Под Иркутском уже месяц работают курсы по подготовке к спецоперации

«Эта [спецоперация] очень подлая, всё делается исподтишка. И нашим ребятам надо знать, к чему готовиться», — рассказывает мне председатель иркутского Союза десантников Вячеслав Лесин. Каждые выходные он вместе с боевыми товарищами проводит «Курс молодого бойца» для добровольцев, которые планируют принять участие в СВО, а также всех, кто хочет быть готов к возможному призыву. Собираются мужчины в бараке, который стоит в лесу поодаль от основной территории музея. Эта зона огорожена красными флажками, чтобы по ошибке не забрели посторонние. Здесь обучают в том числе тактике ведения боя, техникам окапывания и методам обнаружения мин и других снарядов. Лишние люди здесь ни к чему. На территории для тренировок стоят настоящие палатки с печками внутри, где бойцы могут почувствовать себя в полевых условиях. Организованы зоны для физподготовки. Сам барак прячется за полосой препятствий, палатками и окопами. По всему периметру барака — своеобразные нары, на которых располагаются пришедшие. По центру — железная печь, благодаря которой в помещении тепло. Условия скромные, но достаточные для комфортного проведения теоретических занятий. В субботу, 8 октября, сюда пришли около 30 человек. Многие из них уже приняли решение о том, что отправятся в зону проведения спецоперации добровольцами. Остальные — это мужчины, которые предпочитают быть заранее готовыми к любому развитию событий. Без повестки отправляться на СВО не хотят, но и бегать от ответственности не планируют: Родина позовет — пойдут. Навскидку определяю примерный возраст участников курса — от 30 до 50 лет. Судя по форме одежды и некоторым ее деталям, у некоторых уже даже боевой опыт имеется. Эта моя теория, кстати, подтверждается чуть позже, во время общения с добровольцами. Первый блок занятий — медицина. Специалисты Всероссийского студенческого корпуса спасателей рассказывают о том, как оказать медпомощь самому себе, раненому товарищу, как действовать, если перевязка требуется прямо на поле боя. — Если человек ранен, надо подползать к нему и работать только лежа, — рассказывает инструктор. — Его автомат нужно сразу же отвести от себя, чтобы избежать несчастного случая. Лежа, ни в коем случае не поднимаясь, ощупываете бойца, чтобы понять, куда человек ранен. Вы это поймете по крови, которая останется у вас на руках. Как только определите место ранения, необходимо наложить повязку. Для этого девушка-инструктор советует пользоваться материалами из аптечки раненого товарища. На крайний случай, из своего запаса медикаментов. Главное помнить — всё делается исключительно в лежачем положении, пятки и носки должны быть плотно прижаты к земле. Все манипуляции с раненым нужно проводить, положив его на себя. После оказания первой медпомощи важно эвакуировать бойца из «красной» в «зеленую» зону, где ему окажут помощь медики. Если эвакуировать раненого из зоны боевых действий не получается в течение нескольких дней, инструктор советует чаще менять повязки и давать обезболивающие препараты в виде инъекций. Также инструкторы рассказывают о том, что обязательно должно быть в аптечках бойца, как остановить кровотечение и на какое время можно накладывать жгут, какие материалы использовать, если жгута под рукой не оказалось. Все манипуляции инструктор демонстрирует на самих же участниках курсов, чтобы они не только могли наглядно увидеть, как всё это делается, но и сами поучаствовали в оказании помощи. Пока внутри идут занятия по медицинскому блоку, я снаружи расспрашиваю инструкторов о том, какие еще направления здесь преподают, кто и откуда приезжает заниматься, что необходимо знать ребятам, которые отправляются в зону боевых действий. Вячеслав Лесин говорит, что занятия идут уже месяц, а желающих в них поучаствовать — предостаточно. Приходят и совсем молодые пацаны 25 лет, и взрослые мужчины до 50. Причем не только из Иркутска, но и из Ангарска, Усолья-Сибирского, Усть-Орды и других городов области. Они получают базовые знания по медпомощи, огневой подготовке, тактике и навыкам