«Только фанатики здесь остаются». Один из лучших следователей Приангарья честно рассказал о профессии

«Я с самого детства смотрел всякие детективные передачи. Особенно мне нравилась „Следствие вели“ с Каневским. Меня это все очень сильно привлекало, и я еще ребенком мечтал стать следователем», — рассказывает о себе старший следователь отдела по Свердловскому району Иркутска Олег Бадаев.

В профессии он относительно недавно — около 3 лет, но на его счету уже множество раскрытых дел, в том числе и резонансных. По итогам 2025 года Олег Бадаев стал одним из лучших следователей СУ СКР по Иркутской области. И это — в 25 лет. А еще он работает в следственном отделе по Свердловскому району Иркутска, который также признан лучшим среди всех отделов в регионе.

О том, с чем приходилось работать, какие качества нужны, чтобы раскрывать дела, и почему в профессии преуспевают только фанатики, Олег Бадаев рассказал в интервью журналисту «ИрСити».

В семье Олега никто не был связан с органами правопорядка. Но он, еще мальчишкой, решил, что хочет быть как герои его любимых передач: расследовать запутанные дела, искать улики и собирать доказательства, чтобы преступники понесли заслуженное наказание.

— Мой руководитель постоянно говорит, что следователем нужно родиться. Думаю, что я как раз родился следователем. Ни в какой другой стезе вообще себя не видел, — говорит Олег Бадаев.

Родителей выбор сына не удивил, они его поддержали тогда, поддерживают и сейчас. Собеседник говорит, что мама и папа невероятно гордятся, что сын стал следователем.

— Работа в Следственном комитете очень престижная и уважаемая в обществе. Мы расследуем убийства, изнасилования и все резонансные преступления, — рассуждает собеседник.

Олег Бадаев говорит, что главное для следователя — это иметь пытливый ум, обширный кругозор, знать законы и быть человеком определенного склада характера. Прежде всего, важны стрессоустойчивость, способность договариваться с людьми и эмпатичность.

— Нужно уметь находить общий язык со всеми в любой ситуации. Мы с коллегами смеемся, что люди нашей профессии совмещают все должности. То ты следователь, то участковый, то оперативник, то еще кто-нибудь. Как-то я расследовал ятрогенное преступление, то есть совершенное врачами, и мне пришлось побыть диспетчером скорой, чтобы понять, как это все устроено и оценить, насколько быстро на место медики смогли приехать и оказать помощь, — говорит Олег.

Собеседник добавляет, что следователь должен быть эрудированным и подкованным, чтобы «схватывать все на лету».

— А должен ли следователь быть жестким? По тем же передачам и кино кажется, что люди вашей профессии железные: всегда с холодной головой, суровые и бескомпромиссные.

— Жестким быть не обязательно. Есть закон, он суров, но справедлив, и мы его соблюдаем. Поэтому у нас нет предвзятости.

— Мне кажется, сложно быть непредвзятым, если перед тобой на допросе сидит убийца. Как будто с ним все равно другой разговор, нежели чем с человеком, который тебе приятен?

— Тут двоякая ситуация. С одной стороны, такой человек должен видеть в тебе следователя, он должен понимать, что ты здесь главный. Но с другой, он должен быть расслаблен и расположен к тебе. В нашем деле многое решает психология, и ты должен к каждому найти свой подход, понять, какие методы будут работать, какие нет. Где-то можно по-доброму, где-то наоборот, чуть жестче. Тактику допроса выбираешь индивидуально, иначе человек замкнется, и ты вообще ничего у него не узнаешь, — уверят Олег Бадаев.

По его наблюдениям, человек, совершивший преступление, приходит в кабинет следователя с четким ощущением, что на нем уже есть клеймо, и сотрудник в форме не считает его за человека.

— Ты ему должен показать, что это — твоя работа и ты должен разобраться, что произошло. Ты его не порицаешь и не осуждаешь, и тогда человек начинает более-менее нормально ко всему относиться. А если будешь на него наседать и сразу же обвинять, он просто закроется и все, — рассуждает собеседник.

— Сложно же не осуждать, когда ты, например, был на месте преступления, видел кровь, погибших людей, а потом этот человек перед тобой сидит и рассказывает, как и почему он все это совершил?

