватель что-то показывает, групповые — когда студенты в мини-группах распределяют обязанности и выполняют опыты, индивидуальные — когда студент получает свое задание и выполняет его по методическим указаниям.

— Как зельеваренье в «Гарри Поттере»?

— Да, можно и такое сравнение сделать.

— На каких курсах начинаются групповые и индивидуальные эксперименты?

— С самого начала: уже в конце первого года каждый студент получает индивидуальное задание, так называемый курсовой синтез. Он сначала проводит мини-литературное исследование, потом выбирает методики, планирует эксперимент, выполняет его, потом должен доказать, что он синтезировал то, что требуется, или описать, найти причины, почему не получилось. Все это оформляется в виде курсовой работы, публично защищается. Первый курс завершается первой мини-научной работой.

— Правильно я поняла, что если опыт даже не удался, но студент его хорошо защитил, это всё равно засчитывается?

— Конечно. Если студент находит объяснение тому, что пошло не так, это тоже результат какой-то, да?

— На каком курсе практика начинается у студентов и где они её проходят?

— Первая практика, с которой они сталкиваются — ознакомительная, она же учебная, проходит во время второго семестра. Студенты знакомятся с основными работодателями, с теми предприятиями, где есть химики, и той ролью, которую они играют. Эта практика продолжается до лета в виде экскурсий, каких-то встреч, и так далее, когда они знакомятся с разными направлениями химии и понимают, какую роль химики играют в жизни людей.

Вторая практика — после третьего курса, когда они уже освоили неорганическую химию, органический синтез, познакомились с аналитическими и инструментальными методами анализа, умеют многое, то идут на предприятие. Студенты могут сами выбрать компанию и попробовать себя там в роли химика, а тем, кто не может самостоятельно решить этот вопрос, им, естественно, предлагает деканат.

У некоторых работодателей возникает вопрос, почему их не выбрали как место практики, но тут уже решение за студентом. Например, «Русал» предлагает студенту-практиканту месячную заработную плату в 60 тысяч рублей, а какой-то работодатель такого не предлагает, поэтому на него студентов не хватает.

Предприятия, можно сказать, гоняются за практикантами, потому что это одна из возможностей заполучить себе ценный кадр, попробовав его во время практики на разных позициях, оценив, что он может, что не может. Некоторые вербуют студентов, начиная с практики, и предлагают дополнительные заработки, совмещать работу с учёбой на четвёртом курсе.

Последняя практика в бакалавриате — преддипломная, это научно-исследовательская работа с последующей защитой выпускной квалификационной работы.

Весь четвёртый курс студенты проводят в лабораториях, в каких-то коллективах, где им назначается руководитель, обозначают тему. Первый семестр они знакомятся с проблематикой, работают с литературой, определяют цели, задачи, потом во втором семестре 4-го курса выполняют эксперименты и всё это описывают, делают выводы, заключения и готовятся к защите. Докладывают свои промежуточные результаты в обязательном порядке на отчётных конференциях, которые у нас проводятся ко Дню химика — это последнее воскресенье мая. Мы к этому времени объявляем на факультете «Дни науки» и заслуживаем практически всех студентов, которые занимались научной работой.

Кроме научной конференции, у нас обязательно проходят интеллектуальные игры «Что? Где? Когда?» на химическую тематику, различные квесты, которые студенты организуют самостоятельно.

— С какого момента нужно начинать готовиться к поступлению на химфак? И как это эффективнее всего делать?

— Подготовку надо начинать сразу, как только появилась химия в школе, с восьмого класса. Обязательно выполнять эксперименты, потому что химия — наука экспериментальная, и выполнение ОГЭ после девятого класса требует навыков работы с реактивами, многие задания построены на знании свойств осадков, их цветов, морфологии, запахов веществ и так далее.

Невозможно качественно подготовиться в последние полгода, обучаясь в одиннадцатом классе.

— А у школ в Иркутской области есть практическая база для того, чтобы ученики эту практику нарабатывали?

— Не во всех школах есть. В лучшем случае на уроках есть демонстрационные эксперименты, когда учитель показывает опыт. Школ, в которых есть лаборатория, чтобы ребята сами выполняли эксперименты, имели возможность «похимичить», немного, в Иркутской области их не больше 20.

— Вы охотитесь за школьниками «с опытом»?

— Конечно, бы мы хотели видеть таких абитуриентов в числе студентов химического факультета. Как правило, это уже продвинутые химики, участники различных олимпиад, конкурсов, которые нацелены на вузы западной части нашей страны. Они просто не понимают, что качество подготовки в Иркутске достаточно хорошее, и не надо уезжать куда-то, чтобы стать сильным химиком.

