Власти помогли отреставрировать дом в исторической усадьбе в Иркутске

Узенькая улица Желябова связывает сквер Кирова с шумом Декабрьских Событий. И чем ближе она к одной из главных транспортных артерий исторического центра, тем приземистее становится, заканчиваясь низкорослыми деревянными старичками. Усадьбу Казаринова найти несложно — в череде выцветших зданий ее выделяет удивительным образом сохранившиеся широкое крыльцо с крышей, аккуратные окошечки и песочные стены. Бурыми дверями главного входа крылечко смотрит на блестящий отреставрированный двухэтажный дом и пряничный флигель. Двор, который они образуют, хранит много тайн, часть из которых нам так и не открылась. Кто такой Казаринов и как много здесь осталось от истории — в новой серии «Исчезающего Иркутска». В проекте «Исчезающий Иркутск» журналисты портала «ИрСити» и историк Алексей Петров (по решению Минюста России от 29 сентября 2021 года внесен в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента) рассказывают истории о деревянных домах нашего города. Проект начался в 2014 году, и с тех пор написано более 100 историй о заброшенных, полуразрушенных памятниках архитектуры и просто знаковых для города зданиях. Некоторые из них уже исчезли с карты Иркутска. Резная мебель и невидимые люди Между домами 27а и 27б нет ворот, поэтому проезд заставлен машинами. Из людей — никого, зато спящих моторов — предостаточно. На узкую площадку въезжает небольшой грузовичок, осторожно разворачивается, чтобы не дернуть ни один припаркованный автомобиль. Пока грузовичок пыхтя сдает назад, красные двери распахиваются и с крыльца соскакивает паренек. Узнать у него о современных жильцах усадьбы не удается. — Старожилов нет. Квартиры все приватизированы, перепродавались несколько раз, — говорит он, а мы, вздохнув, отпускаем его по делам. Со двора — еще одно крылечко. Безмолвное и безлюдное. К нему прижимается маленькая будочка, но собаки в ней нет. Пройти вдоль дворового фасада — и еще одна крохотная дверца с навесом, под ним натянуты веревки, а на веревках висит старая одежда. Она не сушится — пылится. От грязи стоит колом и еле гнется. Вместо земли под ногами — лед. В заставленном проезде оживленно — по нему несколько раз проезжают машины, шуршат по льду. А из приткнувшегося наконец грузовичка выскакивают двое мужчин и принимаются таскать какие-то коробки в двухэтажный дом, отданный сейчас под офисы. Его мы оставляем на сладкое, а пока — по крепкому льду скользим ко флигелю. На стук в одну дверь отзывается собачка — часто и звонко гавкает. За другой дверью отзывается строгий приглушенный голос: «Вы кто? Дома никого нет!». Нет так нет. Уже уходя, замечаем, что в предбаннике тут же стоит резной шкафчик с полками — видимо, выставили за ненадобностью. А на улице среди непреодолимого хлама и снега — такой же резной комод. Полки крепкие, ящики — тоже. Бери и пользуйся, никто как будто и не вспомнит о мебели. 11 умерших детей и Соловки По словам историка Алексея Петрова, Казариновы — это известная фамилия в Иркутской области. Они были не только в Иркутске. Например, в Черемхово жил ветеринарный врач Николай Казаринов. Самым именитым среди Казариновых стал Пантелеймон Константинович — выпускник Санкт-Петербургского университета, один из последних председателей ВСОРГО. С домом на Большой Трапезниковской (сейчас — Желябова) связано имя мещанки Варвары Федоровны Казариновой. Первое упоминание о ней и усадьбе в архивах приходится на 1897 год. В последующие годы дом несколько раз мелькал в исторических справочниках, по-видимому, комнаты здесь сдавали внаем. — Из интересного: в 1902 году в доме Казаринова жила акушерка с красивой фамилией Яхонтовая, — заметил Петров. Он также нашел еще одну Казаринову — Марию Николаевну, которая указывается как «жена купца, владельца дома на Харлампиевской» (сейчас — Горького). — Когда мы занимались изучением гласных городской думы, мы нашли некоего Казаринова, без инициалов. Он был гласным с 1872-го по 1875 год. В 1875 году он отказался от места, — добавил историк. Кроме того, был в Иркутске Василий Константинович Казаринов, которого в 1883 году избрали попечителем Иерусалимского