выживания. Лесин отмечает, что это основы, которые необходимы любому участнику спецоперации. — В этой [спецоперации] все воюют исподтишка. Основные направления — артиллерия и минно-подрывная деятельность. Это не Афган и не Чечня. Здесь воюют натовские и американские наемники, ведут [спецоперацию] нечестную, подлую, а наши ребята к этому совсем не готовы. Там активно используют дроны, которые наводят на позиции наших бойцов, задействуют местных жителей, которые потом сдают наших. Почти все, кто остаются, это предатели. Те, кто за нас, за Россию, перебираются на наши территории. А там остаются те, кто в лицо улыбается, а потом стреляет в спину, — делится Лесин. Он отмечает, что неоднократно были случаи, когда оставшиеся на освобожденных территориях украинцы встречали российских бойцов с улыбкой и радушием, а чуть позже в эту же группу военных прилетали зенитно-ракетные снаряды. — Почему так? Почему наших сначала встречают со слезами и объятиями, а потом их же бомбят с гаубиц? А потому что потом находят этого, например, старика, который с нашими бойцами обнимался, а у него телефон при себе с включенной геолокацией. Местные жители встречают российских военных, потом отходят на 100 метров, а группу накрывает гаубицами, — продолжает Вячеслав Лесин. Он уверен, что об этом проходящих подготовку тоже надо предупреждать. — Всегда важно быть начеку, с включенной головой. Не забывать, что сейчас идет война дронов и вооружения. С помощью дронов на наших могут бросать гранаты, есть такие беспилотники, которые фиксируют нахождение людей и наводят на них артиллерию. Всегда надо быть предельно внимательным. С осторожностью курить, особенно если идешь в разведку, ведь запах сигарет могут учуять на большом расстоянии. Нельзя трогать лежащие на земле предметы, — подчеркивает собеседник. Председатель Союза десантников считает, что частичная мобилизация может во многом изменить ход специальной военной операции. Но при определенных условиях. — У нас сейчас не хватает живой силы. Против нас ведь не только украинцы, но американцы, румыны, поляки, весь Запад. Мобилизованные сейчас пройдут переподготовку, их сразу не будут кидать на передовую, их сначала обучат в тылу всем азам этой подлой и скрытной [спецоперации]. Мобилизованных должны обучать опытные бойцы, которые прошли Украину, потому что, как я уже говорил, специфика другая. Те, кто находится в зоне СВО хотя бы месяц, могут передать свой опыт мобилизованным, рассказать, к чему надо готовиться. Тогда ход всей операции изменится, — уверен Лесин. К нашему разговору подключается еще один инструктор — Юрий Купердяев. Он руководит военно-патриотическим клубом «Десантник», а на курсе отвечает за тактику и выживание. — Мы здесь даем не то, как должно действовать подразделение в боевой обстановке. Мы даем тот начальный минимум, который пригодится бойцам, когда они перейдут «за ленточку». Чтобы они там клювом не щелкали, знали, как вести себя при появлении беспилотников, при начале огневого контакта, — рассказывает Юрий. Купердяев согласен с Лесиным в том, что нынешняя спецоперация совсем не похожа на те кампании, которые были в Чечне или Афганистане. — Сейчас против нас воюет весь мир, все мировые технологии, которые есть у блока НАТО, у американцев. Там есть орудия залпового огня, артиллерия, все современные технологии. Но самое печальное в том, что украинцы знают все наши методы ведения боя. В Афгане мы воевали вместе с ними и сами их всему научили. Поэтому они осведомлены о том, как мы воюем, какая у нас тактика, какая манера вести боевые действия, — поясняет Юрий Купердяев. Опытный десантник сам рвется в зону проведения СВО, но в добровольцы его не берут из-за возраста. Однако мужчина уверен, что прорвется «за ленточку». — Всё равно уеду. У меня там двое воспитанников сейчас воюют. Один представлен к госнаграде, второй уже одну получил, был ранен, представлен ко второй награде. И мне стыдно перед ними, что я, человек, который учил их, не с ними, а здесь. Да, мне 54 года, но на мне пахать можно. Есть, конечно, нюансы, бегать я сильно долго не могу, но