В чём особенность химфака Госуниверситета? В том, что он окружён большим числом академических институтов: Иркутский институт химии, Сибирский институт физиологии и биохимии растений, Институт земной коры, Лимнологический институт. Кроме того, есть отраслевые институты — Иргиредмет, перед которыми тоже стоят серьёзные задачи, в том числе по переработке не только цветных руд, а по селективному разделению редкоземельных металлов. Не секрет, что Иркутская область богата месторождениями редких земель, а без них работу современной электроники сложно представить.

— Что делать школьнику, если у него нет практических опытов в школе, но он хочет на химфак. Как готовиться?

— Он может прийти на химфак, потому что химфак организует такие подготовительные курсы, которые начинаются с девятого класса и сопровождаются реальным экспериментом в первые два года. На третий год, в 11-м классе, идёт целенаправленная подготовка к ЕГЭ, обобщение всего массива материала.

Общими усилиями мы добились того, что к нам поступают абитуриенты, с неплохим средним баллом по химии, выше 70. Это высокий показатель.

— Каким школьникам вы бы советовали поступать на химфак и почему?

— Универсального ответа здесь нет. Конечно, выпускник школы должен быть любознателен, ему это должно нравиться в первую очередь.

Если школьнику нравится экспериментировать, он может здесь себя проявить. Если ему нравится читать книжки или работать на компьютере, и здесь он себя тоже может найти, потому что современная химия без применения информационных технологий немыслима. Кто-то синтетик от Бога — за что бы ни взялся своими руками, просто чувствует, в какой момент что нужно добавить, чтобы реакция прошла успешно, гладко, без всяких взрывов и так далее.

Есть такие студенты, которые за что бы то ни взялись, у него ничего не получается: обязательно разобьют колбу, прольют, просыпят, — и такие студенты тоже могут обучаться успешно на химфаке. Возможно, они никогда не станут крутыми синтетиками-органиками, но зато они смогут быть первоклассными химиками-аналитиками, например, спектроскопистами ЯМР или стать крутыми специалистами в области теоретической органической или квантовой химии, которые посвятят себя расчётам с использованием суперкомпьютеров.

— А можно этому научиться в Иркутском госуниверситете? Есть такое оборудование вообще?

— Есть. У нас в университете есть лаборатория квантовой химии. Это отдельное структурное подразделение, которое базируется в первом учебном корпусе ИГУ, где расположены: центр новых информационных технологий, физический факультет и институт математики и информационных технологий. Самый мощный суперкомпьютер в нашем городе стоит именно там. Коллектив возглавляет заслуженный профессор ИГУ Надежда Моисеевна Витковская, которая создала эту лабораторию в своё время.

Там очень много молодых продвинутых химиков, которые проводят квантово-химические расчёты, занимаются моделированием молекулярных систем, изучают механизмы реакций. То есть они могут предсказать реакционную способность некоторых молекул, или, например, предсказать будет ли это вещество токсичным и как оно поведёт себя при облучении.

— У вас молодой коллектив преподавателей на химфаке?

— Сбалансированный. У нас есть и опытные преподаватели, которые передают свой опыт молодому поколению, и молодые преподаватели, которые ещё вчера были аспирантами, защитили диссертации, стали молодыми кандидатами наук. И те, и другие интересны студентам, и те, и другие особым образом подают материал, и студентам это нравится.

Химфак — это как семья, у которой есть хорошие традиции: посвящение в студенты, празднование Дня химика, Дни науки, творческие вечера. Обучение на химфаке — это не просто посещение лекций, семинаров, коллоквиумов, работа в лабораториях, это скучно. Студенты могут себя проявить как спортсмены — у нас есть традиционные соревнования по боулингу, дартсу, волейболу, — творческий вечер «Химик», которому нет аналогов в стране.

Волейбол — это вообще наш любимый вид спорта. У нас есть команда преподавателей и команда студентов. Все студенты мечтают о том, что рано или поздно им удастся обыграть преподавателей, но это никогда не происходит.

— А вы сами преподаёте?

— Да, преподаю. У нас все преподаватели настроены таким образом, что каждый студент должен получить ответ на свой вопрос. Мы приучаем студентов с первого курса не бояться задавать любые вопросы любые, какими бы они ни были суперсложными или дурацкими, на их взгляд. Дурацких вопросов не бывает.

Бывает так, что я сам не могу сразу ответить на вопрос, заданный студентом или школьником, которые приходят на занятия. Химия настолько многогранна, невозможно знать всё. Мы ищем ответ вместе, и на следующей встрече обязательно его находим.