— Когда приезжаешь на место преступления, тяжело только первые несколько минут. Смотришь на все это вместе с оперативниками, вздыхаешь, а потом говоришь себе: «Работаем дальше» и все, делаешь то, что должен. Ничего не должно повлиять на твою объективность, — отвечает Олег.

Свое первое дело Олег Бадаев помнит до сих пор. Он приехал в квартиру, где мужчина пытался убить свою сожительницу. Все происходило глубокой ночью и, как это часто бывает, между нетрезвыми людьми.

— Мы приехали на место где-то часа в 3-4 утра. Мужчина воткнул в свою сожительницу нож, так что там было все в крови. Еще и место было специфическое, мы шли буквально по ковру из тараканов. Такой там контингент жил, — вспоминает собеседник.

Дело квалифицировали как покушение на убийство, но срок мужчина получил по статье о причинении среднего вреда здоровью. За решеткой подсудимый провел не так много времени — год или около того.

— И в первый же день, как он вышел, он пришел и убил эту женщину. Просто взял и задушил голыми руками, — делится деталями Олег Бадаев.

— У вас после этого не было негодования или возмущения, что вы пытались человека изолировать от общества, спасти чью-то жизнь, а судья оказался слишком мягок, поэтому трагедия все равно случилась?

— Мы доказали покушение на убийство, человек сам признался, что хотел убить. Но потом он попал в СИЗО, пообщался там со «знающими людьми» и поменял свои показания. Судья при рассмотрении дела опирался на эти последние показания и вынес такое решение, — отвечает следователь.

Олег Бадаев вспоминает еще одно громкое дело в своей практике — раскрытие убийства 2010 года. Следственный комитет постоянно возвращается к нераскрытым преступлениям прошлых лет, чтобы виновные понесли наказание даже спустя время.

— Одно из самых резонансных дел у меня за 2025 год — это когда в Хомутово подняли автомобиль с двумя телами. Люди числились пропавшими без вести с 2010 года. Я расследовал это, материалы передали в суд. Убийцу приговорили к 13 годам лишения свободы, — рассказывает собеседник.

— А как спустя столько времени после случившегося найти виновного и доказать, что именно он причастен к преступлению?

— Есть определенная специфика доказывания по преступлениям прошлых лет. Логика, дедукция, новейшая экспертиза и дотошность, — отвечает Олег Бадаев.

Затем он вспоминает, как удалось раскрыть преступление 1997 года, когда была убита разносчица пенсий. Неизвестный дважды выстрелил ей в голову и забрал все деньги, но тогда выйти на след преступника не удалось.

— Мы подняли дело, вызвали всех свидетелей, поговорили с ними. Мы понимали, что за столько лет убийца не мог никому не сказать о случившемся. Нашли всех жильцов, кто жил в тот период в доме, с ними пообщались. Выяснилось, что преступник пару раз действительно говорил о случившемся. В итоге человека осудили, его приговорили к 15 годам лишения свободы. Ему сейчас уже 65 лет, и еще 15 лет ему отбывать наказание, — делится Олег Бадаев.

Кроме того, он расследовал дело пропавшего 16-летнего лицеиста, которое взбудоражило Иркутск этой весной. Парень утром вышел из общаги на занятия, а затем — бесследно исчез. Его искали не только полицейские, но и волонтеры, они прочесывали весь город, но первые несколько дней это не давало никаких результатов.

— Мы буквально неделю просто не спали, в режиме 24 на 7 пытались найти хоть какую-то зацепку. Отрабатывали массу версий, вплоть до того, что его могли завербовать и куда-нибудь увезти. Но мы до последнего верили, что парень все-таки найдется, — рассказывает следователь.

Олег Бадаев говорит, что по записям с камер видеонаблюдения правоохранители установили маршрут мальчика. Его тело после продолжительных поисков обнаружили в реке. Следователи установили, что смерть не носит криминальный характер.

Следственный отдел по Свердловскому району Иркутска также расследует преступления, связанные с террористической и экстремистской деятельностью. И далеко не всегда это — комментарии в интернете или репосты запрещенных материалов.

Олег Бадаев вспоминает, что ему приходилось расследовать дело о вербовке в ИГИЛ* (террористическая организация, деятельность запрещена на территории РФ).

— Был мужчина, который открыто поддерживал эту террористическую организацию и искал сторонников. Его родственники воевали на стороне ИГИЛ*, поэтому он был осведомлен, как туда попасть. Мы разговаривали с его супругой, она говорила, что до какого-то момента он был нормальный, а потом резко ударился в ислам. В итоге его осудили по двум статьям — оправдание терроризма и вербовка — и приговорили к восьми годам, — рассказал собеседник.

