«Надо подождать»: фармацевты объяснили, сколько еще продлится дефицит некоторых лекарств

Врачи-эндокринологи создают специальные группы, где люди могут обмениваться или поделиться таким дефицитным сейчас препаратом для восполнения функции щитовидной железы. Взаимопомощью занимаются и молодые мамы, которым не досталось детского сиропа от боли и температуры. Аптечных складов не существует Фармацевты отмечают рост спроса в разы вообще на все существующие препараты. Особенно быстро закупают импортные лекарства, опасаясь, что они надолго исчезнут с прилавков. Подогревается это заявлениями некоторых иностранных экспертов, которые предлагают свернуть все поставки и разработки медпрепаратов. Подтверждения люди находят в задержках с поставками лекарств. — Давайте сначала разберемся, как препараты вообще двигаются от производителя к покупателям, — предложила исполнительный директор Российской ассоциации аптечных сетей Нелли Игнатьева. — Препараты от локальных или иностранных производителей вначале попадают на склады к поставщикам. Соответственно, у поставщиков и хранится основной запас лекарств. У аптеки может быть один или несколько поставщиков, это неважно. А вот у самих фармсетей запаса нет. Точнее есть, но он минимальный, резерв на ближайший месяц-два. — Товарный запас — это отражение картины спроса, если препарат приобретают раз в месяц, то и хранить его будут не больше 2–3 упаковок, — предупредила Нелли Игнатьева. — Сейчас же покупатели выбрали такое количество лекарств, которое они не закупали никогда. И этого объема достаточно ни на день-два, на курс лечения. Препараты покупают про запас. Такое количество препаратов по сети не двигалось никогда. По земле, а не по воздуху Из-за такого спроса привычная цепочка начала работать со сбоями. Поставщики пополняли свои запасы в соответствии с прошлыми данными. На складах некоторые препараты закончились, их потребовалось срочно заказывать. Если бы это произошло несколько месяцев назад, когда большинство закупленных лекарств доставлялось авиапутем, вопрос решился бы за несколько дней. Сейчас логистика изменилась. — И лекарства, и субстанции для их изготовления доставляются наземным способом, — объяснила Нелли Игнатьева в студии ОСН. — Мы точно так же выжидаем, как и наши покупатели, когда лекарства придут к дистрибьюторам. Речь не идет об остановке производства или ввоза субстанции. Нет никаких ограничений. А заявления компаний, которые сообщили, что больше не будут заниматься инвестициями, никак не связаны с движением и продвижением препаратов. Как они поставлялись, так и продолжают. Однако закупать сверхобъем лекарств аптеки всё же не станут. «Фармацевты признают: они опасаются, что покупателей в течение года у них заметно убавится. Все будут "допринимать" уже купленные в марте препараты» Нелли Игнатьева, исполнительный директор Российской ассоциации аптечных сетей — Мы рассматриваем все возможные сценарии, как будет формироваться предложение, чтобы не было дефицита, — говорит Игнатьева. Повлиять на курс валют и рост цен мы не можем, но способны сделать так, чтобы не было дефицита, оказалось наращено предложение. Этим мы можем стабилизировать и скачок цен. Предпосылок к дефициту нет, есть к росту цен В любом случае большинство фармацевтов опасается делать какие-либо прогнозы на ближайшее время. — Мы первый раз в такой ситуации, — признается директор Ассоциации независимых аптек Виктория Преснякова. — Сейчас все работают над тем, чтобы избежать дефицита и сдержать цены. Мы предвидели ситуацию и делали всё, чтобы избежать ажиотажа. Анализ рынка показал, что с 24 февраля по 6 марта рынок в рублях вырос в два раза, то есть вместо ожидаемой суммы чека, например, в тысячу, люди покупали на две. — Мы зависим от доллара. Даже если препараты производятся в России, отечественные компании закупают субстанции за границей, так же как и упаковку, — призналась Преснякова. Что касается импортных препаратов, то у дистрибьюторов цены зафиксированы в валюте. Поставщикам придется расплачиваться за них в долларах или евро. — Переоценка уже была, в среднем за неделю до 6 марта рост цен составил 4 процента, — говорит Виктория Преснякова. — Но это в среднем по рынку, какие-то препараты подорожали меньше, какие-то больше, некоторые выросли на 22 процента. Это достаточно много за неделю, учитывая, что за весь прошлый год рост составил 3 процента. Фармацевты в любом случае пытаются остановить панику, объясняют, что лекарства — это не гречка, у них довольно короткий срок хранения. Но пока с паникой справиться сложно. — И все должны понимать, что нет таких препаратов в рознице, которые нельзя было бы заменить отечественными, — говорит Нелли Игнатова. — Возможно исключение только у лекарств от орфанных заболеваний. Мало производств полного цикла Как оказалось, ни в Европе, ни в США, ни в любой другой стране мира нет примеров, чтобы все лекарства производили только локальные компании. — Весь мир зависит от китайских и индийских субстанций, — уверена Нелли Игнатова. — И абсолютно любые препараты зависят от этих субстанций. Россия ни от кого не отличается в этом плане. А вот полный цикл — от производства субстанций до готовой лекарственной формы — это большая редкость, примеров не так много. — Для меня как для кандидата фармнаук, как для преподавателя фармакологии неважно, где произведен препарат, основное — это действующее вещество, и работает оно абсолютно одинаково, — говорит Нелли Игнатьева. Более того, по статистике в стране уже сейчас 70 процентов, если считать в упаковках, приобретают препараты российского производства. Правда, если считать лекарства не в упаковках, а в деньгах, которые на них потратили, то в этом случае пальма первенства у импортных. — Есть два таких мнения: «все, что импортное, — хорошо», «то, что импортное и дорогое, — тоже хорошо», — рассказал клинический фармаколог Александр Эдигер. — Всё это чепуха, чаще бывает с точностью до наоборот. Мы имеем дело с неправильной технологией потребления. «К сожалению, часть населения и часть медиков относится пренебрежительно к отечественным разработкам» Александр Эдигер, клинический фармаколог Возникший ажиотажный спрос ни к чему хорошему не приведет. Как минимум треть из закупленного впрок уйдет в мусорную корзину из-за истечения срока годности. — Не успеют употребить эндокринные препараты и те, что предназначены для лечения метаболического синдрома, — предполагает Александр Эдигер. Лекарство едет Особенно остро сейчас стоит вопрос с «Эутироксом» — препаратом для замещения гормонов щитовидной железы. И это очень неприятная ситуация. — Надеемся, что решение вопроса произойдет в течение нескольких дней. Это вопрос проблем в логистике, ажиотажа и перекупщиков, однако препараты есть, и они едут, нужно подождать, — говорит Эдигер. — На складах и на пути к нам находится большое количество товара, — подтверждает Виктория Преснякова. — Но для этого нужно время, чтобы исправить логистические цепочки, которые перестали работать. Другой вопрос — цены. Люди заметили, что в некоторых сетях ценники могут переписывать прямо в течение дня. — Мы обязаны менять цены, так как в течение дня к нам могут приходить одни и те же препараты, но от разных поставщиков, — объяснила Нелли Игнатова. — Бывает, что они поступают по разным ценам, а мы просто делаем свою работу, обновляем данные. И мы искренне пытаемся найти пути решения проблемы и верим, что найдем.