Приангарье-2030: без амбиций

Депутаты заксобрания Иркутской области на сессии 15 февраля приняли в первом чтении проект стратегии социально-экономического развития Иркутской области до 2030 года. Выступление зампреда правительства региона Антона Логашова напоминало скучную лекцию, наполненную абстракциями о второй индустриализации, на неё парламентарии отреагировали только критикой. Проект стратегии разрабатывался на основе выявленных за 2011–2014 годы проблем и перспектив. В выступлении Логашова сквозили такие избитые слова и фразы, как «повышение уровня и качества жизни», «потенциал», «инновации», «обеспечение достойных условий жизни» и другие. Но что за ними? Правительство региона объявило целью стратегии развития до 2030 года: не допустить сокращения населения. По прогнозу статистики, численность жителей Приангарья через 13 лет сократится до 2,3 миллиона человек. Для достижения цели власти поставили три задачи, разложенные на подзадачи. Всё это пока звучит, как пресная каша, ложку с которой суют в рот откормленного обещаниями народа: повышение качества образования, медпомощи, доступности жилья, создание условий для занятия спортом, развитие культурного потенциала, создание возможностей для работы и бизнеса, науки и инноваций, повышение инженерной и транспортной инфраструктуры, эффективности государственного и муниципального управления. Далее проект стратегии предполагает развитие 10 ведущих отраслевых комплексов на шести опорных территориях. Так, до 2030 года мы развиваем топливно-энергетическую, фармацевтическую, металлургическую, машиностроительную отрасли, лесопромышленный, агропромышленный, туристско-рекреационный, строительный, транспортно-логистический комплексы, а также науку и инновации на объединённых территориях – Саяно-Иркутской, Тулуно-Тайшетской, Усть-Кутско-Ленской, Усть-Илимско-Катангской, Братской и Бодайбинской. В общей сложности за 13 лет в области планируется создание более 88 тысяч рабочих мест. Звучит хорошо, но как этого достичь – непонятно. «Валовый региональный продукт в 2030-м по сравнению с 2014-м вырастет на 48,9%, доля обрабатывающих производств увеличится с 13 до 17%, доля добычи полезных ископаемых уменьшится с 20 до 17% для переориентирования экономики с ресурсной на обрабатывающую», - зачитал Логашов. В репликах и вопросах депутатов сквозила лишь неудовлетворённость выступлением зампреда. Аполлон Иванов недоумевал, как власти собираются повышать результаты в сельском хозяйстве, если с 2011 года в этой сфере не меняются суммы господдержки. К тому же в стратегии не прописаны муниципалитеты, в которых запланированы точки роста в сельском хозяйстве. «Халва-халва, а результата не будет», - горько констатировал Иванов. Артём Лобков спросил, с помощью каких проектов на Усть-Илимско-Катангской опорной территории будут созданы 22 тысячи рабочих мест, ведь реальность такова, что сейчас там предприятия только закрываются. Анатолий Дубас также выразил сомнение, что удастся создать заявленное число рабочих мест. «Все инвестиционные проекты есть. Модернизация целлюлозного производства в Усть-Илимске с инвестициями в 5,4 миллиарда рублей, лесопилки «Илима» на 2 миллиарда рублей, есть набор проектов, и они не виртуальны», - парировал Логашов, добавив, что в общей стратегии ещё есть планы, в которых проекты будут конкретизированы. Единственным депутатом, похвалившим стратегию за включение в неё планов на вторую индустриализацию, оказалась председатель комитета по бюджету, ценообразованию, финансово-экономическому и налоговому законодательству Наталья Дикусарова. Правда, она заметила, что термин хороший есть, но конкретики – как не бывало. «Чего ждали депутаты? Конкретики, проектов… Мы обозначили вторую индустриализацию, а что в неё входит? Я посмотрела стратегии других регионов, там конкретики гораздо больше, чем в нашей, поэтому я задаю вопрос. Я категорически не согласна с тем, что стратегия - это что-то общее, какое-то содержание лекций, и уже в плане должно быть что-то конкретное. Я согласна, чтобы вы на 80% переписали стратегию, чтобы там появилась конкретика, план реализации – это совершенно другое», - высказалась Дикусарова. Также с критикой выступила председатель комитета по собственности и экономической политике заксобрания Ольга Носенко: «Мне очень жаль, что в стратегии нет ни одного серьёзного проекта. Нет амбициозных задач и, можно так сказать, бренда. Нет проектов для Корпорации развития, и очень жаль, что на принятии стратегии нет ни председателя правительства, ни губернатора, которые должны определить вектор развития Иркутской области». Вишенку на торт этой дискуссии положил депутат Владимир Чеботарёв, который сравнил проекты стратегий Иркутской области и Республики Татарстан. Зачитывал это сравнение спикер Сергей Брилка. В Республике Татарстан в 2015 году разработали стратегию до 2030 года. К подготовке документа были привлечены эксперты, в том числе международные. В Иркутской области тот же документ разработало минэкономразвития с привлечением местных специалистов. У Татарстана цель – стать республикой-конкурентом для стран и территорий с быстроразвивающейся экономикой, стать лидером в евразийском регионе России, у нас – только удержать население. Потом, Республика поставила себе задачу увеличить валовый региональный продукт на душу населения с 20,9 тысячи долларов в 2014-м до 43 тысяч в 2030 году. В Иркутской области с 2014-го до 2030 года планируется увеличить ВРП на душу населения с 5,8 до 10,4 тысячи долларов. Как ни крути, эти сравнения не в пользу разработанного региональными властями документа. «Готовьтесь с комментариями. Ведь депутаты задают вопросы, зачем нам нужен газ, если понимаем, что угольная генерация дешевле? Что у нас с машиностроением?» - обратился он к Логашову. Для дальнейшего обсуждения стратегии депутаты намерены пригласить на сессию заксобрания губернатора Сергея Левченко. Учитывая то, что и при нулевом, и при первом чтениях этого документа претензии остались те же, второе чтение обещает быть не менее горячим.