По словам Олега Бадаева, больше всего ему нравится раскрывать именно преступления прошлых лет, поскольку они напоминают сложную и запутанную головоломку. Чтобы ее разгадать, нужно решить уравнение со множеством неизвестных.

Но еще важнее то, что, раскрывая старые дела, Олег Бадаев помогает родным и близким жертв добиться справедливости.

— Бывает, что люди столько лет живут и не знают, где их родственники, что именно с ними случилось, кто убийца. Им приходится жить с этим годами. И вот когда ты раскрываешь дело, виновник получает заслуженное наказание, а ты — благодарность от людей. Это — самое ценное в моей работе, — признается Олег.

Еще он вспоминает, как раскрыл убийство 2014 года, которое произошло на стройплощадке одного из ЖК на Маяковского.

— Гражданин из стран ближнего зарубежья из ревности убил свою соотечественницу. Тело он положил в сумку, прошел через курорт «Ангара» и выкинул останки в Иркут. Через некоторое время убийца сбежал к себе на родину, — вспоминает Олег Бадаев.

Останки женщины всплыли лишь спустя несколько лет. Установить личность помогла генетическая экспертиза, ради этого в Иркутск даже прилетал родственник погибшей.

— Мы установили круг общения женщины, выяснили, что она действительно общалась с людьми из строительной бригады. Начали их всех допрашивать и установили подозреваемого. Добились его экстрадиции и доказали вину, — добавляет собеседник.

— Вы сказали, что с детства любите криминальные передачи и сериалы. А насколько они отличаются от того, что на самом деле происходит в органах следствия?

— Вот в сериале «Первый отдел», сценаристов которого консультировали сотрудники СК, все показано как в реальности. Там, конечно, убирают рутину, работу с документами, которая у нас занимает много времени. Но в целом смотришь и понимаешь, что всё так и есть. Передача «Следствие вели» достаточно достоверная.

— Что лично вам больше всего нравится в вашей профессии? За что ее любите? Ради чего каждое утро просыпаетесь и идете на работу?

— Просто ее люблю и все. Мне нравится развиваться, нравится, когда попадаются дела, которые я раньше не расследовал, или ситуации нестандартные. Нравится разбираться. Люблю, когда что-то сложное, где нужно голову включать и решать головоломки. У нас говорят, что одинаковых дел не бывает. Даже если это какая-то банальная поножовщина, она всегда будет чем-то отличаться от прочих.

— А есть что-то, что в работе вам не нравится?

— Да это лучшая работа. Совершенно искренне так считаю. Если бы я ее не любил, я бы просто не смог работать. Как говорил один генерал, «если ты не фанатик, ты долго не продержишься». И это действительно так, только фанатики здесь остаются и добиваются каких-то высот.

— Мне кажется, что на такой работе легко выгореть. Как вы от этого спасаетесь?

— Ты всегда должен видеть смысл своей работы, знать, что помогаешь людям. Ты не должен халатно и безразлично относиться к делам, но и принимать все слишком близко к сердцу тоже нельзя. Нужно относиться к делам там, чтобы понять субъективную сторону преступления, поставить себя на место преступника и разобраться в его мыслях, мотивах. Но дальше этого заходить не стоит.

— Как вы отдыхаете, перезагружаетесь?

— Спортом занимаюсь. Я призер Иркутской области по самбо, занимался этим профессионально, но потом травмировал ключицу и ушел в бокс. Еще люблю играть в компьютерные игры, участвуем с друзьями в турнирах по киберспорту. Это все мне очень помогает переключаться и восстанавливаться.

— Ваш отдел по итогам 2025 года стал лучшим среди всех отделов СК по Иркутской области. Гордитесь тем, что работаете в таком коллективе?

— Конечно. У нас лучшее руководство, поэтому все самые сложные, резонансные дела у нас не забирают в отделы по расследованию особо важных дел, нам доверяют расследовать их самостоятельно.

А еще я благодарен начальству за то, что они разглядели во мне следователя. Это было еще тогда, когда я учился и был общественным помощником. За это я руководителю Татьяне Евгеньевне Яловицкой очень сильно признателен.

* ИГИЛ («Исламское государство») — террористическая организация, деятельность запрещена на территории РФ.