кладбища. Более того, в Сети можно найти информацию о Василии Дмитриевиче Казаринове, который был купцом второй гильдии, арендатором пивомедоваренного завода в Знаменском предместье в 1860 году. — Так или иначе Варвара Федоровна домик сохранила, с ней связан достаточно большой период — с 1897-го по 1909 год. В советское время, исходя из традиций всей центральной части города, усадьбу национализировали, — пояснил Петров. Варвара Федоровна и впрямь была женой купца. На ней в 1865 году женился Константин Дмитриевич Казаринов. До этого женщина носила фамилию Саламатова. На сайте «Всероссийское генеалогическое древо» можно найти информацию о том, что у Казариновых было 16 детей, но 11 из них умерли в раннем возрасте. Пантелеймон Константинович был среди выживших. По информации «Иркипедии» он родился в августе 1885 года в Иркутске. Учился в местной духовной семинарии, но был исключен за участие в революционных событиях 1905 года. Поступил на юридический факультет Казанского университета, в 1907-м перевелся в Петербургский университет, который окончил в 1910-м. Был направлен в Иркутск для службы в судебном ведомстве. С 1916 года Пантелеймон Константинович начал заниматься научной деятельностью. Читал лекции о библиотечном деле, библиографии, правовой охране книги, заведовал библиотечной секцией Иркутского губернского отдела научного образования. В 1918-м стал одним из основателей в Иркутске Общества библиотековедения, увлекся краеведческой работой. В 1927 году он уехал в Новосибирск. В том же году начал работать ученым секретарем редакции «Сибирской советской энциклопедии». В 1929-м стал первым директором Сибирской краевой библиотеки, в 1931-м руководил библиографическим отделом Западно-Сибирского института краеведения, под его началом готовили ежегодник «Литература о Западной Сибири». Но в январе 1933 года органы ОГПУ его арестовали и обвинили в подготовке «белогвардейского заговора». За это он получил 10 лет исправительно-трудовых лагерей, срок отбывал в Соловецком лагере особого назначения, там он работал библиотекарем. За время, что он пробыл на Соловках, Пантелеймон Константинович перевел на русский язык карело-финский эпос «Калевала» и составил большой путеводитель по Соловецкому архипелагу. В 1937 году ученого перевели в Медвежьегорский лагерь в Карелии. Решением особой «тройки» приговорен к расстрелу. Через 20 лет его реабилитировали. У Пантелеймона Казаринова было трое детей — дочь Варвара и сыновья Владимир и Евгений. Среди их потомков — врачи, педагоги и ученые. «Дом умирал» Вдоволь потоптавшись возле закрытых дверей, наконец покатились к крепкому крыльцу отреставрированной двухэтажки — не катиться нельзя, дорожки будто залиты льдом. На звонок открывают дверь, за ней узкая крепкая лестница. На втором этаже — длинный коридор и несколько офисов. В одном из них нас встречает Евгений Кузьмин. Его фирма уже седьмой год снимает здесь помещение. — Насколько я знаю, конкретно этот дом долгое время пребывал в контуженном состоянии, медленно разрушался, — рассказывает Евгений, разливая нам чай по кружкам. — Потом был взят у администрации компанией «ИркутИнвест» для реставрации. А в 2006 году, если мне не изменяет память, в результате раздела имущества владельцами этот дом был передан предпринимателю Сергею Якимовичу в качестве оплаты его участия. Сегодня владельцы следят за состоянием дома, раз в два-три года проводят ремонт. Он добавляет, что со временем у деревянных домов на Желябова разрушились фундаменты. Повлияло на это и то, что улица находится в низкой части города, поэтому вся вода стекалась сюда и подмывала исторические стены. Итог — дома стали заваливаться на бок. Но постепенно их приводят в порядок. Соседи по усадьбе Казаринова — обычные люди, которые «живут на свою получку». Зимой их не особо видно, а летом — они любят выпить и пожарить шашлыки. — Вообще, здесь спокойный райончик, он потихоньку дремлет, — говорит Евгений. Сергей Якимович действительно был участником ООО «Предприятие "ИркутИнвест"», об этом свидетельствуют данные сервиса «Контур.