СЕЙЧАС -6°С
Все новости
Все новости

«Уже есть правила благоустройства, зачем еще что-то?» Колонка о бессмысленности дизайн-кода Иркутска

Иркутянин Федор Т объяснил, почему новый дизайн-код не будет применяться в городе и просто ляжет на полку

Улица Урицого в Иркутске — главная пешеходная улица города

Поделиться

Осенью этого года администрация Иркутска объявила торги на разработку дизайн-кода для города почти за 900 тысяч рублей. Мы уже разбирали, что власти планируют получить за эти деньги, а сейчас публикуем колонку иркутянина Федора Т, который уже участвовал в подобной работе в 2016 году и был соавтором системы туристической навигации в городе. В своем тексте Федор рассказывает, что его настораживает в планах администрации и почему разработка дизайн-кода — довольно бессмысленное занятие в нынешних условиях.

Федор Т — междисциплинарный эксперт. Область интереса: история архитектуры, озеленение, транспорт. Соавтор дизайн-кода Иркутска (2014), системы туристической навигации (2016), плана комплексного развития транспортной инфраструктуры Иркутской агломерации (2018), участник множества пред- и постпроектных исследований городской среды для муниципалитета, коммерческих и некоммерческих организаций.

О названии

О дизайн-коде как о проекте администрации кричали изо всех утюгов. И подавалось это как несомненное благо, наконец-то и в нашем столичном городе перевернулся грузовик с цивилизацией. Больше всего меня умилило, как об этом рассказывал ведущий на каком-то местном радио, захлебываясь слюной в восторге утреннего шоу. «Наконец-то! Наконец-то!» Стал бы он так уссываться, если бы нужно было рассказывать то же самое про правила благоустройства? Не, это сухарик, а то — крутон!

Дизайн-код — это те же самые правила благоустройства, ничего другого в них нет. Вы можете спросить, а у нас же есть уже правила благоустройства, зачем нам что-то еще? Хороший вопрос, действительно, зачем? Может быть, правила благоустройства — рекомендательный документ, а дизайн-код будет обязательным? Нет, всё наоборот. Может быть, мы уже добились выполнения правил благоустройства и теперь можем интенсифицировать усилия в каких-то областях городской среды, чтобы перепрыгнуть там через голову? Нет, мы и близко не подошли к этому. Какие есть версии у вас, зачем это нужно?

О тендере

Я не видел содержание госзакупки, хотя мне в чатик и присылали какие-то там абзацы, я могу судить о том, что там написано, только по СМИ. Не смотрел документы закупки и перед написанием этого поста. Это не имеет смысла, потому что уже очевидно, что вместо техзадания будет какая-то залепуха.

Такую работу за месяц не делают. Чтобы сделать всё, о чём в начале осени писали отовсюду, нужен условный год. Я не знаю точной суммы контракта, но она тут не так важна: даже если ее увеличить в 12 раз, эту работу за месяц не сделать. Чтобы было хорошо, нужен именно год. Это если все стороны заинтересованы в том, чтобы был результат. Если результат не нужен, а нужно освоить деньги и выдать в конце фразу «Хорошо, когда есть дизайн-код, плохо, если наоборот», то можно и за месяц.

Срок — это первое, что должно насторожить. Второе (как следствие первого) — ТЗ составлено точно так же, как оно было составлено при проектировании туристического бренда Иркутска. Я уже подробно разбирал тот кейс, у меня была отдельная главка про тендер.

Главная проблема того, этого и всех будущих контрактов на что-то исследовательски-творческое — ТЗ составляют чиновники. И хорошо, если они описывают знаемое знаемое или знаемое незнаемое. Но эта работа в значительной мере состоит из незнаемого незнаемого. Поэтому удачи не видать, пока контрактам на любые исследовательски-творческие работы не будет предшествовать контракт на составление ТЗ. Эта работа должна быть максимально публична, она не должна отвечать на вопросы, она должна эти вопросы хорошо поставить. Отвечать на вопросы будет второй контракт — с отдельным и обоснованным бюджетом, в отдельные и обоснованные сроки, с четко описанным результатом.

О связях

Меня, конечно, настораживает, что объявлен такой маленький срок (согласно конкурсной документации на разработку дизайн-кода выделялось чуть больше месяца. — Прим. ред.), а работы анонсировано много.

Можно предположить, что исполнитель найден и всё написано под него. Но я сейчас о других связях. О связях между людьми внутри команды разработчика, например. Дизайн-код — очень междисциплинарная штука. Чтобы всё сделать хорошо, нужно переработать огромный массив информации. Эта информация не всегда формализована, значительная ее часть — конфиденциальна.

Здесь конфиденциально не означает секретно, тайно, это означает, что оно не описано формально и не присутствует в явном виде. Например, есть знание, которым обладает какой-то человек, оно не секретно, но он прямо не заявляет, что обладает этой информацией, а вы не спрашиваете.

Конфиденциальной информацией в этом смысле могут быть обычаи, традиции при выполнении каких-то формальных процедур. И эту конфиденциальную информацию нужно узнавать у экспертов и профессионалов. Всю эту формализованную и конфиденциальную информацию нужно агрегировать, обрабатывать и доносить до всех членов команды. За месяц. Из которого первую неделю будут заводиться и составлять план работ, последнюю — верстать все рекомендации. Ну да, две недели на походы к экспертам, в комитет экономики и что-то там градостроительства, изучение противоречащей друг другу нормативки.

