Цех по переработке стекла открыли в Ангарске

Ангарчане Олег и Татьяна Витиорец уже много лет работают со стеклом. Они ставят перед собой цель — дать вторичному сырью новую жизнь, превратив обычные стеклянные бутылки во что-то необычное, будь то сувениры или арт-объекты для благоустройства. Недавно ангарчане на базе своей мастерской занялись выдуванием стекла — сложной техникой, которая в нашем регионе практически никак не представлена. Мы побывали в их цеху и пообщались с умельцами, которые увидели в отходах не мусор, а материал для работы. «Хочу быть стеклодувом» — Наш жизненный путь лежал в самых разных областях, в том числе производственных, но к каким-либо художествам ни я, ни моя жена Татьяна никогда причастны не были, — такими словами директор мастерской Олег Витиорец начал рассказ про то, как он оказался в этой сфере. Мастерская «Клевер» работает на рынке уже 8 лет. Стартовала она с шальной мысли, которой поделилась с мужем Татьяна Витиорец во время очередного отпуска. — Мы были в каком-то магазине по типу шоурума, где было представлено большое количество стеклодувной продукции. Она так вдохновилась увиденным и сказала: «Всё, я поняла, я хочу работать со стеклом», — рассказал Олег. Тогда, 8 лет назад, все начиналось с небольшого помещения площадью 13 квадратных метров, в которой помещалась лишь одна небольшая печь для фьюзинга (это метод спекания стекла под воздействием высоких температур). Работать там можно было лишь в одиночку — второму человеку просто не находилось места. Со временем мастерская переехала в одно из помещений ангарского Опытного конструкторского бюро автоматики (ОКБА). Недавно мастерская стала победителем грантового конкурса холдинга «Эн плюс», благодаря этому Олег и Татьяна Витиорец смогли расширить производство: в «Клевере» запустили стеклоплавильную печь непрерывного цикла, которая позволяет работать с выдуванием изделий из раскаленного стекла. Новое устройство позволяет разогревать стекло до 1150 °C, при такой температуре оно превращается в пластичную массу. «Гута» — одна из самых сложных техник работы со стеклом, представляет собой выдувание различных объектов из раскаленного материала через длинную металлическую трубу, которую называют понтием. Так можно изготавливать ажурные вазы, графины, предметы для украшения интерьеров. Это древняя техника, и когда люди говорят о стеклодувах, многие подразумевают именно то, что называется «гутой». Вскоре «Клевер» пополнится еще одной нужной машиной — печью для отжига уже готовых изделий. Олег Витиорец отмечает: это будет «суперогромная» печь — ее длина будет превышать три метра, ширина — около полутора. — Это будет грандиозная печь, которая позволит нам делать очень большие проекты. Основное ее предназначение — создание условий для очень медленного остывания предметов из стекла. Если изделие выдуть, отколоть [от понтия] и оставить на воздухе, то оно быстро остынет и из-за этого может треснуть или лопнуть из-за внутреннего напряжения. В печи же оно будет охлаждаться очень медленно, сохраняя нужную форму и состояние. Устройство будет большим, поэтому туда одновременно можно будет загружать какие-то большие объекты или много маленьких, — рассказал директор мастерской. По условиям гранта, мастерская будет делать арт-объекты, которые впоследствии появятся на улицах Иркутска. — Так что наша целевая аудитория, как мне кажется, будет в лице дизайнеров и архитекторов, которые будут заниматься благоустройством, — добавил Витиорец. От бутылки до стакана Супруги-мастера во время рассказа о своем детище неоднократно отмечали, что они планируют работать со вторичным стеклом. Во-первых, его очень легко найти: материал практически находится вокруг нас. Пока ангарчане работают с бесцветным стеклом, но Олег Витиорец отмечает, что в будущем в мастерской появится возможность обесцвечивать его до прозрачной базы, а затем придавать ему нужный оттенок с помощью различных добавок. Во-вторых, работа со вторичным стеклом несет не только практический, но и философский смысл. Технология, которую сейчас осваивают в Ангарске, может дать вторую жизнь тому, что многие считают отходами и мусором. Каждая новая идея, за которую берутся Олег и Татьяна, рождает все новые и новые смыслы. Однако работа со вторсырьем таит множество проблем. Это не художественное стекло, которое буквально создано для того, чтобы творить. Бутылки, которые используются для работы в «Клевере», попадают в разном состоянии. Перед тем, как погрузить материал в печь, его нужно как следует очистить, избавиться от этикеток, следов клея и всего прочего. Затем наступает самая «медитативная» часть — бутылки нужно покрошить на мелкие кусочки, вплоть до песка. Когда материал готов, он отправляется в печь и плавится при температуре 1150 °C. — Художественное стекло — более «долгое». Оно медленнее остывает, из-за этого ты можешь дольше с ним работать, придавать нужную форму. Вторичное же быстро остывает, это происходит буквально в тот момент, пока ты выдуваешь из него шар, — рассказывает Витиорец. Раскаленному стеклу придают форму с помощью специальных металлических или деревянных заготовок. С ним же можно получить особый рельеф на поверхности изделия. Затем, при необходимости, изделие обрабатывают в холодном цеху: отпиливают выступающие детали, шлифуют. «Выживаемость» изделий зависит от опыта. — На первом этапе много чего не получается, работа уходит в брак. Потом, с течением времени, пропорция меняется в обратном направлении, ты уже знаешь, что можно сделать и как нужно работать с теми или иными предметами, — говорит Олег. Собеседник посетовал: после распада СССР технология работы со стеклом в нашей стране фактически оказалась утеряна. Закрылось множество предприятий, которые занимались производством материала. К примеру, художественное стекло приходится закупать в Соединенных Штатах, с усилением санкций это стало не только сложно с технической точки зрения, но и очень дорого. Еще одна проблема связана с отсутствием мастеров. Сейчас обучиться гутной технологии можно в Санкт-Петербурге, причем учеба проходит по «бразильской системе». — Берешь трубку, погружаешь ее в стекло, набираешь и начинаешь выдувать. Фактически просто бросают в производство и говорят: «Делать надо вот так». В этом главная сложность. Все-таки, одно дело — уметь самому, другое — уметь передать это знание, рассказать, обучить. В нашем деле нужен педагог, у которого хватит терпения все это донести и показать, — предполагает Витиорец. По его мнению, заняться работой стеклодува может абсолютно любой человек. Какие-то специфические знания для этого не требуются, понимание физики и химии процессов приходит на практике. Главное — это иметь желание. Что же касается конкуренции в сфере обработки стекла, то, по словам директора «Клевера», она как таковая отсутствует, и эта проблема также восходит к утрате технологий после распада СССР. — В советское время практически на каждом заводе, даже здесь (речь идет об Опытном конструкторском бюро автоматики — Прим. ред.) была своя стеклодувка. На предприятиях было много лабораторных изделий, которые было проще сделать из привозного сырья, чем везти откуда-то пробирки. В Тулуне был целый стекольный завод, но его просто в один момент отключили, все застыло. Теперь там только топором можно ходить и откалывать что-то. Восстановлению ничего не подлежит, — отметил ангарчанин. В Иркутске отдельные мастерские занимаются фьюзингом (спеканием стекла под воздействием высоких температур), стеклоплавильная машина есть в архитектурно-этнографическом музее «Тальцы».