воевать умею и могу обучать. Дома сидеть не стану, — уверяет Юрий. В это время блок занятий по оказанию медицинской помощи заканчивается, и мужчины отправляются на перекур. Я пристаю к ним с расспросами. — Мы тут затем, чтобы вспомнить всё, что нам давали в армии. Лет прошло уже много, а здесь всё вспоминаешь, слушаешь, что-то новое еще узнаешь. Каждый человек может что-то новое подсказать, какой-то жизненный опыт. Я сам занимаюсь с детьми, но кое-что, чего раньше не знал, здесь услышал. Время идет, всё меняется. Раньше вот не было карабинов. А тут рассказали, как они могут пригодиться, чтобы эвакуировать человека из зоны боя. Опять же, мультитул насколько может быть полезен. По составу аптечки много интересного говорят, — рассказывает мне Олег. Он по возрасту не подходит под мобилизацию, но в случае обострения ситуации готов идти на поле боя. Говорит, что вырос в семье военных, кроме того, сам служил в десантных войсках. Он призыва не боится, да и говорит: «А кто, кроме нас?» Рядом с ним стоит Алексей, который говорит, что планирует отправиться в зону СВО добровольцем, но не раньше весны. — У меня сейчас будет операция, нужно время, чтобы восстановиться. Потом пойду. Я тоже родился и вырос в армии, отец военнослужащий. Да и рюкзак у меня почти собран. Отец как увидел, что собираюсь, говорит: «Ты чё это делаешь? Сдурел?» А я спрашиваю: «А ты бы как поступил?» Но ему-то уже 64 года, у него инвалидность. Но ответил: «Я бы и сам пошел, но мне уже только народ смешить», — рассказывает Алексей. Делится, что среди собравшихся сегодня есть мужчина, у которого сын прямо сейчас находится в зоне боевых действий. Поэтому мужчина решил пойти добровольцем, чтобы поддержать и защитить своего ребенка. — У меня товарищи вместе мобилизовались. Еще когда срочку служили, договорились, что если одному из них придет повестка, второй с ним добровольцем пойдет. Так и вышло, уехали вместе, — добавляет Алексей. Иван пришел на курс вместе с женой и двумя сыновьями. Супруга Виктория рассказывает, что муж здесь для того, чтобы пройти самоподготовку, чтобы знать, как помочь себе и товарищам на случай, если придется призваться. — Муж у меня не служил по состоянию здоровья, но сказал, что, если придет повестка, прятаться не будет. Говорит: «Если я туда не пойду, то кто?» Он думает о нашем будущем, о будущем детей, о том, что будет с ними, если он туда не пойдет. Дед у него прошел войну, был командиром, муж хочет быть достойным своего деда, — делится Виктория. А это — Роман. Ему 29 лет, и у него есть опыт службы в горячих точках. — Я здесь, чтобы вспомнить службу, ну и узнать что-то новое. Пока что я жду повестку, но если не будет, то пойду сам. В основном всё, что здесь говорят, я знаю, но эти курсы всё равно полезны. Особенно медицина и тактика. Просто освежить знания. А для тех, кто не знает ничего, это вообще важная и полезная информация. Вячеслав Лесин знакомит меня с Султаном Алиевым. По национальности он — лезгин, но родился и вырос в Иркутской области. Сейчас Султан входит в Общественную палату Иркутска и возглавляет Культурный центр народов Дагестана. Через несколько дней Алиев отправится в зону проведения СВО добровольцем. — Нас едет трое, еще один пока под вопросом. Поедем к нашим ребятам в десантно-штурмовую бригаду, которая уже там на месте 3–4 месяца. Они воюют, держатся. Свои задачи выполняют, — рассказывает Султан. Впервые он попал на Украину, когда по поручению Вячеслава Лесина сопровождал группу ребят, отправившихся туда служить. Там он пробыл с ними несколько дней и «загорелся». — Ребята настроены позитивно, они стойкие и смелые. И главное, что они там не ради денег, хотя я это тоже не осуждаю. Они говорят о том, что пора всё то, что там происходит, прекращать. Ведь речь идет уже о защите территории, которую мы называем негромким, но очень конкретным словом — Родина. Место, где живут наши отцы, матери, дети. Удел мужчины — война. На наше время выпала такая вот доля, и нельзя оставаться в стороне. Это лучше, чем стоять в очереди на границе с Азербайджаном, Арменией или Монголией. Это вопрос чести