Семейное дело Тюрюминых: В упряжке с 60 байкальскими хаски

Шестьдесят ездовых собак, 12 коней, две коровы, 30 кур, гуси, кролики, енот и коты-охотники – большое хозяйство у семьи Тюрюминых. На заболоченной земле окраины посёлка Листвянка за десяток с лишним лет муж с женой смогли построить просторную усадьбу, вывести уникальную породу собак и напоить собранным своими руками байкальским чаем сотни туристов со всего мира. Наталья и Олег воспитывают четверых детей, ещё двое уже покинули родительский дом. Олег водит туристов в походы, управляет усадьбой, на Наталье держится домашний очаг и творческая жизнь дома. За время нашего пребывания в гостях у Тюрюминых Олег – деятельный, волевой – всё куда-то спешил и в поле зрения появлялся изредка, а Наталья – спокойная и душевная – во время морозной прогулки и за чайными хлопотами рассказала об истории создания их общего дела. По пути на джигитовку В воскресный день по дороге в усадьбу катили и катили машины – все спешили на показательные выступления по джигитовке – скачкам на лошади с акробатическими трюками. С Олегом и Натальей мы встретились как раз по пути туда. А Наталья с Олегом встретилась в далёком 2002 году: девушка из Слюдянки только-только получила медобразование и решила съездить на лето инструктором на тогда ещё совсем дикий Ольхон, там она познакомилась с Олегом из Иркутска, ему на тот момент было уже 40 лет – отец с четырьмя детьми. Туроператор, набиравший инструкторов, приобрёл собак для упряжки, а Олега назначили главным по животным. Всё лето оба провели на острове, тренировали собак вечерами, а когда пришёл конец сезона, компания сочла содержание животных нерентабельным. В тот момент Олег предложил Наталье выкупить ездовых собак и заняться общим делом. Так они стали первопроходцами в разведении ездовых собак и гонках на собачьих упряжках в регионе. «Ни кола, ни двора, ни работы нормальной у нас не было: я после университета, Олег – профессиональный тренер, спортсмен – потерял работу в 90-е. В рассрочку выкупили две упряжки, взяли сначала в аренду огород в Листвянке, потом участок на горе. Скитались, как цыгане, и каждое лето выбирались на дикий Ольхон. Потом нам дали этот участок, тогда ещё он располагался на границе с нацпарком (впоследствии граница была отодвинута – ред.) – тут было болото, вода по бедро и местная помойка. За месяц мы всё вычистили, поставили временные строения, настилы, будки для собак – их уже стало 30. Дорога сюда была заросшая травой, воду из речки носили», - вспоминает Наталья. Тюрюмины и сейчас живут будто не в Листвянке, вдоль и поперёк изъезженной туристами, а в лесу – мимо проходят дикие козочки, на водопой к реке выходит лиса, привычными тропами порою пробегает рысь, а с горы на дом время от времени поглядывает косолапый медведь – там у него метка на дереве. Даже домашние кошки ведут себя, как дикие хищники, каждое лето пропадают в лесах. Семья поселилась на болоте: чтобы избавиться от воды, участок уплотнили 44 КамАЗами с землёй – эта операция длилась несколько лет. Тюрюмины организовали школу погонщика собак – каюров – и начали долгий путь к созданию идеальной для байкальского климата ездовой собаки. Жили временами впроголодь – всё уходило на кормление и содержание собак, Наталья сама научилась шить животным шлейки. От намеченной цели Тюрюмины никогда не отступали. Сначала купили камчатских лаек, плотный подшёрсток не позволял им разгоняться на полную мощность в наших климатических условиях. Этих животных, которые вечно друг с другом дрались, от ран лечила Наталья. Работавшая раньше в хирургии, она быстро переквалифицировалась в ветеринара. Потом Тюрюмины приобрели марафонскую норвежскую собаку – при селекции с камчатской она облегчила кость и убавила плотность подшёрстка. Но был минус – норвежцы панически боялись воды, тонули при тренировках в бассейне, а также обладали чересчур живым и жизнерадостным темпераментом. Тогда собаководы добавили к двум породам аляскинских хаски – скорость, выносливость, хорошую нервную систему. Получилась байкальская хаски – нигде официально не зарегистрированная, но известная среди иностранцев и специалистов по разведению ездовых собак порода. На этом моменте рассказ Натальи прервался, начались выступления по джигитовке, которая только-только начала возрождаться в Приангарье. И тут Тюрюмины отчасти стали первопроходцами, у них в усадьбе тренеры растят новое поколение спортсменов-джигитов. У тёплой