Еще связи — связи между властью (я в теме и знаю, что некоторые комитеты, которые должны в десны сосаться, не могут скоординировать свои действия), той самой экспертной прослойкой и горожанами. Этих связей у нас нет, они не выстроены, и выстраивать их никто не собирается. На качестве работы это опять же скажется негативно.

Основой для этого заказа стала туристическая концепция с каким-то длинным названием про Ангару (проект «Иркутск — город на Ангаре, дочери Байкала». — Прим. ред.).

Я видел эту презентацию, был там блок и про навигацию, которую проектировал и я. И там ее критикуют. И критикуют за дело: стелы стоят то на бетонных блоках, то утоплены; стелы повернуты одной стороной на газоны и это тупо; стелы мешают проходу. Да, всё так! И я бился, чтобы этого не было, чтобы всё стояло как нужно, но только связи между двумя комитетами отсутствовали, ни я, ни заказчик не смогли договориться с мелким клерком.

Еще есть такой вид связи как преемственность. А у нас же — отсутствие общения с предыдущими разработчиками или с теми, кто ставил задачи предыдущим разработчикам. Например, вот я был в команде, которая разрабатывала предыдущий вариант городской навигации. Мы лично общались с теми, кто делал предыдущий вариант. Мы знали, почему было принято то или иное решение. И получали конфиденциальную информацию, на основе которой корректировали свои предложения. Сейчас один из элементов той работы — стелы «Зеленой линии» — обновили. Я не буду обсуждать их дизайн здесь, видно, что они сильно отличаются.

Я не знаю, какое было ТЗ, но, видимо, им не нужно было втискивать в ограниченное пространство три языка, например. Кто был предыдущим исполнителем, новые разработчики знали. Спросили ли они о чём-то? Нет. Поэтому, например, поставили модный хипстерский шрифт, а не зауженный гуманистический гротеск с увеличенными строчными символами и выраженными подстрочными элементами, который специально разрабатывался для этой задачи, за что город специально заплатил.

Почему так? Я не знаю, почему, мы не общались на эту тему, нас не спрашивали. Может, тот шрифт не нравится. Ну возможно. Но это не дело вкуса, это дело функциональности. Даже если говорить про вкус, то я более склонен в вопросах шрифта и типографики доверять вкусам автора главной книги о построении кириллицы Юрию Гордону, «министра шрифта» России Александре Корольковой, арт-директоров студии Артемия Лебедева, а не выпускникам провинциальных вузов, которые не знают об оптических компенсациях и не видят плохой кернинг.

Еще отмечу, что первый дизайн-код города я сделал лет шесть или восемь назад (ковид восприятие времени исказил). Это не секрет, про это есть публикация в журнале «Проект "Байкал"», за эту работу Градостроительная школа (я с ними сотрудничал) получила золото и бронзу на «Зодчестве Восточной Сибири». И Градшкола, и я — мы эксперты в этой области. Подойдет ли кто-нибудь спросить нас? Мне бы хотелось, чтобы спросили.

Что делать сейчас

1. Жизнь невозможно повернуть назад, поэтому когда тендер разыграют, исполнителю нужно выйти и сказать, вот это я выиграл, приходите помогать или не скулите.

2. Сделать работу хорошо в такой срок невозможно, поэтому разработчику не нужно зарываться и пытаться сделать что-то больше спрашиваемого, нужно сделать ровно то, что написано в техзадании. Размыто написано — вот так же и выполнить. Нужно провести пять интервью с ЛОМами (лидерами общественного мнения. — Прим. ред.), пятьдесят часов соцопроса на улице и выпустить альбом с пятьюстами иллюстрациями — вот ровно это и надо сделать. Чтобы работу не могли не принять по формальным признакам.

3. В то же время, чтобы быть честными и попытаться принести пользу городу, нужно сделать эту работу базой для настоящего технического задания для настоящего дизайн-кода. То есть проявить то незнаемое незнаемое, о котором чиновники, готовившие этот контракт, не знали.

4. Работу делать прозрачной и публичной. Я последовательно провожу эту идею. Во время разработки туристической навигации лично я вел блог на «Ирк.ру», где рассказывал о том, что мы с Градшколой делали, почему так, а не иначе. Иногда я закидывал туда идеи не для того, чтобы их потом реализовывать, а именно для проверки. И от некоторых мы потом отказывались.

Я считаю открытость важной, поэтому даже когда мы участвовали в разработке транспортной навигации, которую делала пензенская контора по наружной рекламе, я всё равно тратил время и пытался рассказывать об этой работе.

Я не знаю, в каком формате нужно будет рассказывать о ходе дела сейчас, в жанре просветительском типа «асяказанцева», а про принятые решения молчать; в жанре «пришли посоветоваться» или в каком-то еще. Но это нужно делать.

Что делать потом

Эта работа над дизайн-кодом правилами благоустройства должна вестись на постоянной основе и лучше всего — ориентироваться на опыт организации в Екатеринбурге и опыт внедрения Челябинском (работы Ильи Борисовича Бирмана по схемам и расписаниям транспорта, ливреям и внутреннему информационному оформлению транспорта, аншлагам).

Конечно же, публично, как у поляков, писал же! Вот как я с аншлагами Иркутска делаю (промосайт проекта не совсем для мобильников). Делаю с 2013 года, и мы с мэрией еще не перешли на этап пилотника, по результатам которого уже можно готовить настоящий регламент для трансляции на весь город. А тут за месяц, без испытаний правила вообще для всего хотят прописать и утвердить. Смешно и грустно.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

Станьте автором колонки.

Почитайте рекомендации и напишите нам!

  • ЛАЙК1
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter