«Исчезающий Иркутск»: Заброшенный дом Ершовой – Цехановской на Марата

Новый герой «Исчезающего Иркутска» - это классика проекта. Одноэтажное заброшенное здание, спрятанное от основного потока транспорта и людей за большим каменным соседом. Его ставни разбиты, внутри – мусор, сломанная мебель, следы пожара. Знакомьтесь, это «Дом жилой Т.П. Ершовой» постройки конца XIX века на улице Марата, 33 (бывшей Луговой). Портал «ИрСити» и руководитель Клуба молодых учёных «Альянс» Алексей Петров запустили совместный проект «Исчезающий Иркутск» в октябре 2014 года. С тех пор рассказано более 50 историй о заброшенных, полуразрушенных памятниках архитектуры и просто знаковых для города зданиях. Некоторые из них уже исчезли с карты Иркутска. С улицы Марата окна здания, кроме одного, закрыты ставнями, на крыше – толстый слой снега, из-за чего оно кажется ещё больше придавленным к земле. Со двора дом ничего не защищает – все окна открыты, ставень нет, единственная дверь тоже отсутствует. Через сугробы, по завалам досок пробиремся ко входу, по пути заглядываем в окна. Внутри здания не сохранилось никаких исторических артефактов – лепнины, если она когда-то и была, уже нет, на стенах остатки советских обоев, в кучу свалены современные и советские вещи, мебель, игрушки, банки, коробки. Скорее всего, дом был разделён на две или больше квартир. Отдельно Алексей Петров обращает внимание, что в нём сохранился подвал: в узкий проём в полу ведёт железная лестница. Спускаться туда, как и пробираться далеко внутрь дома через завалы мусора и вещей, не решаемся. Дом Ершовой указан в приказе службы по охране объектов культурного наследия Иркутской области от 4 мая 2017 года «Об утверждении предмета охраны исторического поселения город Иркутск». С точки зрения чиновников, дом имеет историко-культурную ценность в составе градостроительного ансамбля – застройки улицы. По информации Петрова, здание могло быть построено до большого пожара 1879 года. Тогда огонь остановился в районе улицы Лапина и не задел ту часть улицы Луговой, где находился «наш» дом. В 1882 году это здание у гласного Иркутской думы Петра Кузнецова и его супруги Марии купила дочь рабочего Николаевского завода Татьяна Ерошова, чьё имя дом носит сейчас. Дата сделки позволяет предположить, что в 1879 году дом уже был возведён. Про Ершову больше ничего неизвестно, а в 1908-1909 годах в списке владельцев здания указана уже некая Цехановская. Пётр Кузнецов был купцом первой гильдии, золотопромышленником, крупным домовладельцем. В 1880-м вместе с братом открыл «Торговый дом братьев Кузнецовых», они владели винными магазинами, занимались доставкой товаров по реке Лене сплавом и на пароходах, торговали в Томске чаем и сахаром. В Иркутске в 1898 году он пожертвовал 30 тысяч рублей для строительства «дома трудолюбия». Гласным Иркутской думы он был с 1902-го по 1909 годы. О владелице дома после 1909 года Цехановской информации нет. Неизвестно, была ли она родственницей Ершовой или просто купила этот дом, когда Ершова умерла или переехала. «Есть некоторые упоминания про Цехановского, но нет никакой привязки к улице Луговая. Также нет никакой привязки Цехановского к Цехановской», - отмечает Петров. Полностью исключить родственную связь между Цехановскими тоже нельзя. Есть два упоминания Цехановского. Первое – от 1906 года, о смерти «популярного врача», участника национально-освободительного движения в Польше Целестина Михайловича Цехановского, который был сослан в Сибирь в 1864 году. С 1866 года он помогал иркутянам, в том числе неимущим и малоимущим. За эту работу Цехановского называли «сибирским доктором Гаазом». Он был похоронен на католической площадке Иерусалимского кладбища, причём за гробом покойного шла многочисленная похоронная процессия, в которой были люди из разных сословий и разного вероисповедания. Второе упоминание фамилии Цехановский связано с уголовным делом июля 1922 года. Тогда архиепископ Иркутский и Верхоленский Анатолий Каменский был арестован за сокрытие церковных ценностей, изымаемых в пользу голодающих Поволжья. На суде он был признан виновным в хищении вместе с бывшим церковным старостой Степаном Цехановским. С очень высокой степенью вероятности Степан был сыном Целестина Цехановского: он родился в 1879 году в Александровском централе, когда его отец – врач – был на поселении. Вместе с Каменским Степана Цехановского приговорили к расстрелу, который потом заменили на тюремный срок. В итоге Степан всё равно был расстрелян – 1937 году в Ленинграде. Около 40-50 лет назад в этом доме жил мастер спорта по академической гребле Николай Волков здесь у него родились двое детей – дочь и сын. Как рассказал Петров, Волков уехал из дома после того, как начал работать директором в бассейне «Изумруд». Последние 5-6 лет дом нежилой, по слухам, его купил неизвестный частник. Если это и так, то ему очевидно, нет до него никакого дела. В поисках живых свидетелей истории дома Ершовой и его жителей мы пробуем достучаться до жильцов соседнего здания. Впрочем, безуспешно. О 150-летней истории дома Ершовой сейчас ничего не напоминает. На первый взгляд это та самая обычная деревянная «развалюха», которая кое-как держится на ветру времени, прогибается под снегом, горит, врастает в землю, страдает от незваных временных жильцов, смотрит на проезжающие автомобили и бегущих людей закрытыми или разбитыми ставнями. Но если подойти к нему в одиночестве, в темноте и тишине вечернего зимнего Иркутска, легонько прикоснуться к шершавым зелёным стенам, можно услышать его тихий монолог о купцах, пожарах, семейных драмах, докторе с большим сердцем, его сыне, нескольких войнах, детском смехе, домашних посиделках и судах. И так будет до тех пор, пока его окончательно не добьёт равнодушие собственников.