печи за байкальским чаем В усадьбе построено несколько домов: кузница, дом для инструкторов, самый большой – гостевой дом с гончарной мастерской и по совместительству хозяйский. В гостевом отделении греются и чаёвничают туристы и посетители. Посреди комнаты стоит большая тёплая печь. Когда мы туда зашли, громко болтали две американки, которых Олег вот-вот уведёт в зимний поход с ночёвкой. А мы продолжим беседу с Натальей. Как только Тюрюмины поставили дом, сразу же организовали школу каюра. Набрали 30 местных ребят от 10 до 12 лет, за каждым закрепили собаку. Тренировались, ходили в походы, но большинство учеников отсеялось – сначала осталось 10 детей, потом пять, они на протяжении многих лет приходили в усадьбу и занимались с собаками. Из этих пяти один Дмитрий решил связать с собаками жизнь – стал сертифицированным тренером, наездником, и, конечно, членом семьи – работает со своими учителями. Потом в усадьбу пришёл ещё один деревенский мальчик – Коля, с ним сейчас связано развитие конного направления, он преподаёт джигитовку. Откуда взялись кони? Собаки кормили семью Тюрюминых только зимой, а летом получался мёртвый туристический сезон, поэтому сибиряки завели коней. Сначала купили трёх обученных жеребцов, к 2017 году хозяйство разрослось до 12. Со временем подрос ещё один помощник Арсений – сын Олега. 23-летний парень с 5 лет живёт в усадьбе и знает, наверное, всё про ездовых собак и тонкости ведения хозяйства. «Олег с Сеней шли вместе на Baikal Racе (гонка на собачьих упряжках, соревнование придумали Тюрюмины – ред.), и это соревнование для Сеньки стало решающим. Он понял, чем будет заниматься всю жизнь», - задумавшись, сказала собеседница. Спортивным собакам нужно сбалансированное питание – за 2 дня они съедают 20 килограммов профессионального корма, также им необходимо давать витамины, жир, белок и полезную простоквашу. Постепенно в хозяйстве появились коровы – сейчас их две, и куры. Семья питается натуральными продуктами, и собаки довольны. В межсезонье, когда на улице грязь и дожди, собаки и кони отдыхают, а дом наполняется творчеством: Олег занимается гончарным делом, куёт в кузнеце, мастерит сани, Наталья пишет сказки про собак – уже вышло две книжки, рисует иллюстрации к изданиям – у неё, кроме медицинского, ещё и художественное образование. «Олег – мой самый строгий критик», - замечает Наталья, рассказывая, как будучи пейзажистом, с нуля училась рисовать животных, а муж оценивал результаты. Первую книгу она иллюстрировала акварельными рисунками, вторую – карандашами, третью планирует рисовать кофе. За мамой подтягиваются две дочки. Результаты изобразительного творчества висят тут же на стене в гостиной-гончарной. «Нас спрашивают, как вы это всё? Да нормально, это же жизнь. Нет времени, чтобы по заграницам ездить, но у нас тут своя заграница, сама к нам приезжает», - спокойно замечает собеседница. В углу гостевой висит карта мира – на ней туристы отмечают, откуда они приехали. Канцелярские кнопки уже не умещаются на карте Европы, а порой появляются совсем в неожиданных местах, например, на острове Святой Елены в Атлантическом океане. Чай в доме – отдельная песня. Наталья много лет занимается травами и за годы сформировала свой рецепт полезного напитка, нигде вы больше не попробуете ничего подобного. Местные жители ходят к ней советоваться, просят собрать травы для лечения болезней. Более 15 лет строили Тюрюмины свою крепкую усадьбу: мылись из реки – заброшенную геологическую скважину наладили только несколько лет назад, готовили еду на уличной печи – электричества в 5 киловатт хватало только на работу лампочек, ходили на сенокос и всегда держали свои двери открытыми для новых людей. «Если в жизни происходит что-то не очень хорошее, значит, душа готовится к чему-то большему, нужно это просто пережить и накопить силы. А как иначе ты это большее потом унесёшь? Все наши бедствия, такое полуголодное существование, укрепили нас», - размышляет собеседница. Один немецкий гость Тюрюминых, когда те ещё жили на горе в простецком деревянном доме, заметил, что они очень богатые люди. Тогда Наталья совсем не поняла, где немец увидел роскошь в деревянных необшитых стенах. Но в итоге много лет спустя смекнула: клад спрятан в том, что стёрлась грань между работой, увлечением и семейной жизнью. На одном дыхании, в одной собачьей упряжке едут они через года, с достоинством преодолевая на жизненном марафоне преграды и непогоду.