Омолаживающие реки, завораживающие горы

Местные жители называют свой город «Божий дар». И не преувеличивают ни капли. Каждое утро, просыпаясь, они видят мифические горы, позолоченные солнечными лучами. Небо здесь ближе, а бурные реки поистине омолаживающие... «Вы въехали в КЧР, отстегните ремни и забудьте о правилах дорожного движения...» – так нам сказал таксист, который отвозил нас из Невинномысска до Теберды. В Карачаево-Черкессии (КЧР) почти нет железных дорог, поэтому сюда все добираются с ближайшей станции Ставрополья – Невинномысска. Отпуск на начало сентября в Лазаревском у меня был запланирован ещё в феврале. Но, как известно, человек может только располагать. Пришлось ехать в горы, потому что этот воздух в качестве лекарства был прописан моей спутнице и подруге – она с незавидным постоянством болеет воспалением лёгких. В Теберде ещё в царские времена было замечено одно удивительное свойство воздуха – он излечивает чахотку. Здесь на ноги поднимались самые безнадёжные. Что такое Теберда и с чем ее едят, мы не знали, Интернет ясности в этот вопрос тоже не внес. Таксист не обманул – ремни в КЧР действительно вряд ли помогут. Дороги, конечно, как шёлк, гладкие, новенькие, но всё-таки горные, а потому петляющие. Лента асфальта то взбирается по склону, то серпантином спускается вниз. Но самое главное зрелище – встречные машины. Большинство местных можно узнать даже не по числу региона – 09, а потому, что номера с черных тонированных «приор» сняты вообще. Карачаевским «зорро» без страха и упрёка ничего не стоит пересечь сплошную на бешеной скорости перед носом встречной машины. О том, что пешеходов на «зебре» нужно пропускать, здесь не слышали. На местных дорогах одно правило – не важно как, главное доехать. То же касается и пешеходов. Не все, конечно, так ездят. Но «джигитов», которые на своих «меринах» хотят гарцевать, как деды на конях, подавляющее большинство. Вот такие шоковые ощущения сменялись удивлением, пока мы ехали до Теберды. Чем дальше, тем выше в горы, с каждым километром дороги небо становилось ближе. Природа с любовью к жизни Теберда в переводе с карачаевского означает «Божий дар». Когда приближаешься к этому городку (да даже не городку, а к большому поселку), кажется, что получил некую привилегию попасть в волшебный, заповедный мир дремучих лесов и высоких гор. Из 365 только 20 дней в году бывает пасмурными. Здесь всегда солнце – и прохладным летом, и мягкой зимой. Природа, окружающая Теберду, удивляет своей любовью к жизни. Километровые скалистые горы, верхушки которых украшают пушистые облака, сплошь покрыты мощными лесами. Здесь нередко можно увидеть, как из горного потока возвышается огромный голый камень, на котором стоит сосна, а то и не одна. Непонятно, как она смогла здесь прижиться. Но и это ещё не всё – зайдя в лес, вы обнаружите удивительную «перенаселённость» – местным травам, мхам, лишайникам и папоротникам буквально уже негде «жить». Здесь не редкость, если на упавшем сучке вы заметите бороду какого-нибудь седого мха – каждый миллиметр здесь наполнен жизнью. С правого бока город подпирает Тебердинский заповедник. Гулять здесь вне ограды запрещено. И даже не потому что можно заблудиться, а оттого, что тут в изобилии водятся дикие звери: многотонные зубры, кавказские туры, волки, медведи, шакалы и даже яки, завезенные сюда из других мест. Мы, приволжские жители, имеем чёткое представление о реках. Но горные реки на равнинные не похожи совершенно. Вместо привычного русла, заполненного до краёв водой и окружённого деревьями, купающими свои ветви в неспешном потоке, вы видите небольшой ручеёк, который может перешагнуть ребёнок. Он струится среди небольших круглых голышей, причудливо сбившихся в ряды, как будто их кто-то специально так положил. Русло широкое, но пустое. Даже не верится, что в начале лета, когда на вершинах гор тает снег, эти каменные берега едва сдерживают натиск мощных потоков, которые могут снести на своём пути всё, что встречают – напор стихии здесь бешеный. Такое