и совести, — рассуждает Алиев. Дома у Султана остаются родители, жена, сын и двое маленьких дочерей. По словам собеседника, настрой у них не такой оптимистичный, но это — женские чувства, их понять можно. — Сначала говорили: «Почему ты это решение не обсудил с нами?» Но когда я дал развернутый ответ, объяснил, что там тысячи ребят, которых тоже матери ждут, что оставаться в стороне нельзя, меня поняли. Тот, кто служил в десантных войсках, понимает, что это — навсегда. Поэтому я жду, что наши боевые товарищи-десантники тоже присоединятся, — продолжает Султан. Мужчина говорит, что даже не сомневается, что вернется домой живым и здоровым. Более того, убежден, что российские войска выполнят все задачи. — Сегодня они взрывают Крымский мост, а завтра это может повториться в Иркутске, Красноярске или в любом другом городе России. Наша страна не устраивала и не будет устраивать ни Запад, ни Европу. С нашими площадями, численностью населения, с нашими победами и страницами боевой славы. Нас боялись, боятся и всегда будут пытаться устранить. Поэтому Россия должна собраться и дать отпор, — говорит Султан. Тем временем инструктор Евгений учит пользоваться огнестрельным оружием, рассказывает об элементарных правилах безопасности и о том, как правильно чистить автомат и магазин с патронами, чтобы не было проблем на поле боя. — С автоматами надо быть осторожнее, — обращает внимание Евгений. — Из-за нарушений техники безопасности происходит 40% всех несчастных случаев. Инструктор говорит, что некоторые «забивают» на чистку магазинов, а потом в самый неподходящий момент начинают застревать пружины. При этом для чистки подойдет даже самая обычная зубная щетка. Затем собравшимся рассказывают об особенностях и разновидностях мин, о том, как научиться их замечать в полевых условиях и как правильно их обходить. Также Юрий и Евгений рассказывают, как правильно перемещаться в зоне боевых действий, как прикрывать друг друга и тем самым избежать потерь в стычках с противником. Затем группа перемещается к месту, где стоят боевые машины, там рассказывают, как правильно обращаться с бронетехникой, как на ней передвигаться и как не стать легкой добычей для врага. В это время мы беседуем с директором «Музея на свалке» Александром Расторгуевым, благодаря которому и проводится «Курс молодого бойца». — Курсы мы проводим в первую очередь для того, чтобы человек знал, куда он идет, к чему готовиться и что брать с собой. Вот в мирной жизни, когда мы идем в поход, мы же берем с собой что-то в зависимости от места, куда идем. Например, ты идешь в лес или в горы, на Байкал или куда-то в тайгу. От этого зависит, как ты собираешься. Вот так и здесь: когда ты сидишь дома в Иркутске, например, откуда тебе знать, куда ты идешь и что тебе там пригодится. А ребята, которые по одному-два раза там были, уже могут сказать, что понадобится. Надо помнить, что там не будет возможности решить что-то на месте, — говорит Александр Расторгуев. Директор музея уверен, что желающих пройти курс будет всё больше и больше. Принять здесь смогут всех. Лишь бы инструкторы-профессионалы все не ушли в зону СВО. — В этом — ключевая проблема. Накормить и разместить мы сможем всех, а вот то, что профессионалы с боевым опытом уходят воевать — это уже сложнее. Они нужны здесь, здесь они могут принести больше пользы, они могут помочь подготовить новичков. Мы предлагали мэрии создать более масштабный комплекс занятий, я для этого сделал всё, что мог. Посмотрим, что нам ответят, — делится Расторгуев. Собеседник подчеркивает, что каждому человеку нужно хотя бы пару раз приехать и пройти все занятия от и до. Первый раз — чтобы узнать новую информацию. Второй — чтобы закрепить полученные навыки на практике. Следующий курс занятий пройдет в выходные, 15 и 16 октября. Александр Расторгуев отмечает, что мужчин будут учить не только медпомощи, навыкам ведения боя и выживания, но еще и добавятся занятия по управлению беспилотниками. Во всяком случае, сейчас к этому готовятся инструкторы, а музей изыскивает возможность, чтобы закупить необходимое оборудование.