Фокус». Общество с ограниченной ответственностью просуществовало с 1995-го по 2007 год. Затем дважды появлялось предприятие с таким же названием — с 2007-го по 2016-й и с 2015-го до настоящего времени. Нынешней фирмой владеют Александр и Владимир Петровы (они были соучредителями в первых двух). Компания специализируется на ремонте, реконструкции и реставрации гражданских и промышленных объектов, включая объекты историко-культурного наследия. Как указано на сайте, «за 30 лет научной и практической деятельности специалисты обследовали более тысячи зданий и сооружений в Иркутской области и за ее пределами, разработали и реализовали сотни проектов по ремонту». Известно, что в нулевых эта фирма предлагала варианты реставрации Курбатовских бань, а в 2018-м — разработала проектно-сметную документацию подпорной стены фасадной части нового здания Иркутской областной библиотеки имени Молчанова-Сибирского. В Иркутске Якимовичу принадлежит ООО «Славутич», которое занимается арендой и управлением недвижимого имущества. В 2004 году фирма заключила договор с комитетом по управлению госимуществом Иркутской области о долевом участии в реставрации двухэтажного здания-памятника на Желябова, 27, следует из картотеки арбитража. Область вложила в проект 475 тысяч рублей — рыночную стоимость дома. Фирма взяла на себя разработку и согласование проектно-сметной документации, проведение экспертизы ПСД, а также саму реставрацию и приспособление объекта. Сметная стоимость ремонтно-восстановительных работ составила 9,6 миллиона рублей в ценах 2005 года. В 2007-м областной комитет выдал распоряжение о вводе объекта в эксплуатацию. При этом земля под домом была в собственности региона. Но в 2011 году по решению арбитража «Славутич» добился регистрации права собственности на долю в здании и земли под ним. В реестре объектов культурного наследия дома на Желябова, 27 значатся как «Городская усадьба купца Казаринова. Здесь размещалась подпольная типография и склад нелегальной литературы РСДРП(б)». При этом главный дом и флигель имеют региональный статус, а отреставрированная двухэтажка — федеральный. — Дом был сгоревший, реставрация проводилась с 2004-го по 2007 год. Сложностей со строительством не было — работы выполняла стройкомпания с лицензией на реставрацию и соответствующим опытом работы. У нас был договор долевого участия с государством. Это было очень давно, тогда и законодательство было другое, мы вместе с государством нащупывали, как и что сделать. Сейчас это, наверно, организовано проще — через Агентство развития памятников Иркутска, — вспоминает Наталья Лебедь, гендиректор компании «Славутич». По ее словам, здание 27б «практически полностью» является новоделом, но застройщик воссоздал облик дома по архивным чертежам. «Всё — фасады, окна, ворота — как было в XIX веке», — добавляет Наталья Лебедь. Единственное — фирме разрешили сделать цокольный этаж, но работы проводились под надзором ответственных служб. Около восьми лет назад владельцы решили сделать мемориальную табличку на дом о том, что это усадьба Казаринова, даже разработали макет, но в службе по охране объектов культурного наследия не разрешили, сославшись на единый формат для всех памятников. Планов по дальнейшей реставрации усадьбы у компании нет. С домом № 27б получилось, потому что он долгое время пустовал после пожара, произошедшего в конце 90-х — начале нулевых. А в оставшихся двух домах живут люди. — Там же жилье, там семьи с ребятишками. Попробуй расселить их? Разве они из центра города поедут еще куда-то? — спросила женщина. Она напомнила, что примерно 15 лет назад обсуждалась инициатива создания на улице Желябова заповедной зоны, где бы массово реставрировались деревянные памятники и сдавались в аренду под офисы. Но дальше этой идеи не пошло, внимание переключили на 130-й квартал, тогда представлявший собой «общественный туалет». По концепции сохранения памятников деревянного зодчества, будущее у двух старых домиков есть — расселение под реализацию проекта развития застроенной территории. Но вот сроков — нет. Больше новостей, фотографий и видео с места событий — в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь и узнавайте всё самое интересное и важное из жизни региона первыми.