русло можно увидеть в широких долинах, в лесах река выглядит по-другому. Холодная вода стремительно, с шумом несется по камням разных размеров и форм, из-за этого весь поток кажется бурным, порожистым, пенящимся, бурлящим. Здесь ходит легенда, что река Муруджу обладает омолаживающим эффектом. Но, наверное, здесь любая река, наполненная кристально чистой влагой высокогорных ледников, бодрит тело и молодит душу. Кстати говоря, именно эту, горную, стекающую с ледников воду тут подают в водопровод. Она настолько мягкая и чистая, что её можно пить без опаски. И эта вода гораздо вкуснее нашей бутилированной. Из любой реки можно напиться и не бояться «цветности», нет опасности подхватить какого-нибудь внутриорганизменного «питомца». Здесь много минеральных источников, из которых можно пить совершенно бесплатно. Кавказская Швейцария Теберда – город, больше похожий на австрийскую деревню с российскими сельпо. Тут уютно, чисто, спокойно. Кажется, будто попал в фотообои из своего компьютера – пейзаж неправдоподобно цельный и самодостаточный. Нет поправок ни на «тут выгорело», ни на «здесь кто-то строит дачу». Улицы в Теберде неспешно пересекают коровы или лошади. Порой, выбрав участок тёплого асфальта, рогатые укладываются погреться прямо посреди проезжей части. К этим животным здесь относятся с уважением, а приезжие в шутку называют «священными». Скот здесь никто не пасёт – ко времени доения коровы сами придут домой. Дома «с иголочки» тут встречаются редко. У местных жителей не принято оставлять дом отца. Снаружи он может выглядеть очень неприглядно – некоторым тут под сто лет. А вот внутри сын или внук первостроителя может оборудовать жилище очень современно – и спортзал сделать, и бар. И всё-таки, несмотря на современность, колорит местности чувствуется – комнаты украшают чучела туров и оленей, тетеревов. Тонкой выделки овчина и даже золотое руно вместо ковролина. На видных местах красуются куколки – девушки-горянки в изящных национальных костюмах. Теберда – это не туристическая Мекка, поэтому ожидать, что здесь будут в изобилии отели, торговые центры и «какава с чаем», не стоит. Заведения общепита и гостиница, здесь, конечно, есть но чаще всего приезжие снимают жилье у местных жителей. Тех, кто берет квартирантов, здесь знают по именам, любой прохожий навскидку подскажет пару-тройку адресов. В «несезон», когда тут не катаются на лыжах, жилье можно снять рублей за 300 в сутки. Я отыскала пристанище для себя довольно быстро, в центре города, в трех минутах ходьбы от заповедника, с прекрасным видом из окна. Причем всего за 200 рублей – койко-место нашлось у пожилой казаческой четы. Мне повезло, в сентябре туристы едут сюда неохотно, поэтому весь дом был в моем распоряжении. Но здесь и соседи не беда. Окрестности Теберды настолько богаты видами, легендами и уникальными местами, что находиться дома просто не захочется. Экскурсия за экскурсией: горы, перевалы, канатные дороги, дешевые рынки с местными товарами, конные прогулки по тропам горцев, поездки в курортные городки-шкатулочки, и к местам древних поселений, первых на территории России христианских храмов, а также и к самому большому российскому телескопу. Список можно продолжать бесконечно. Этому нужно посвятить отдельную энциклопедию. Сразу хочу оговориться: тем, кто привык к «белому другу» в шаговой доступности, лучше не ехать в Теберду. Поездка принесет вам разочарование. Лучше поезжайте в Домбай (до которого, кстати, постоянно курсируют и маршрутные такси), там гостиницы есть на любой вкус, но за сервис придется заплатить не только звонкой монетой, но и лишним шумом и многолюдством. На местных магазинах можно без тени сомнения написать «Оставь надежду всяк сюда входящий», привыкшие к потреблению в городе туристы здесь вряд ли смогут удовлетворить свой вкус. «Завоз» осуществляется только по вторникам – это день свежего хлеба. На прилавках – минимальный набор продуктов и промтоваров – за большим нужно ехать в Карачаевск или Черкесск. И это, пожалуй, единственный минус для отдыхающих. Хотя через два дня привыкаешь и к этому. Нехватка излишеств цивилизации с лихвой окупается изобильной, целебной природой. Когда я ехала на Кавказ, я думала, что весь отпуск буду спать, спать и спать. Но не тут-то было! Местный воздух настолько чист, что для полноценного отдыха нужно гораздо меньше времени, чем в загазованных городах. Уже в шесть-семь утра глаза сами открывались, понежиться в постели даже не тянуло. По росистой траве я отправлялась в близлежащий санаторий, тут под гармошку бодрая старушка-инструктор проводила зарядку. Затем не спеша я отправлялась к бювету по терренкуру (тропа для лечебной ходьбы), совершенно бесплатно пила целебную минеральную воду – у каждого крана была подробная инструкция какую воду и в каких количествах следует пить при тех или иных заболеваниях. Кстати о санатории, лечатся здесь только «легочники». Но нужные процедуры можно купить. Например, массаж или обертывание, цены вполне демократичные. Красивая жизнь Жизнь в Теберде красивая, благодаря природе, но безденежная, благодаря ей же. Работа тут есть только в санатории, на почте, в школах и в банке. Вот, пожалуй, и весь набор возможных вакансий. Некоторые держат около дома магазинчики, но, похоже, что большого «навара» с них не получишь. Тем более что со свойственной местным своевольностью функционирует и их бизнес. Графика работы нет: как удобно, так и открываются. Например, все десять дней автор этих строк безуспешно пыталась позавтракать в местном кафе, открывалось оно каждый раз в другое время. У местных такое «расписание» даже недоумения не вызывает. Тут нет производств, и для многих скотина – единственный способ выжить. Из молока коров делают вкусный и целебный айран, мягкий сыр по типу адыгейского. Только из мяса местных овец карачаевской породы можно попробовать особый нежный шашлык, а из их шерсти почти все женщины прядут пряжу на продажу или вяжут красивые вещи. Здесь нет забора или двери магазина, на которых не висели бы шали, носочки или манишки на продажу. Даже в автокассе и на почте красуются произведения местных умелиц. У нас бы такого «бизнеса» не позволили – не по закону. А здесь это возможность прокормиться. Горцы живут по своим правилам. Впрочем, плакаться тут не привыкли, здесь все «крутятся». Местные говорят с уверенностью: кто родился в Теберде, никогда отсюда не уедет. Кто-то закупает в Черкесске дешёвые вещи, везёт их в центральные районы страны продавать. Кто-то работает с туристами – сдаёт комнаты и квартиры, устраивает экскурсии. Неподалёку находится курорт Домбай – по отзывам бывалых зарубежных альпинистов Теберда и Домбай красивее, чем Альпы. На январских каникулах желающие «поэкстремалить» выкладывают от трёх до семи тысяч в сутки за квартиру! Январь год кормит. Правда, кататься здесь можно с ноября и почти до конца апреля – зима здесь удивительно мягкая, правда, и лето не жаркое. Туристы для тебердинцев – не объект товарно-денежных отношений, это, в первую очередь, люди. Если приезжие открыты, ведут себя достойно и доброжелательно – к ним будут относиться также. И накормят, и в беде не оставят, всё, что спросите, расскажут и покажут. Местные радушны и гостеприимны. Правда, девушкам здесь нужно быть предельно внимательными к своему внешнему виду. Если не стоит цель закрутить роман с горячим горцем, то лучше всего отказаться от броского макияжа, громкого смеха, коротких юбок и брюк, обтягивающих силуэт. И всем говорите, что вы замужем. Такое заявление хорошо охлаждает пыл местных ловеласов. Карачаевцы очень любят свой край, неплохо знают его легенды и историю. Правда, в своём особом, «карачаевском» преломлении. Слушая карачаевцев, не можешь избавиться от ощущения, что КЧР – это центр России и главная её часть. История тут богата, но помимо этого карачаевцы с присущим кавказцам размахом могут приукрасить «выигрышные» факты – делается это исключительно из-за горячей любви к своему краю. Но сомневаться в словах рассказчика нельзя: ведь вам рассказывают о святом – о родине.